В. Суриков как великий русский художник - ABCD42.RU

В. Суриков как великий русский художник

Суриков Василий Иванович

Гений Василия Сурикова в мировом и отечественном искусстве уже более ста лет является синонимом подлинно национального, русского, сибирского.

Великий русский живописец, автор масштабных исторических полотен.

Василий Иванович Суриков родился 12 (24) января 1848 г. в Красноярске. Отец — коллежский регистратор Иван Васильевич Суриков, мать — Прасковья Федоровна Торгошина. Умер 6 (19) марта 1916 г. в Москве.

В 1854 г. отца Сурикова перевели на службу в акцизное управление в село Сухой Бузим (в настоящее время село Сухобузимское Красноярского края). В возрасте восьми лет Суриков приехал в Красноярск и закончил два класса приходской школы при Всехсвятской церкви. В 1