Биография Гроция Гуго - ABCD42.RU

Биография Гроция Гуго

Доклад: Биография Гроция Гуго

Гроций Гуго ( 1538 — 1645 ) — известный голландский юрист, государственный деятель и писатель, родился в 1583 г.
Восьмилетним мальчиком он писал уже латинские стихи; в одиннадцать лет он сделался студентом лейденского университета. Здесь он удивлял своих учителей (Скалигера, Юния и др.) своими обширными познаниями, к которым, казалось, и университет не мог ничего прибавить.
15 лет Гроций участвовал в посольстве, отправленном во Францию, ко двору Генриха IV. Король уже раньше знал Гроция по оде, посвященной ему, и, представляя его своим царедворцам, воскликнул: «вот чудо Голландии».
В Орлеане Гроций изучал право. Вернувшись на родину, он занялся адвокатурой, выступая иногда и на ученом поприще; так он издал «Satincon» Марциана Капеллы, снабдив его очень ценными комментариями.
Тогда же он перевел и некоторые математические и астрономические сочинения классических писателей и написал три латинских трагедии («Adamus exul», «Chris tus patiens» и «Sophomphaneos»).
В 1601 г. Гроций был назначен историографом Голландской республики, в 1607 г. — генеральным фискалом, в 1618 г. — ратспенсионарием в Роттердаме. В этой должности, соответствовавшей должности синдика в немецком городе, он принял участие во внутренних политико-религиозных распрях страны, как сторонник знаменитого Ольденбарневельда. Победителем из борьбы вышел Мориц Оранский, представитель идеи централизации.
Ольденбарневельд был казнен (1619); Гроций заключен в тюрьму, но бежал во Францию, где провел 11 лет, пользуясь пенсией от Людовика XIII. После неудачной попытки снова водворяться на родине, Гроций, по предложению шведского канцлера А. Оксенштирна, перешел на службу к стокгольмскому двору (переписка Гроция с канцлером теперь издана) и был назначен шведским послом в Париж (1634). В 1645 г. Гроций вышел в отставку и в том же году умер.
Несмотря на чрезвычайно сложную общественную и дипломатическую деятельность, Гроций успел оставить после себя ряд трудов богословских, юридических, исторических и смешанного содержания.
Из его богословских трудов самые известные: комментарии на св. Писание («Annotationes in Vet. et in Novum Testam.»), которые Лейбниц предпочитал всем до него существовавшим; «De veritate religionis christianae» (1662), перевод, не только на европейские, но и на азиатские языки; «Via ad pacern ecclesiasticam».
Сын Гроция издал все богословские трактаты отца в Амстердаме («Opera Theologica»). О религиозных воззрениях Гроция см. Creuzer, «Luther и. Н. Grotius» (Гейд., 1846). Из юридических сочинений Гроция самое замечательное — «De jure belli et pacis», благодаря которому он считается, по справедливости, основателем всеобщего государственного права, философии права и международного права.
Гроций исходит из идеи общежительности (sociabilitas); принципом права он считает безопасность общества (societatis custodia). Это право он называет естественным, его источник видит в здравом смысле; оно отличается от позитивного права, божественного или человеческого, которое всегда произвольно.
Божественное право, в его глазах — право общее, относящееся ко всему человечеству; он его ставит рядом с естественным правом; но он допускал еще специально божественное право, приложимое к одним израильтянам. Гроций дал толчок изучение права; стали открывать кафедры с специальною целью изучать и комментировать его знаменитый трактат. См. Herlenstein, «Darstellung der Rechtsphjlosophie des H. Grotius» (1850); Hely, «Elude sur ie droit de la guerre de Gr.» (1875).
Очень известен в XVII столетии был и трактат Гроция «De Man libero». Этот труд он написал против притязания Испании на исключительное право торговли в Индии; он защищал здесь проект свободного пользования морями. Этот трактат изучался всеми прибалтийскими государями в разгар борьбы из-за «dominium maris Baltbici».
К юридическим трудам Гроция следует отнести еще «De imperio summarum potesta tum circa sacra» (1677). Большое значение имеют и исторические труды Гроция. Благородный патриот с особенным воодушевлением занимался историей своей родины; «Annales et historiae de rebus Belgicis» доставили Гроцию почетное место в историографии XVII стол. и до сих пор не потеряли своего значения.

МУЗЕЙ ПРАВА

Гуго Гроций: юрист-легенда и отец международного права

10 апреля 1583г. (428 лет назад) в дворянской семье голландского города Делфт родился один из будущих величайших юристов в истории и основоположник международного права — Гуго Гроций.

Уже с детства Гроций проявлял феноменальные способности. В 11 лет он поступил в Лейденский университет, который считался одним из лучших в Европе, а, спустя 5 лет, получил степень и занялся адвокатской практикой. Однако интересы молодого человека отнюдь не ограничивались юриспруденцией. Будучи еще подростком, Гроций опубликовал свою первую книгу, в которой собрал собственные комментарии на «Сатирикон» античного мыслителя и педагога Марциана Капеллы (не путать с «Сатириконом» Петрония, который лег в основу одноименного фильма Федерико Феллини), а в 18 лет — стал официальным историографом Голландского государства. Молодого человека также ужасно занимали религиозные споры пост-реформационной Европы, в которых он принимал активное участие и даже посвятил им несколько апологетических трактатов. Но его страстью и работой, все же, оставалась юриспруденция.

Благодаря широким политическим и дипломатическим связям, Гуго Гроций прекрасно понимал те сложные межгосударственные отношения, которые приводили к постоянным конфликтам в Европе. Пустив в ход свой богатый юридический опыт, он предложил собственное решение проблем. В своих трудах Гроций впервые в мировой практике начал разработку основ и принципов международного права.

Свои размышления по вопросам права, и не только международного, Гроций изложил в 2 трудах: «О жителях Индии» («De Indis»), в одной из глав которого («Mare Liberum» — Свободное море) предложил свой вариант установления морских границ, и «О праве войны и мира» («De iure belli ac pacis»).

К созданию первого трактата Гроция подтолкнул вероломный захват голландскими военными португальского корабля «Санта Катарина», на борту которого был обнаружен уникальный груз — китайский фарфор. Даже несмотря на официальное состояние войны между Соединенными провинциями и Габсбургами, в состав империи которых входила Португалия, захват судна вызвал международный скандал. С одной стороны, часть членов Голландской Ост-Индской кампании, равно как и правительство, выступали против нападения, которое в действительности не имело политического подтекста и было лишь личным решением командира голландского корабля. С другой стороны, в мировой практике не существовало соответствующих законов, кодифицировавших морскую торговлю и

Для разрешения спора Гроций прибегнул к теории «естественного права», основы которого, по его мнению, португальцы нарушили своей несправедливой узурпацией власти на Востоке. Главным разделом его трактата стала глава о «свободном море». В ней он вывел положение о том, что водное пространство является общей территорией для всего международного сообщества, а потому морской торговлей могут заниматься все державы. Такой хитрой юридической уловкой о статусе морей Гроций стремился оправдать действия голландских моряков. Однако это была лишь первая попытка разобраться в сложных международных отношениях. Дальнейшее их изучение вылилось в фундаментальное сочинение «О праве войны и мира».

Хотя Гроций много лет был юридическим рупором борьбы с Испанией, большинство своих идей он позаимствовал именно из естественного права и трудов католических испанских мыслителей XVI столетия. Однако Гуго Гроций создал современный синтез этих теорий, что сыграло решающую роль в становлении «нового» естественного права. Он первым попытался вывести его из сферы богословских спекуляций и направить в политическое и общественное русло.

Гроций определил примат человеческой личности в общественной жизни и установил различие между «правом» и «законом», которые до него никак не различались. Теперь же под «правом» понималось прирожденное право индивида, которое должно стать основой и опорой любого законодательства. Более того, Гроция считал, что сообщество людей имеет полное право само выбирать форму правления и границы действий верховной власти. «Народ может выбирать любой вид правления, ибо тот или иной правопорядок следует оценивать не с точки зрения преимуществ его формы, а с точки зрения осуществления воли людей». Несмотря на существование подобных идей в прошлом, закрепление принципа Гроция имело совершенно революционный характер.

Гроций, бывший непосредственным свидетелем войны между Нидерландами и

Еще раньше существовало мнение о том, что войны не всегда одинаковы. Справедливыми войнами традиционно считались крестовые походы, которые организовывались под предлогом борьбы за веру. Гроций, как человек более практичный и рациональный, считал «справедливыми» — оборонительные войны, в ходе которых одна из сторон стремится защитить целостность своего государства и имущество его граждан. Любые же попытки захвата — несправедливы. Тем не менее, полагал Гроций, всякие «войны ведутся для заключения мира», чтобы впоследствии уже по мирному договору определить ущерб или приобретения каждой из сторон; и только мир, а не война, могут их юридически оформить. Поэтому мир в системе Гроция становится не концом войны, а ее целью.

Читайте также  Психология как наука. Научное и ненаучное психологическое знание

Любопытно, но в этом миротворческом контексте Гроций предстает едва ли не основоположником пацифизма. Однако большинство из его нововведений раз и навсегда изменили историю права, а вместе с тем жизнь и статус западного человека.

Гуго Гроций (1583-1645)

Портрет Гуго Гроция. Художник Михель Янс ван Миревельт. 1631 г.

Гуго Гроций известен в наши дни главным образом как правовед, в частности, в сфере правовой и политической философии и прежде всего в сфере международного права. В свое время он имел гораздо большую известность не только за свою позицию в теологическом споре о роли церкви и государства, но в более широком плане, как выдающийся гражданин Respublica Literaria 1 . Кардинал Ришелье, несмотря на свою неприязнь, все же признавал его одним из трех величайших гуманистов своей эпохи и данная характеристика полностью подтверждается внушительным количеством сочинений в различных областях, далеко выходящих рамки правоведения, таких как классическая филология, историография и теология.

Его жизнь можно условно разделить на три периода: его молодость как одаренного классициста, юриста и растущего политика на своей родине Голландии до крутого падения вместе со своим наставником дипломатом Олденбарневелтом и осуждения к пожизненному заключению (1583-1618); его изгнание сначала в Париже (1621-31), а затем после неудачных попыток вернуться на родину в Гамбурге (1632-34); и, наконец, его служба посолом Швеции при французском дворе (1635-45).

Три книги о праве войны и мира. Гуго Гроций. 1625.

Главная работа, с которой связана его посмертная репутация, была написана в Париже вскоре после его побега из замка Лувестейн и опубликована в 1625 году. Озаглавленная De iure belli ac pacis («О праве войны и мира»), она принесла своему автору почетный титул «отца международного права». Хотя его исключительное отцовство иногда ставится под сомнение в пользу других вероятных предшественников, но всеми признается, что данный трактат сыграл ключевую роль в становлении международного права в качестве отдельной правовой дисциплины. Решающий вклад автора прежде всего видится в его новаторской концепции естественного права, освободившейся от теологических оков схоластики, которая полностью утратила свой авторитет с разрушением средневекового христианского мира. Эта концепция предоставляла нейтральную площадку, на которой враждующие конфессиональные стороны могли бы сойтись и договориться в поисках совместного пути к миру в самый разгар Тридцатилетней войны. Как предполагается, система Г. Гроция послужила в качестве теоретической модели так называемого Вестфальского мира, установленного вскоре после его кончины. Тем не менее, это представление скорее широко распространенный миф, вдохновленный преклонением перед героизмом и антиклерикализмом публики XIX века, который вряд ли может подтвердиться тщательным анализом самого текста шедевра Г. Гроция. В тексте не представлена новая «светская» концепция естественного права, не излагаются принципы современного международно-правового порядка.

Отстранение Бога от правовой вселенной входило в замыслы Г. Гроция не больше, чем в намерения испанских схоластов. Его описание естественного права в принципе соответствует концепции Франсиско Суареса. Если он заявляет, что право «справедливо в определенной степени, даже если Бог не существует», то говорит об этом только в виде гипотезы, чтобы подчеркнуть его внутреннюю справедливость, указывающую на его незыблемость даже в глазах Бога. Но Бог как создатель мира по-прежнему остается высшим легитимирующим авторитетом: наделив человека разумным и социальным началом, он не может не признавать обусловленные этим качества и не благоприятствовать вытекающим от сюда принципам. Взгляды Г. Гроция вне всякого сомнения признавали существование неписаного закона, присущего человеческой природе и, следовательно, обязательного для всего человечества, независимо от какого-либо позитивного установления, будь то человеческого или божественного характера. В этом заключается суть его знаменитой диатрибе против Карнеада и других «реалистов», которые как чистую иллюзию отвергали саму идею такого универсального естественного права, так как для них решительно все законы не следуют принципам справедливости, а продиктованы лишь целесообразностью для сильных мира сего.

При всем этом, Г. Гроций не отрицает человеческое волеустановление в качестве основы права, но ограничивает ее позитивным правом, которое черпает свою справедливость не от естественной причины, а «получает обязательную силу волею всех народов или
многих из них». Не принимая во внимание гражданское (то есть, внутригосударственное) право, ситуация с правом народов обстоит именно так, поскольку своим возникновением оно обязано добровольному согласию между государствами. Г. Гроций стал первым ученым после Франциско Суареса, переосмыслившим представление о классическом римском ius gentium как о собственно международном праве (вместо традиционного суждения как об единообразном внутригосударственном праве). Для обоих мыслителей своим существованием это право обязано людям, а не государствам как таковым, но вместо того, чтобы самостоятельно формировать законченную систему, оно состоит из отдельных правовых норм и институтов, которые дополняют самые общие принципы закона природы. Только оба ius naturae et gentium могут представлять собой сочетание близкое по смыслу тому международному праву, которое мы знаем, и в самом деле это сочетание можно найти в подзаголовке magnum opus Г. Гроция. Еще предстоит до конца разобраться, можно ли, благодаря своим характерным особенностям и общему духу работы, этот трактат рассматривать как научный труд по международному праву.

На первый взгляд само название подсказывает положительный ответ, хотя согласно ему можно предположить, что право мира будет иметь преимущество перед правом войны. Тем не менее, вполне показательный порядок слов, принятый Г. Гроцием для названия работы, на самом деле должен быть прочитан, не в свете классического международного права, начинающего в некоторой степени обретать свои черты, а с точки зрения давно признанной дисциплины права войны, конечной кульминацией которого является данный трактат. Ius belli формирует главную тему сочинения; ius pacis в нем фигурирует лишь как набор правил, регулирующих последствия войны.

Основная цель Г. Гроция было выяснить наличие высшего правового порядка, регулирующего военные действия: их начало, их ведение и их завершение. Общая структура его трактата соответствует схоластической теории справедливой войны. За два десятилетия до этого Г. Гроций, будучи молодым юристом, уже глубоко прорабатывал соответствующие материалы, при подготовке отдельной диссертации, написанной в защиту «дела о добыче» 2 на службе голландской Ост-Индской компании. Отсюда и название De iure praedae commentaries («Комментарии о праве добычи») его первого исследования о праве войны, которое, за исключением одной главы, изданной в 1609 году под знаменитым заголовком Mare liberum («Свободное море»), до 1864 оставалось неопубликованным. Трактат, который он опубликовал двадцать лет спустя главным образом основан на значительном опыте полученным в период работы в адвокатуре и деятельности на ученом поприще. Г. Гроций снова возвращается и глубже развивает идею, лежащую в основе теории справедливой войны, признавая допустимость обращения к вооруженной силе лишь в качестве средства последней инстанции, когда обычные средства правовой защиты не доступны. Выражение «где нет возможности для правосудия, там возникает война», было его главной аксиомой, война подменяет действие закона при отсутствии компетентного судопроизводства. Основная проблема заключалась в установлении правомерных причин для начала военных действий. Одна из главных проблем Г. Гроция было провести аккуратную черту между надлежащими легальными основаниями и только пруденциальными или утилитарными мотивами для поднятия оружия. По этой причине им создается целая совокупность субстантивных прав в книге II, составляющей около половины всей работы. Она предстает в виде комплексной системы субъективных прав, предположительно присущих человеческим существам как таковым, поэтому любой человек независимо от обстоятельств потенциально уполномочен ими воспользоваться в случае противоправных деяний.

Хотя непосредственной функцией этой системы было исчерпывающее и безупречное определение, что может являться законными основаниями для войны, Г. Гроций придает ей более широкое значение и именно поэтому его последователи стали ее использовать в нескольких направлениях: прежде всего в частном праве, но также конституционном и уголовном праве и, конечно же, международном праве. Не в последнюю очередь даже у современного права прав человека можно найти в нем корни. Тем не менее, несмотря на свой потенциал, трактат Г. Гроция по существу остается все-таки обобщенной теорией справедливой войны. Вместо того, чтобы называть его международном правом (что совершенно верно по отношению к вышедшему в свет четверть века спустя трактату английского юриста Ричарда Зуша Ius feciale sive ius inter gentes), гораздо точнее его квалифицировать как право, регулирующие конфликты экстерриториального характера. Данная оценка, являющаяся простой попыткой постичь истинный дух произведения, ни в коем случае не умаляет саму работу, ставшую, несомненно, одним из наиболее значимых юридических памятников прошлого тысячелетия.

Читайте также  Объединение Италии (1848-1870гг.)

ГРОЦИЙ ГУГО ДЕ ГРООТ

/ Ориг. : Grotius Hugo de Groot

ГРОЦИЙ (Grotius) ГУГО ДЕ ГРООТ (Hugo de Groot) — голландский учё­ный, пра­во­вед, государственный дея­тель, по­эт, дра­ма­тург, фи­ло­лог.

Ро­дил­ся в се­мье бур­го­ми­ст­ра города Делфт. В 15 лет по­лу­чил сте­пень доктора пра­ва в университете Ор­леа­на. За­ни­мал­ся ад­вокат­ской прак­ти­кой. В 1607 году на­зна­чен обер-про­ку­ро­ром при Вер­хов­ном су­де Гол­лан­дии и Но­вой Зе­лан­дии. В свя­зи с уча­сти­ем в ре­лигиозно-по­ли­тической борь­бе (смотреть в статье Ар­ми­ни­ан­ст­во) в 1619 году был осу­ж­дён и при­го­во­рён к по­жиз­нен­но­му за­клю­че­нию. В 1621 году бе­жал в Па­риж, где про­был до 1631 года. С 1634 по 1644 год на ди­пло­ма­тической служ­бе: по­слан­ник Шве­ции при дво­ре французского ко­ро­ля. Ав­тор мно­го­численных про­из­ве­де­ний по во­про­сам юрис­пру­ден­ции, ис­то­рии, фи­ло­ло­гии и другим.

Сис­те­ма тео­ре­тических воз­зре­ний Гроция сло­жи­лась под влия­ни­ем идей Ари­сто­те­ля, Фо­мы Ак­вин­ско­го, Ж. Бо­де­на, Ф. Суа­ре­са, Эраз­ма Рот­тер­дам­ско­го. Гроций — один из твор­цов ра­цио­на­ли­стической док­три­ны ес­те­ст­вен­но­го пра­ва и соз­да­тель но­во­ев­ро­пей­ской современной нау­ки меж­ду­народно­го пра­ва.

Со­глас­но Гроцию, пра­во ко­ре­нит­ся в за­ло­жен­ном при­ро­дой стрем­ле­нии ин­ди­ви­да к спо­кой­но­му и на­прав­лен­но­му ра­зу­мом об­ще­нию с ему по­доб­ны­ми су­ще­ст­ва­ми — стрем­ле­нии, внут­рен­не свой­ст­вен­ном ка­ж­до­му че­ло­ве­ку. Пра­во есть сум­ма норм, ко­то­рые опо­сред­ст­ву­ют та­кое взаи­мо­дей­ст­вие (об­ще­ние) лю­дей. Нор­мы пра­ва: воз­дер­жа­ние от не­за­кон­но­го при­об­ре­те­ния чу­жо­го иму­ще­ст­ва, воз­вра­ще­ние по­лу­чен­ной чу­жой ве­щи и воз­ме­ще­ние из­вле­чён­ной из неё вы­го­ды, со­блю­де­ние дан­ных обе­ща­ний (обя­за­тельств), воз­ме­ще­ние ви­нов­ным при­чи­нён­но­го вре­да, за­слу­жен­ное на­ка­за­ние про­ви­нив­ших­ся в чём-ли­бо лиц и так далее. Пра­во как та­ко­вое есть ес­те­ст­вен­ное пра­во. Оно «столь не­зыб­ле­мо, что не мо­жет быть из­ме­не­но да­же са­мим Бо­гом».

На­ря­ду с пра­вом ес­те­ст­вен­ным су­ще­ст­ву­ет ещё и пра­во во­ле­уста­нов­лен­ное, вклю­чаю­щее две вет­ви: пра­во че­ло­ве­че­ское и пра­во Бо­же­ст­вен­ное. Пра­во во­ле­уста­нов­лен­ное че­ло­ве­че­ское — это пра­во внут­ри­го­су­дар­ст­вен­ное и ме­ж­ду­на­род­ное, или пра­во на­ро­дов. Его ис­точ­ник — со­гла­ше­ние ме­ж­ду людь­ми, на­ро­да­ми и го­су­дар­ст­ва­ми. Имен­но со­гла­сие при­да­ёт ему об­ще­обя­за­тель­ность. По­это­му ес­ли ис­точ­ник ес­те­ст­вен­но­го пра­ва — при­ро­да че­ло­ве­ка, то «ма­те­рью внут­ри­го­су­дар­ст­вен­но­го пра­ва яв­ля­ет­ся са­мо обя­за­тель­ст­во, при­ня­тое по вза­им­но­му со­гла­ше­нию», а по­сколь­ку по­след­нее по­лу­ча­ет свою си­лу от ес­те­ст­вен­но­го пра­ва, то «при­ро­да мо­жет слыть как бы пра­роди­тель­ни­цей внут­ри­го­су­дар­ст­вен­но­го пра­ва». Ме­ж­ду­народное пра­во воз­ни­ка­ет «в си­лу вза­им­но­го со­гла­ше­ния как ме­ж­ду все­ми го­су­дар­ст­ва­ми, так и ме­ж­ду боль­шин­ст­вом их». Таким образом, че­ло­ве­че­ское пра­во име­ет кон­вен­цио­наль­ный ха­рак­тер и не мо­жет быть не свя­зан­ным с поль­зой и ин­те­ре­са­ми тех, кто его ус­та­нав­ли­ва­ет: «. поль­за же по­слу­жи­ла по­во­дом для воз­ник­но­ве­ния внут­ри­го­су­дар­ст­вен­но­го пра­ва, ибо как са­мое со­об­ще­ст­во… так и под­чи­не­ние воз­ник­ли и ус­та­нов­ле­ны ра­ди ка­кой-ни­будь поль­зы. От­то­го-то и те, кто пред­пи­сы­ва­ет за­ко­ны дру­гим, обыч­но тем са­мым пре­сле­ду­ют ка­кую-ни­будь поль­зу…». Это ка­са­ет­ся и ме­ж­ду­народного пра­ва, нор­мы ко­то­ро­го ус­та­нав­ли­ва­ют­ся «в ин­те­ре­сах не ка­ж­до­го со­об­ще­ст­ва лю­дей в от­дель­но­сти, а в ин­те­ре­сах об­шир­ной со­во­куп­но­сти всех та­ких со­об­ществ». Гражданская власть, ко­то­рая соз­да­ёт за­ко­ны («по­зи­тив­ное пра­во») и с их по­мо­щью при­ну­ж­да­ет лю­дей со­блю­дать спра­вед­ли­вость, по­яв­ля­ет­ся вме­сте с воз­ник­но­ве­ни­ем са­мо­го го­су­дар­ст­ва. Го­су­дар­ст­во — «со­вер­шен­ный со­юз сво­бод­ных лю­дей, за­клю­чён­ный ра­ди со­блю­де­ния пра­ва и об­щей поль­зы» — ро­ж­да­ет­ся в ре­зуль­та­те доб­ро­воль­ной ин­те­гра­ции чле­нов об­ще­ст­ва, объ­е­ди­няю­щих­ся на до­го­вор­ной ос­но­ве. От­но­ше­ние ме­ж­ду го­су­дар­ст­ва­ми, счи­тал Гроций, не­об­хо­ди­мо стро­ить на прин­ци­пах пра­ва. Эти от­но­ше­ния (пра­во­вые по сво­ему ха­рак­те­ру) долж­ны су­ще­ст­во­вать и то­гда, ко­гда го­су­дар­ст­ва на­хо­дят­ся в со­стоя­нии вой­ны друг с дру­гом. Вой­ны де­лят­ся на спра­вед­ли­вые (обо­ро­ни­тель­ные) и не­спра­вед­ли­вые (за­хват­ни­че­ские, пра­во­на­ру­шаю­щие). Не­спра­вед­ли­вые вой­ны под­ле­жат за­пре­ту. Не­об­хо­дим специальный ор­ган, ко­то­рый об­ла­дал бы пол­но­мо­чия­ми раз­ре­шать спо­ры ме­ж­ду го­су­дар­ст­ва­ми. В 1625 году вы­шел мо­ну­мен­таль­ный труд Гроция «О пра­ве вой­ны и ми­ра. Три кни­ги, в ко­то­рых объ­яс­ня­ют­ся ес­те­ст­вен­ное пра­во и пра­во на­ро­дов, а так­же прин­ци­пы пуб­лич­но­го пра­ва».

Взгля­ды Гроция ока­за­ли зна­чительное воз­дей­ст­вие на даль­ней­шее раз­ви­тие ев­ропейской по­ли­тической и пра­во­вой мыс­ли.

Как по­эт, дра­ма­тург и фи­ло­лог Гроций на­сле­до­вал тра­ди­цию хри­сти­ан­ско­го гу­ма­низ­ма Эраз­ма Рот­тер­дам­ско­го и во мно­гом пред­вос­хи­тил ни­дерландский клас­си­цизм. Литературным твор­че­ст­вом за­ни­мал­ся с 1591 года. Пи­сал на ла­ты­ни. Ав­тор сти­хов на биб­лей­ские, со­ци­аль­но-по­ли­тическую и се­мей­ную те­мы; тра­ге­дий на биб­лей­ские сю­же­ты, в ко­то­рых ощу­ща­ет­ся силь­ное влия­ние Се­не­ки: «Адам из­гнан­ный» («Adamus exul», 1601 год, русский перевод 1988 года), «Хри­стос-стра­сто­тер­пец» («Christus pati­ens», 1608) и «Со­фом­па­не­ас» («Sophompa­neas», 1635); ком­мен­та­ри­ев к про­из­ве­де­ни­ям ан­тич­ных и ран­не­сред­не­ве­ко­вых пи­са­те­лей. Литературные со­чи­не­ния Гроция пе­ре­во­ди­лись на русский язык с 1844 года.

Иллюстрации:

Г. де Г. Гро­ций. Гра­вю­ра. 1632. Архив БРЭ.

Сочинения:

О пра­ве вой­ны и ми­ра. Три кни­ги, в ко­то­рых объ­яс­ня­ют­ся ес­те­ст­вен­ное пра­во и пра­во на­ро­дов, а так­же прин­ци­пы пуб­лич­но­го пра­ва. М., 1956;

Briefwisseling’s Gravenhage, 19281996. Dl 1-15.

Гуго Гроций: человек-книга

10 апреля 1583 года родился великий голландский юрист Гуго Гроций, основоположник международного права. Его судьба похожа на остросюжетный роман.

Чудо Голландии

Гуго Гроций или, как называли его на родине, Гуго де Гроот с восьми лет писал стихи на латыни, а в одиннадцать стал студентом Лейденского университета.

«Полюбуйтесь на чудо Голландии!» — восхищённо воскликнул французский король Генрих (Анри) IV, удостоивший аудиенции пятнадцатилетнего вундеркинда. Король одарил его медальоном со своим портретом. С этим медальоном Гуго изображён северонидерландским художником Арно ван Халеном.

Во время пребывания во Франции блистательный юноша получил докторскую степень по юриспруденции. Ещё через год он уже работал адвокатом в Гааге и писал свои первые научные труды, а в двадцатитрёхлетнем возрасте стал генеральным адвокатом Нидерландов. Теперь его назвали «дельфтским оракулом» и «фениксом учёности».

Тем временем усиливался религиозно-политический конфликт между радикальными кальвинистами, возглавляемыми Франциском Гомаром, и арминианцами — сторонниками Якоба Арминиуса, главного богослова Лейдена. В 1610 году арминианцы обнародовали трактат своего лидера («Ремонстрация» («Возражение»), в котором провозглашалась решающая роль свободы человеческой воли в спасении души и отрицалась кальвинистская доктрина божественного предопределения. Государство заняло позицию терпимости по отношению к спорящим — и Гроция попросили написать эдикт, раскрывающий эту толерантную политику.

«Где права не хватает, начинается война», — утверждал Гроций в одном из своих трудов и оказался абсолютно прав. Эдикт, в котором он излагал свои воззрения на церковь и государство, не возымел ожидаемого эффекта. В Голландской республике начались вооружённые столкновения. В 1619 году Гроций за свои юридические идеи был приговорён к пожизненному заключению в средневековой крепости Лувестейн.

Сундук-спаситель

В заключении Гуго Гроций много читает. Благо, лейденский профессор Эрпениус регулярно и почти беспрепятственно отправляет ему нужные книги.

Через полтора года верная жена Мария ван Рейгерсберген организует побег Гуго с помощью хитроумного плана. По преданию, гений юриспруденции забрался в деревянный сундук с книгами. Поначалу сундук тщательно осматривался, но со временем стражники ослабили бдительность и перестали перетряхивать его содержимое. Так воплотился в жизнь девиз Гроция: Fugit hora (лат. «Время бежит»).

Согласно другой версии легенды, в сундуке хранилась личная библиотека учёного, которой ему дозволялось пользоваться в заточении и которая стала его спасительным тайником. Заботливая супруга загодя проделала в сундуке отверстия для воздуха и во время визитов в тюрьму репетировала побег, запирая Гуго и садясь на крышку — чтобы выработать привычку к неудобному положению. Когда он освоился в позе эмбриона, стоически высиживая в ящике по два часа кряду, Мария пожаловалась начальству, будто не может видеть научных занятий мужа, отнимающих его последние силы, и попросила разрешения забрать все книги.

Читайте также  Диалекты в творчестве С.А.Есенина

В 18-м столетии эта авантюра визуализировалась во множестве гравюр нидерландских мастеров. Симон Фокке иллюстрирует репетицию бегства. Угол сундука фиксирует раскрытую Библию. На столе разложены написанные Гроцием в заточении труды, в том числе знаменитое «Введение в голландскую юриспруденцию». Стену занимает крупномасштабная географическая карта — иллюстрация маршрута предстоящего побега.

Ещё одна гравюра Фокке представляет трогательное рукопожатие супругов перед бегством. Гуго уже залезает в сундук, с нежностью глядя на свою преданную Марию. Рядом ожидают очереди друзья-книги. Раскрытый фолиант с изображением семейных гербов Гроотов и Рейгерсбергенов символизирует крепость супружества.

А вот встреча узника с женой и дочерью Корнелией в тюрьме за день до побега. Даже в такой ситуации учёный не расстается с книгой, попутно беседуя с родными. Возле сундука стоят готовые к загрузке тома.

На холсте Йоханнеса Хиндерикуса Эгенбергера запечатлён кульминационный момент. Смахивающий лицом на Дон Кихота, романтически воодушевлённый, он благодарно обнимает жену. Мария отдаёт последние «библиомаскировочные» распоряжения посвящённой в план бегства служанке Элселине, которая уже взяла увесистый том, готовая заштабелировать Гроция по самую крышку.

В тот знаменательный день, 22 марта 1621 года, в городе шумела ярмарка — и начальника крепости не было на месте. Это сыграло на руку беглецу. Заметив немалую тяжесть выносимого сундука, охранник пошутил, намекая на религиозную крамолу Гроция: мол, не иначе как внутри засел арминианец. «Да-да, он едва выдерживает груз арминианских книг!» — невозмутимо поддержала шутку Мария.

Далее Элселина благополучно отчалит на корабле и с помощью таких же преданных друзей переправит свой «книжный груз» в Антверпен, где Гуго воссоединится с женой и детьми. Французский живописец Луи Риккье увековечил в красках торжественный выход из книжного сундука. Служанка ещё опасливо осматривается, нет ли погони, а на письменном столе уже дожидаются раскрытый том и полная чернильница. На полу перемешанная со стружкой библиотека, готовая вновь служить своему владельцу.

Затем юрист переоденется каменщиком и отправится в Париж, где проживёт в изгнании до конца своих дней и где завершит начатый в тюрьме свой самый известный труд «О праве войны и мира». Этот трёхтомный трактат, посвящённый анализу правовых возможностей предупреждения военных конфликтов, имел феноменальный успех. К 1775 году он выдержал 77 переизданий на латыни, голландском, английском, немецком, испанском, французском языках. И это притом, что все три тома были внесены папской курией в Индекс запрещённых книг!

Бессмертие легенды

Элселина поведала эту захватывающую историю писателю Герарду Брандту — и судьба Гуго окончательно оформилась в легенду. Знаменитый нидерландский драматург Йост ван дер Вондел, хорошо знавший своего отважного соотечественника, восславил его хитроумную жену в оде «На освобождение Гуго Гроция» (1632): «…И мужа обратила в книги. И клади ящик таковой Помог унесть ей часовой Из тесной камеры наружу: Мол, книг уже не нужно мужу. О, хитрость женщин велика. » (перевод Евгения Витковского). А сам Гроций посвятил стихотворение спасительному книжному сундуку.

В настоящее время музей Принсенхоф в Делфте и амстердамский Рейксмузеум одновременно заявляют, что в их коллекциях находится тот самый достопамятный сундук. Впрочем, в том же самом уверяют и в замке Лувестейн.

В 19-м веке о приключениях Гуго Гроция сочиняли целые «графические романы». Вот один из образцов — в восьми картинах и в сопровождении стихотворных комментариев.

А в следующем столетии гражданский подвиг Гроция был увековечен в лаконичной скульптурной композиции в виде стопок его научных сочинений. Великий Человек навсегда превратился в Книгу. По принципу «естественного права», разработанного Гуго Гроцием, организованы законодательные и судебные системы современных демократических государств.

Гуго Гроций — об авторе

Информация

Биография

Гуго Гроций (лат. Hugo Grotius) или Гу́го де Гро́т (нидерл. Hugo de Groot или Huig de Groot; 10 апреля 1583, Дельфт — 28 августа 1645, Росток) — голландский юрист и государственный деятель, философ, христианский апологет, драматург и поэт. Заложил основы международного права, основываясь на естественном праве.
Гуго Гроций родился во время Нидерландской буржуазной революции (Восьмидесятилетней войны). Его дед, бургундский дворянин, женился во Франкфурте-на-Майне на дочери голландца де Гроота и взял её фамилию, а отец, Иоганн (Ян) де Гроот, переехал в Голландию. Гуго был первым ребёнком в семье Яна де Грота и Алиды ван Оверсхи. Его отец был очень образованным (он учился в Лейдене вместе с…

Гуго Гроций (лат. Hugo Grotius) или Гу́го де Гро́т (нидерл. Hugo de Groot или Huig de Groot; 10 апреля 1583, Дельфт — 28 августа 1645, Росток) — голландский юрист и государственный деятель, философ, христианский апологет, драматург и поэт. Заложил основы международного права, основываясь на естественном праве.
Гуго Гроций родился во время Нидерландской буржуазной революции (Восьмидесятилетней войны). Его дед, бургундский дворянин, женился во Франкфурте-на-Майне на дочери голландца де Гроота и взял её фамилию, а отец, Иоганн (Ян) де Гроот, переехал в Голландию. Гуго был первым ребёнком в семье Яна де Грота и Алиды ван Оверсхи. Его отец был очень образованным (он учился в Лейдене вместе с великим Юстом Липсием), а также политически активным человеком, и воспитывал сына с ранних лет в традиционной гуманистической традиции, основываясь на учении Аристотеля. Восьмилетним мальчиком Гроций уже писал латинские стихи.

Будучи чрезвычайно усердным учеником, Гуго поступил в Лейденский университет, когда ему было всего одиннадцать лет (ректором университета был его дядя Корнелис). Здесь он удивлял учителей (Скалигера, Юния и др.) своими обширными познаниями, к которым, казалось, и университет не мог ничего прибавить. Он учился вместе с такими выдающимися интеллектуалами Северной Европы того времени, как Франц Юний (старший)ruen[4], Жозеф Жюст Скалигер и Рудольф Снеллиус[5].

После окончания Лейденского университета в 1598 году Гроция пригласили сопровождать влиятельного чиновника, великого пенсионария провинции Голландия, Йохана ван Олденбарневелта, в дипломатической миссии во Францию. В возрасте пятнадцати лет Гроций попал на аудиенцию к королю Генриху IV, и его поразительные знания настолько восхитили двор, что король сказал: «Полюбуйтесь на чудо Голландии!». Гроций вращался в интеллектуальных кругах на протяжении всего своего пребывания во Франции, и до возвращения домой Университет Орлеана удостоил его степени доктора права.

Вернувшись на родину, он занялся адвокатурой, выступая иногда и на учёном поприще; так он издал «О бракосочетании Филологии и Меркурия» Марциана Капеллы, снабдив его очень ценными комментариями. Тогда же он перевёл и некоторые математические и астрономические сочинения классических писателей и написал три латинских трагедии («Adamus exul», «Christus patiens» и «Sophomphaneos»).

В Голландии Гроций был назначен адвокатом в Гааге в 1599 году, а позже официальным историографом Государства Голландия (на пост также претендовал Доминик Баудий, профессор риторики в Лейдене) в 1601 году. В 1604 году он впервые обратился к исследованию проблем международного права, когда был задействован в слушаниях по процессу о захвате голландскими купцами португальского судна вместе с его грузом в Сингапурском проливе.

Библиография

Adamus exul (The Exile of Adam; tragedy) — The Hague, 1601;
De republica emendanda (To Improve the Dutch Republic; manuscript 1601) — pub. The Hague, 1984;
Parallelon rerumpublicarum (Comparison of Constitutions; manuscript 1601—1602) — pub. Haarlem 1801—1803;
De Indis (On the Indies; manuscript 1604—1605) — pub. 1868 as De Jure Praedae;
Commentary on the Law of Prize and Booty, ed. Martine Julia van Ittersum (Liberty Fund, 2006);
Christus patiens (The Passion of Christ; tragedy) — Leiden, 1608;
Mare Liberum (The Free Seas; from chapter 12 of De Indis) — Leiden, 1609;
The Free Sea, ed. David Armitage (Liberty Fund, 2004);
De antiquitate reipublicae Batavicae (On the Antiquity of the Batavian Republic) — Leiden,…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: