Народы Прибалтики XVI-XVII вв. - ABCD42.RU

Народы Прибалтики XVI-XVII вв.

Народы Прибалтики XVI-XVII вв.

На тему: Народы Прибалтики XVI-XVIIвв.

Данилов Евгений 8”В” класса.

Политическая карта Прибалтики после окончания Ливонской войны стала не менее пёстрой, чем она была до этих событий. Речь Посполитная захватила в своё владение северную часть Латвии (к северу от реки Даугавы) и южную Эстонию, которая в период Левонской войны была занята русскими войсками. Вся эта территория образовала особую провинцию под названием Задвинского герцогства. Оно, в начале находившееся в зависимости от короля Польши и великого князя литовского Сигизмунда II Августа, после Люблинской унии 1569г. было включено в состав Речи Посполитной. Польское правительство рассматривало Задвинское герцогство, в первую очередь, как аванпост против Швеции и России. Поэтому оно урезывало здесь привилегии немецкого дворянства и в то же время щедро раздавало имения польским и литовским феодалам, расширяя так же их права в местном управлении. Со стороны немецкого дворянства последовали резкие оппозиционные выступления, которые особенно обострились в период польско-шведсткой войны начала XVIIв.

С целью искоренения лютерства и восстановления католицизма правительство провело в Задвинском герцогстве в широких размерах контреформацию.

Территория Задвинского герцогства вышла из Ливонской войны весьма опустошенной. Большая часть населения погибла от голода и эпидемии. Страна заселялась очень медленно. К концу XVIв. Плотность населения составляла примерно 4 человека на квадратный километр. В годы польско-шведской войны, в первой четверти XVIIв., численность населения ещё более сократилось. Крестьянству приходилось нести не только старинные феодальные повинности. К ним прибавились новые налоги и повинности, связанные главным образом с восстановлением помещичьего хозяйства.

Особое положение в Задвинском герцогстве занимала Рига, по-прежнему остававшаяся наиболее крупным городом Прибалтики.

Рига вела в основном посредническую торговлю, способствующую обмену между землями Даугавского бассейна и Западной Европой. В последней четверти XVIв. В Риге происходили крупные столкновения между городским патрициатом и бюргерской оппозицией, известные под названием «календарных беспорядков».

Вследствие раскола в среде бюргерства, боявшегося роста влияния городских низов, патрициат города в ходе «календарных беспорядков» вышел победителем. Но через несколько лет в условиях польско-шведской войны, магистрат Риги в 1604г. пошёл на известные уступки бюргерству допустив представителей гильдий к участию в управлении городскими финансами.

Курляндское герцогство, ставшее династическим владением последнего магистра Ордена Готарда Кетлера, вассала польского короля, являлось фактически дворянской республикой. Власть дворянства в стране была закреплена в составленном в 1617г. основном законе Курляндского герцогства — так называемой «Формуле правления». В Курляндском герцогстве в первой половине XVIIв. Продолжало увеличиваться производство товарного хлеба, экспортируемого в Западную Европу. Расширение в связи с этим барской запашки обуславливало и в дальнейшем рост барщины и усилие закрепощения крестьян.

По Курляндскому статуту 1617г. крестьяне были признаны собственностью дворян, так же как скот и другое имущество. Судебная власть над крестьянами обеспечила помещикам неограниченные возможности для эксплуатации подневольного крепостного населения.

С 1600г. Прибалтика превратилась опять в арену активных военных действий между Речью Посполитной и Швецией. Они продолжались с перерывами около четверти века.

Швеция опиралась в Прибалтике на местных помещиков. В то же время в период правления Густава II Адольфа (1611-1632) и его дочери Кристины (1632-1654) крупные государственные земельные участки в Прибалтике были розданы шведским дворянам и магнатам. Всё это приводило к усилению феодальной эксплуатации латышских и эстонских крестьян.

Новым явлением в области культуры в Прибалтике в XVI и начале XVIIв. является некоторый подъем школьного образования в городах. Это было обусловлено потребностями в более грамотных людях для государственного аппарата и церкви. Известному оживлению в развитии школ способствовало также соперничество между католической и лютеранской церквами.

Древние народы Прибалтики

История не сохранила подробных сведений о том, как и когда зародилось в Эстонии и вообще в Прибалтийском крае христианство. Известно, что издревле на территории Эстонии и отчасти Северной Латвии, до Лубанского озера, проживали угро-финские племена эстов и ливов.

Предки эстов — финноязычные племена, которые появились на территории современной Эстонии, вероятно, уже в III тысячелетии до Рождества Христова [8] . В последующие десятилетия в их состав вошли отдельные балтийские, частично северогерманские (скандинавские), а с конца I тысячелетия после Рождества Христова восточнославянские элементы. В начале II тысячелетия древние племенные общности постепенно заменились территориальными и начался процесс формирования эстонской народности. По свидетельству академика Х. А. Моора, «процессы сложения эстонского народа не только связаны с историей формирования остальных финно-угров, но тесно переплетаются также с этническим развитием соседних индоевропейцев, в частности балтийских, а также ближайших славянских и германских народов» [9] .

Эсты — древнее скандинавское название эстонцев. В «Германии» Тацита под именем aestui описаны предки современных балтийских (летто-литовских) народов [10] . В дальнейшем это понятие суживается, и в русских летописях эсты вместе с некоторыми другими западнофинскими племенами именуются уже чудью [11] , а позже чухонцами. Только с XVIIIв. название «эсты» распространяется в русском языке. Латыши называют эстонцев igauni (по древней южноэстонской земле Уганди), финны — virolaiset (по северной земле Вирумаа). Сами эстонцы долгое время называли себя maarahvas (народ нашей земли), а имя eestlasec (эсты) стало общепринятым в эстонском языке лишь с середины XIX в., в период формирования эстонской нации, хотя употреблялось уже и в XVII–XVIII вв.

Ливы — финно-угорское племя, которое обитало в древности в северной и западной частях современной Латвии. К концу I тысячелетия после Рождества Христова область расселения ливов, ассимилировавшихся с куршами и латгалами, сузилась. В IX–XII вв. эта народность занимала территорию, прилегающую к Рижскому заливу, и северную часть Курземе (Курляндии) [12] к северу от реки Абава.

Южными соседями эстов и ливов были латышские племена, принадлежащие к балтийской языковой группе. В IX в. в письменных источниках впервые упоминаются курши (корсь). Они проживали в Курземе по соседству и вперемешку с ливами. Восточную часть современной Латвии по правому берегу Даугавы (Западная Двина) населяли латгалы. На западе они граничили с ливами, на юге с с?елами и земгалами, на востоке — с кривичами, а на севере с эстами. С раннефеодального периода латгалы распространились на территории ливов. К XVII в. вместе с куршами и земгалами латгалы слились в одну латышскую народность. От этнонима латгалов (летгалов, в русских летописях — летьгола, или лотыгола) происходит самоназвание латышей — «латвиеши». Предки латгалов, земгалов и куршей проникли на территорию современной Латвии с юга еще в период неолита (начало II тысячелетия до Рождества Христова). Они продвигались постепенно на север, оттесняя жившие в Курземе и Видземе племена — предков эстонцев и ливов, и ассимилировались с ними [13] . История всех этих народов тесно связана с историей эстов с древних времен до наших дней.

Восточными соседями эстов, ливов и латышей были славянские племена кривичей. На северо-востоке, по ту сторону реки Нарвы, лежала так называемая Водская земля (угро-финского племени водь), входившая в новгородские владения. За Нарвой и Чудским озером проживало и славянское население. В XII–XIII вв. на территорию Эстонии, главным образом в не заселенные еще местности на севере и северо-западе, с Чудского озера проникает волна водско-славянских переселенцев. «Редкое население северного Причудья, или Алутагузе, было этнически смешанным и состояло большей частью из обрусевших водских и, очевидно, также русских элементов,— отмечает А. Х. Моора.— В западном Причудье жили эстонцы и кое-где среди них водское население. Из западного Причудья некоторые водские элементы проникли, вероятно, и дальше на запад в пределы современного Йыгеваского района. Этим приходится объяснять водское по происхождению название земли Вайа — Вайга» [14] .

В середине I тысячелетия после Рождества Христова эстонские племена вступают в непосредственные отношения с восточными славянами, продвинувшимися к этому времени от верховьев Днепра в бассейн реки Великой и Псковского озера. Часть кривичей проникла на юго-восток Эстонии. С этого времени эстонская культура начинает испытывать сильное восточно-славянское влияние [15] .

Средневековые венды, упоминаемые в «Хронике Ливонии» Генриха Латвийского, по мнению ряда ученых, являются потомками древних индоевропейцев — венедов. Но исследования археологических памятников, приписываемых вендам, показали, что латвийские венды, вероятно, являются прибалтийскими финнами — группой курземских ливов, живших сначала в низовьях Венты и, очевидно, получивших свое имя по названию этой реки [16] .

ПЛЕМЕНА ПРИБАЛТИКИ

B начале I тысячелетия новой эры произошли значи- тельные изменения в жизни прибалтийских племен — предков современных литовцев, латышей, эстонцев и белорусов — жителей Западной, Северной и Центральной Белоруссии, которые впоследствии приняли славянскую культуру.

Родовые общины жили в поселениях, окруженных земляными валами и оградами из бревен. Жилища, сплетенные из ветвей и обмазанные глиной, с круглыми стенами и коническими, державшимися на столбах крышами, помещались внутри пространства, окруженного валом. Он служил защитой при столкновениях между родами и племенами, которые возникали из-за обладания скотом и пастбищами.

B первые века новой эры картина эта абсолютно изменилась. Особенно быстро развивались племена Белоруссии, Литвы и Южной Латвии, которые были втянуты в торговлю с Римской империей и славянами, жившими по берегам Днепра и Вислы. По их территории пролегали торговые путИ римских купцов, которые скупали прибалтийский янтарь- Он пользовался большим спросом в Италии и провинци : ях. Славяне Поднепровья были связаны с жителями Прибалтики по Западной Двине, Березине и Неману. B бассейне Днепра найдены римские металлические ювелирные изделия, а также монеты и украшенные эмалью вещи из Среднего Поднепровья. Возрос импорт железа и обработка местного железа — болотных руд. Железные изделия окончательно вытеспплп костяные и камепные. B большом количестве появились специалисты-кузнецы.

Читайте также  Знание - сила. Ф. Бэкон

Постепенное усовершенствование орудий пропзвод- ства позволило развнть земледелие па этнх землях, которые относятся к средней полосе. B погребениях, ОТНОСЯЩИХСЯ к первым векам новой эры, найдены серпы, мотыги, ножи, косы. Постепенно земледелие становит-

Кургашіыіі могнлышк латгаллов II — V вв. п.э. Акшістскпіі paiioii, Латвия.

ся пашенным, начинает применяться тягловая сила скота. Под пашни расчищаются леса, так как свободной земли, в отличие от степной зоны, здесь было немного. Жители Прибалтики выращивали в основном рожь, овес, ячмень, лен, горох, репу. Со временем укрепленные родовые поселения уступили место поселениям больших, а затем и малых семей. Развитие земледелия дало им возможность расселяться по более обширным территориям.

Так, например, упоминание о Полоцке имеется в ислаид- ской саге, относящейся к VI веку н.э.

K северу от Западной Двины жили эстонско-ливские племена, которые отставали в своем развитии от южных пріь балтов. Правда, здесь тоже в начале эры увеличилось количество привозных и местных изделий из бронзы и железа, но техника обработки их была значительно ниже. Земледелие стало преобладающим и на этих землях, ио господствовала не пашенная, а подсечная система. Основными земледельческими орудиями были мотыга и деревянная соха, которую люди волокли сами. Подсечное земледелие требовало значительных усилий и большого количества людей, что тормозило разложение рода. Кое-где стали выделяться патриархальные семьи, но выделение малых семей еще не началось. Здесь еще долго сохранялись общие могильники и укрепленные поселения, которые с развитием производственных сил и ростом населения стали распространяться на все большую территорию.

B первой половине I тысячелетия новой эры переживали развитие и финно-угорские племена, которые жили на Северном побережье Балтийского моря, а также в бассейнах Оки и Камы. Античные авторы называют их фенами (Тацит) либо финнами (Птолемей). Есть мнение, что Тацит имел в виду финно-угорские племена, когда описывал эстиев. Ho самое первое упоминание про финно-угорские племена, жившие в Восточной Европе, встречаются у готского историка Иордана. Он приписывал царю готов Германариху победы над мордвой (морденс) и мерей (меренс), а также другими племенами.

Ранние этапы развития финно-угорских племен можно проследить лишь по данным археологических раскопок. Они показывают, что в первой половине I тысячелетия новой эры в быту финно-угорских племеи железо вытеснило бронзу окончательно. Из нее теперь изготавливались лишь ювелирные изделия — пряжки, нагрудные бляхи, фибулы, браслеты, подвески, ожерелья, женские головные уборы с венчиками и подвесками в виде колокольчиков, которые оканчивались спнралыо серьгп. Вооружены финно-угорскпс племена были копьями, дротиками, топорами и мечами, которые походили на мечи римских легиопарпев. Оружие изготавливалось из железа или же имело составные железные части (наконечники). Кроме этого, все еще широко использовалась кость. Из нее, например, делались наконечники для стрел. Здесь большую роль продолжала играть охота на пушных зверей, мех которых использовался в торговле с другими племенами.

Некоторые финно-угорские племена населяли огромную территорию, которая с запада на восток пролегала от тер- риторйи современной Западной Белоруссии и до предго- рий Урала. Об этом свидетельствуетмножество топонимов и гидронимов, кбторые сохранились до нашего времени на территории Белоруссии и в центральных областях России, корни их относятся к финно-угорским языкам. Финно-угорские племена не были однородными, а поэтому разные представители этой племенной группы поддерживали СВЯЗИ Q разлнчнымичастями мира. Так к концу первой половины I тысячелетия усилились торговые связи прикамских племен с Ираном и Восточной Римской империей. Здесь археологами было обнаружено много позднеантичных и сасанидских серебряных блюд, украшенных высокохудожественными изображениями. Они поступали сюда в обмен на меха и, по- видимому, использовались для нужд культа. Кроме охоты, в жизни некоторых финно-угорских племен возрастала роль коневодства. B могилах мужчин, а иногда и женщин, в бассейне реки Оки археологи находят конскую сбрую. Это доказывает, что лошади теперь использовались для верховой езды. Остатки шерстяных тканей в захоронениях говорят о развитии овцеводства, а клочки льняных материй, находки серпов и мотыг говорят о том, что финно-угорские племена занимались также и земледелием.

По-видимому, в первой половине I тысячелетия финноугорские племена переживали период активного имущественного расслоения общества. Это доказывается тем, что наряду с бедными могилами, где найдены только ножи или вовсе не обнаружено никаких вещей, встречаются богатые погребения с большим количеством украшений, оружия и дорогой утвари. Особенно много ювелирных изделий встречается в женских могилах. Ho все богатства в могилах являются лишь средствами личного обихода. Монеты и прочие средства накопления капитала здесь не найдены. Расслоение еще не привело к разложению родового строя. Косвенным доказательством этого может служить то, что финно-угорские городища Первых веков новой эры мало отличаются от более ранних. Так, например, пьяноборская культура в долине реки Ka- Мы, которая сменила ананьинскую культуру, отличается от Последней лишь стилем изделий и преобладанием железа.

K произведениям искусства, найденным археологами можно отнести бронзовые рельефные подвески, которые изображали оленей, орлов с человеческим лицом на груди, а также ящеров, семиголовых лосей, людей. Также интересны маленькие бронзовые и свинцовые идолы в виде птиц, зверей и людей. B бассейне реки Камы таких фигурок найдены тысячи. По-видимому, ученые здесь обнаружили святилище некоего бога, которому приносили жертвы: обнаружено огромное количество костей различных жертвенных животных, около двух тысяч костяных и железных наконечников стрел и около пятнадцати тысяч стеклянных золоченых бус. Другим памятником культа, относящегося к культуре финно-угорских племен, является пещера на реке Чусовая. Тут найдено несколько тысяч костяных и железных наконечников стрел. Ученые считают, что здесь во время проведения религиозных праздников происходили состязания лучников.

B I тысячелетии новой эры большая часть финно-угорских племен совершила массовый переход в западные земли. Об этом свидетельствует существующая ныне страна Венгрия, народ которой, окруженный со всех сторон славянами и германцами, относится к финно-угорской группе племен. Сохранили венгры и свой древний язык, который абсолютно непонятен их соседям.

О происхождении прибалтийских народов

Прибалтийские народы — литовцы, латыши, эстонцы, немцы, карело — финны, финны, скандинавские народы.

Народы Русской равнины — русские, украинцы, белорусы имеют прямое отношение к коренным народам Балтийского побережья.

Исследования лингвистов поразительны — они находят связи языков народов Прибалтики с тюркскими языками. А специалисты по тюркским языкам делают открытия в письменах древних славян. Существовали славяно — арийские общности, и народы хунну, которые жили более обособленно от других народов. В статистике русских, славяно — арийские гаплотипы и гаплотипы хунну в сумме составляют соответственно 22 + 48 + 15 = 85%. Южные прибалтийские народы различаются своей автономией относительно северных славян ( I1 ) , немцев (R1b + R1a + I1 + I2), скандинавских народов ( I1+ R1b) и русских ( R1a + I2 + I1 + N).

Язык скифов остался у татар и тюрков, русские говорят на языке славян. Языки — это политика каждого времени. ДНК — генеалогия помогает быть выше политики, и мы можем сделать вывод, что с самими тюрками латыши связаны через общих пра- предков, хотя у тюрков тоже есть гаплогруппы скифов — R1a и гаплогруппы хунну N . Типичные гаплогруппы тюрков — это ( С + R1a + N + O + Q1 + R2 ) .

Тюрки не являются славянами, хотя многие исследователи относят R1a к славянам. У киргизов R1a около 68%. У иранцев, пуштунов R1a — около 30%.

Этногенез некоторых народов

Гаплотипы R1b R1a I1a I1b I1c I2 J K+T G2 E Q N

Литовцы 5 38 6 6 1 0 0 0,5 0 1 0,5 42

Латыши 12 40 6 1 1 0 0,5 0,5 0 0,5 0,5 38

Эстонцы 8 32 15 3 0,5 0 1 3,5 0 2,5 0,5 34

Немцы 45 15 8,5 18 0,5 5 4,5 1 4,5 5,5 0,5 1

Шведы 21 23,5 42 0 2 0 1 0 0,5 1 0,5 7

Поляки 16 56 7 10 1 18 4 0 2 3,5 0 1

Украинцы 4 50 2 12 1 0 6 2 4 8 5 8

Русские 4 48 10 2 0 15 2 1 1 4 0,2 15

Белорусы 10 51 7 3 0 16 3 0 1,5 4 0 10

Все эти народы имеют явно выраженные гаплогруппы славяно — ариев — ( I + R1a).
Area = пространство, арии = скифы, саки, саха, сарматы.

Литовцы 51%
Латыши 48,5
Эстонцы 50
Шведы 47,5

Поляки 73
Украинцы 75
Русские 75
Белорусы 77

R1a в Западной Европе — это переселенцы с Востока, начиная с завоевателей — сарматов. Соответственно, R1b на Русской равнине — это переселенцы с Запада — немцы, башкиры, хазары.

Различная обособленность южных прибалтов от славянских племён составляет их национальные особенности. Народы южной Прибалтики обособлены от немцев и шведов. У всех прибалтов почти нет гаплогрупп южных славян I2. У эстонцев — наибольшие статистики I1 (15%), у шведов — 44% I1 — это гаплогруппы северных славян.

Общие предки R1a и N у скифов и тюрков относятся к ещё более раннему периоду, чем период возникновения тюркских племён. Усиление влияния тюрков было связано с их походами на Китай ( гаплогруппы О) и монгольскими С. До этого времени, предками тюрков были скифы ( саки, саха, арии), жившие в Скифии от Крыма до Саха Линь (земля сахов). Общие линии латышей и русских — это R1a + N, что в общих статистиках = 40 + 17 = 57%. Это значит, что примерно 57 % русских и латышей имеет общих предков. У русских — около 48% R1a и около 17% N. Там же, где гаплогруппы R1a значительны ( более 10%), происхождение народа не относится к тюркам, а относится к скифам. Например, связь с тюрками есть у азербайджанцев, у которых R1a есть со всеми гаплогруппами тюрков. У эстонцев же нет характерных гаплогрупп тюрков — в первую очередь, китайских O и монгольских С. Гаплотипы R1a у тюрков появились от скифов. У тех же народов Кавказа (балкарцы, карачаевцы), у которых статистики R1a больше 30%, появление таких статистик не может быть объяснено влиянием тюрков, оно следует от скифов (ариев) = R1a.

Читайте также  Теория перманентного дохода М. Фридмена

R1b у народов Русской равнины имеет разное происхождение. Это и компонента хазарского гаплотипа ( R1b + G2 + J), это и немецкое и башкирское происхождение.
У латышей R1b — около 12%, и имеет немецкое происхождение. Некоторые носители R1b из русских, фактически являются этническими башкирами или переселенцами с Запада ( немцами ). У народов Русской равнины (G2 + J) — это хазарское происхождение, а у народов Западной Европы — от этрусков и семитских племён. У немцев R1b — это потомки фараонов, около половины всех статистик.

Хазарский индекс у русских, белорусов, украинцев — ( R1b + G2 + J ) выражен у народов Русской равнины так —

. G2 J R1b
рус 1 2 4 = 7%
укр 4 6 4 = 14%
бел 1,5 3 10 = 14,5%

БОльшие статистики R1b у белорусов связаны с их прибалтийским происхождением, а в свою очередь, статистики R1b у прибалтийцев, имеют немецкое происхождение.

Монгольские гаплотипы у русских — только около 0,16% всех статистик, поэтому след хазарского нашествия на Русской равнине гораздо более значителен, чем следы монголов. У татар монгольские гаплогруппы С3 — около 1,6-2%, поэтому сомнительны и всякие определения через тире — «татаро- монгольское иго». У крымских татар, статистики С3 — около 6-8%. Гаплогруппы С3 есть у тюрков, в том числе, — у азербайджанцев. У казахов статистики С3 — около 42%.

Народы прибалтики не имеют статистик монголов, тюрков, а русские северяне — это общности славян и хунну. Племенна хунну — это предки карелов и финнов. У северных прибалтов есть статистики N, но у немцев почти нет N.

О происхождении народов Прибалтики
http://narodna.pravda.com.ua/history/49c3486394862/

Этногенез белорусов
http://innosfera.by/node/1835

Гаплогруппы немцев
http://haplogroup.narod.ru/german.html

Рожанский Игорь Львович
http://dna-academy.ru/
haplomaps/

на рисунке — данные статистик N из этой работы

Народы прибалтики в средние века

Не рубеже I и II тыс. н.э. земли Прибалтики были насалены пламенами угро-финского и балтского происхождения, имена которых донесли до наших дней русские летописи, немецкие хроники и скандинавские саги.

На территории современной Эстонии обитали эсты и ливы, на землях нынешней Латвии — те же ливы, а также курши, земгалы и латгалы. От низовьев Вислы до Немане и за Неманом жили пруссы и ятвяги. В полосе от сегодняшней восточной границы Эстонии до Невы земли были заняты племенами водь и ижора, впоследствии полностью слившимися с русским населением. Труднее всего установить, на какой территории обитали предки современных литовцев; до настоящего времени этот вопрос вызывает споры среди историков (см.ст. ‘Великое княжество Литовское»),

Народ эстов отличался воинственностью и был склонен к торговле. Викинги-скандинавы, наводившие ужас на всю Европу, нередко совершали походы в землю зстов, или шэйстов», как именовали их саги, но здесь чужаков всегда ожидал жестокий отпор. Эсты время от времени наносили удары недружелюбным пришельцам на их собственной территории, совершая военные экспедиции к берегам Дании и Швеции. Гвроический народ создал героический эпос. Гпоеный персонаж эстонской мифологии, богатырь Калевипоэг, победитель нечистой силы, столь могуч, что, метая камни, оставляет не них отпечатки своих рук. Древняя земля эстов богата кладами средневековых арабских, византийских и западноевропейских монет. Здесь рано возникли торговые центры и гавани: Колывань (Таллинн), Тарту и др.

В XI—XIII вв. у прибалтийских народов уже были свои города-крепости, своя знать и свои государственные образования — небольшие княжества. Так, например, не позднее второй половины ХИ в. образовались две латгальских княжества — Герцике и Талава, зависевшие от русских городов Пскова и Полоцка. В XI—ХШ вв. в Прибалтику, главным образом с Руси, начало проникать христианство. Но язычество на протяжении столетий успешно соперничало с ним. Среди литовцев, например, массовая христианизация началась только в конце XIV в. Честь территории Прибалтики была завоёвана Русью и находилось в разной степени зависимости или в союзнических отношениях с русскими землями и княжества- ¦ ми. Однако в начале XIII в. шведы, датчане и немецкие рыцари (последние принадлежали к специально созданному для завоевательных целей Ордену меченосцев) буквально врываются в Прибалтику. Под предлогом христианизации они захватывают земли местных племён и вытесняют русских. Народы Прибалтики оказывали яростное сопротивление. Эсты несколько раз разбивали немцев и изгоняли их, но в конце концов, не устояв перед упорным нвтиском хорошо вооружённых, дисциплинированных и постоянно получавших подкрепления из Европы рыцарских отрядов, были покорены. Наиболее значительную роль а завоевании Прибалтики сыграл епископ Рижский Альберт, энергичный человек, жестокий и умный политик. Он как никто другой умел поддержать величие христианского креста ударами рыцарского меча. На протяжении XIII в. вся Прибалтика, кроме Литвы, была подчинена немцами и датчанами.

Литовцы, выдерживая натиск закованных в латы рыцарей, постепенно научились трудному искусству побеждать столь сильного противника. В 1236 г. при Сауле (Шяуляй) и в 1260 г. на озере Дурбе они одержали впечатляющие победы в сражениях с завоевателями. На востоке натиск немцев, шведов и датчан был остановлен русскими князьями.

На покорённых территориях возникло несколько государств. Наиболее сильным среди них был Ливонский орден, имевший военно-церковную организацию и располагавший большой военной мощью. Ливонский орден был прибалтийским отделением могучего немецкого Тевтонского ордена, когда-то объединившегося с Орденом меченосцев, который терпел поражения. В то же время Ливонский орден представлял собой вполне самостоятельное государственное образование, просуществовавшее до XVI в. и полностью разгромленное полками Ивана Грозного в ходе Ливонской войны. Покорённые народы Прибалтики неоднократно поднимали восстания. Наиболее крупным из них было восстание Юрьевой ночи в 1343—-1345 гг., потрясшее всю Эстонию. После падения Ливонского ордена прибалтийские земли на несколько столетий стали предметом военного соперничества между Польшей, Швецией и Россией. В XVIII в. они полностью вошли в состав Российской империи.

Прибалтика под властью Швеции и Речи Посполитой в конце XVI в. и начале XVII в.[44]

Прибалтика под властью Швеции и Речи Посполитой в конце XVI в. и начале XVII в.[44]

Политическая карта Прибалтики после окончания Ливонской войны стала не менее пестрой, чем она была до этих событий. Речь Посполитая захватила в свое владение северную часть Латвии (к северу от реки Даугавы) и Южную Эстонию, которая в период Ливонской войны была занята русскими войсками. Вся эта территория образовала особую провинцию под названием Задвинского герцогства. В 1581 г. под власть Польши перешла и Рига. К югу от Даугавы образовалось зависимое от Речи Посполитой Курземское и Земгальское (Курляндское) герцогство, доставшееся в наследственное ленное владение последнему магистру Ливонского ордена Готарду Кетлеру. Особую территорию составило Курляндское епископство, из которого впоследствии была образована автономная Пильтенская область, подчиненная непосредственно польскому королю. Северная Эстония была захвачена Швецией. Острова Сааремаа и Муху, захваченные Данией в ходе Ливонской войны, остались в ее владении до 1645 г., когда они в результате войны перешли к Швеции.

Задвинское герцогство, вначале находившееся в зависимости от короля Польши и великого князя литовского Сигизмунда II Августа, после Люблинской унии 1569 г. было включено в состав Речи Посполитой. Польское правительство рассматривало Задвинское герцогство, в первую очередь, как аванпост против Швеции и России. Поэтому оно урезывало здесь привилегии немецкого дворянства и в то же время щедро раздавало имения польским и литовским феодалам, расширяя также их права в местном управлении. Со стороны немецкого дворянства последовали резкие оппозиционные выступления, которые особенно обострились в период польско-шведской войны начала XVII в.

С целью искоренения лютеранства и восстановления католицизма правительство провело в Задвинском герцогстве в широких размерах контрреформацию.

Территория Задвинского герцогства вышла из Ливонской войны весьма опустошенной. Большая часть населения погибла от голода и эпидемий. Страна заселялась очень медленно. К концу XVI в. плотность населения составляла примерно 4 человека на квадратный километр. В годы польско-шведской войны, в первой четверти XVII в., численность населения еще более сократилась. Крестьянству приходилось нести не только старинные феодальные повинности. К ним прибавились новые налоги и повинности, связанные главным образом с восстановлением помещичьего хозяйства.

Особое положение в Задвинском герцогстве занимала Рига, по-прежнему остававшаяся наиболее крупным городом Прибалтики. Рига вела в основном посредническую торговлю, способствовавшую обмену между землями Даугавского бассейна и Западной Европой.

В последней четверти XVI в. в Риге происходили крупные столкновения между городским патрициатом и бюргерской оппозицией, известные под названием «календарных беспорядков» (1584–1589 гг.). Поводом для них было введение польскими властями нового, григорианского календаря.

Вследствие раскола в среде бюргерства, боявшегося роста влияния городских низов, патрициат города в ходе «календарных беспорядков» вышел победителем. Но через несколько лет, в условиях польско-шведской войны, магистрат Риги в 1604 г. пошел на известные уступки бюргерству, допустив представителей гильдий к участию в управлении городскими финансами.

Читайте также  Ревматизм. Теория происхождения ревматизма

Курляндское герцогство, ставшее династическим владением последнего магистра Ордена Готарда Кетлера, вассала польского короля, являлось фактически дворянской республикой. По «Привилегии Готарда» 1570 г. ленные владения помещиков превратились в наследственную собственность. Власть дворянства в стране была закреплена в составленном в 1617 г. основном законе Курляндского герцогства — так называемой «Формуле правления». Высший орган сословного представительства местного немецкого дворянства — ландтаг стал надежным средством для обеспечения его обширных прав и привилегий как в управлении страной, так и в отношении крестьян.

В Курляндском герцогстве в первой половине XVII в. продолжало увеличиваться производство товарного хлеба, экспортируемого в Западную Европу. Расширение в связи с этим барской запашки обусловливало и в дальнейшем рост барщины и усиление закрепощения крестьян. По «Курляндскому статуту» 1617 г. крестьяне были признаны собственностью дворян, также как скот и другое имущество. Судебная власть над крестьянами обеспечила помещикам неограниченные возможности для эксплуатации подневольного крепостного населения.

Развитие ремесла, которое сосредоточивалось главным образом в сельских местностях, шло все время весьма медленными темпами. В конце XVI в. в Курляндии стали появляться крепостные мануфактуры. Одной из более значительных среди них был основанный герцогом железоделательный завод, на котором отливали также пушки и ковали гвозди. Слабое развитие городов как ремесленных и торговых центров налагало сильный отпечаток на экономическую и политическую жизнь страны. Столицей герцогства стал новый город Елгава (Митава).

С 1600 г. Прибалтика превратилась опять в арену активных военных действий между Речью Посполитой и Швецией. Они продолжались с перерывами около четверти века. По Альтмаркскому перемирию Швеция удержала свои завоевания в Задвинском герцогстве и город Ригу.

Таким образом, вся материковая часть Эстонии и западная часть латышских земель из Задвинского герцогства вошли в состав шведской провинции. Юго-восточная часть польских владений, расположенных к северу от Даугавы, осталась под властью Речи Посполитой.

Захваченная шведами часть Прибалтики продолжала служить плацдармом против Русского государства и источником извлечения средств для проводимой Швецией дорогостоящей внешней политики. Швеция получала из своих прибалтийских владений огромные доходы. Были введены новые налоги и пошлины, стационная подать[45] с крестьян, лиценция (таможенная пошлина) и др. Эти налоги, собиравшиеся главным образом в виде натуральных податей, дали такие значительные доходы, что в конце века Лифляндию стали называть житницей Швеции.

Швеция опиралась в Прибалтике на местных помещиков. В то же время в период правления Густава II Адольфа (1611–1632) и его дочери Кристины (1632–1654) крупные государственные земельные участки в Прибалтике были розданы шведским дворянам и магнатам. Все это приводило к усилению феодальной эксплуатации латышских и эстонских крестьян.

Благодаря поддержке Шведского государства немецкому дворянству в прибалтийских провинциях удалось добиться создания своей сословной организации. Подвластные Швеции Эстляндская и Лифляндская провинции, а также провинция Сааремаа имели каждая свой особый ландтаг в качестве высшего органа местного самоуправления с широкой компетенцией. Право голоса на ландтагах принадлежало только владельцам «рыцарских» — дворянских имений, а также некоторым городам в Лифляндии. В руках немецкого дворянства оставались все органы местного самоуправления и почти полностью административный и судебный аппарат. Представителями королевской власти были шведские генерал-губернаторы и губернаторы провинций.

Установившиеся в Прибалтике порядки обеспечивали классовое господство местного немецкого дворянства и содействовали дальнейшему закрепощению эстонского и латышского крестьянства.

Большинство городов Прибалтики, перешедших под власть Швеции, продолжало в течение долгого времени оставаться в состоянии экономического упадка. Это было следствием ряда причин: длительных и опустошительных военных действий, господствовавшего феодально-крепостнического строя, обременительной как для внутренней, так и внешней торговли таможенной политики шведского правительства и т. д. Посредническая роль прибалтийских городов в торговле с Россией пришла в упадок в связи с крупными внешнеполитическими переменами в восточных землях бассейна Балтийского моря и, в частности, вследствие роста значения Северного морского пути.

Город Нарва, развившийся в период Ливонской войны в крупный торговый центр именно в связи с оживленной русской торговлей, превратился в незначительный поселок. Тарту, занимавший раньше видное место в транзитной торговле России, пришел в полный упадок. Таллин, потерявший свою былую посредническую роль в торговле с Востоком, не сумел в течение долгого времени подняться до уровня, достигнутого в первой половине XVI в.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

Обострение социальных противоречий в Англии в конце XVI и в начале XVII в.

Обострение социальных противоречий в Англии в конце XVI и в начале XVII в. Гибель Армады серьезно подорвала морское могущество Испании, что открывало перед Англией возможность осуществить большие колониальные захваты и ускорить посредством грабежа колоний процесс

Прибалтика во второй половине XVII — начале XVIII в. Присоединение Прибалтики К России. Эстляндия и Лифляндия в составе России

Прибалтика во второй половине XVII — начале XVIII в. Присоединение Прибалтики К России. Эстляндия и Лифляндия в составе России Прибалтика была присоединена к России в ходе Северной войны (1700–1721), которую вела Россия со Швецией за выход к Балтийскому морю. В результате победы

СМУТА В РОССИИ В КОНЦЕ XVI — НАЧАЛЕ XVII ВЕКА

СМУТА В РОССИИ В КОНЦЕ XVI — НАЧАЛЕ XVII ВЕКА То, что происходило в стране в первые два десятилетия XVII в., навсегда врезалось в ее историческую память. Общество раскололось на несколько лагерей, принципы корпоративной и родовой солидарности, верной службы под присягой были

СМУТА В РОССИИ В КОНЦЕ XVI-НАЧАЛЕ XVII ВЕКА

СМУТА В РОССИИ В КОНЦЕ XVI-НАЧАЛЕ XVII ВЕКА Замятин Г.А. Россия и Швеция в начале XVII века. СПб., 2008.Павлов А.П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове (1584–1605). СПб., 1992.Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI–XVII в.: 5-е изд. М., 1995.Скрынников

Москва в конце XVI — начале XVII вв.

Москва в конце XVI — начале XVII вв. Иностранцы, посещавшие Москву на рубеже XVI–XVII вв., восхищались размерами города и многочисленностью его строений. Авторы дошедших до нас описаний Московии сообщают различные сведения о численности дворов, монастырей, церквей и

1.6. Страх запада перед повторным военным вторжением Руси в конце XVI — начале XVII веков

1.6. Страх запада перед повторным военным вторжением Руси в конце XVI — начале XVII веков По-видимому, начиная со второй половины и особенно с конца XVI века, в целом отношение западных авторов к Руси-Орде становится по меньшей мере настороженным. О «коварстве» русских много

Особенности политического развития Речи Посполитой в середине XVI – конце XVIII веков

Особенности политического развития Речи Посполитой в середине XVI – конце XVIII веков Последний польский король и великий князь Литовский по династии Ягеллонов, занимавший трон по праву наследования, умер в 1572 году. С этих пор короли стали избираться сеймом, что часто

Особенности политического развития Речи Посполитой в середине XVI — конце XVIII веков

Особенности политического развития Речи Посполитой в середине XVI — конце XVIII веков Последний польский король и великий князь Литовский по династии Ягеллонов, занимавший трон по праву наследования, умер в 1572 году. С этих пор короли стали избираться сеймом, что часто

Тема 4. Украина под властью Речи Посполитой (вторая половина XVI — первая половина XVII столетия)

Тема 4. Украина под властью Речи Посполитой (вторая половина XVI — первая половина XVII столетия) Во второй половине XVI века ситуацию в Европе в основном определяли три государства: Речь Посполитая, Россия и Швеция. Потерял свою былую мощь Тевтонский орден, причем в 1560 году его

§ 1. Политическое устройство и внутриполитическое положение Речи Посполитой в первой половине XVII в.

§ 1. Политическое устройство и внутриполитическое положение Речи Посполитой в первой половине XVII в. С тех пор, как в 1572 г. со смертью Сигизмунда Второго Августа прервалась династия Ягеллонов, польские короли стали избираться (с 1573 г.). Первый избранный король – герцог

§ 1. Политика российского правительства в отношении Речи Посполитой и ее украинских земель в первой половине XVII в.

§ 1. Политика российского правительства в отношении Речи Посполитой и ее украинских земель в первой половине XVII в. В данной главе мы очень кратко коснемся проблемы отношения правительства России к событиям, происходившим на территории Украины в первой половине XVII в., его

Уршула Аугустыняк (Варшава) Польско-русские отношения в политической публицистике Речи Посполитой XVI–XVII вв К вопросу о генезисе стереотипа

Уршула Аугустыняк (Варшава) Польско-русские отношения в политической публицистике Речи Посполитой XVI–XVII вв К вопросу о генезисе стереотипа Первоначальное значение термина «стереотип»[315] восходит к полиграфии, где так называется отливка печатного набора, используемая

Сиам в конце XVII— начале XVIII в

Сиам в конце XVII— начале XVIII в Известие о перевороте в Сиаме не охладило Ташара, хотя ему пришлось распустить 100 своих «добровольцев». Едва узнав о воцарении Петрачи, он стал разрабатывать планы новых интриг, построенные на уважении, которое сын Петрачи Лыанг Сорасак питал

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: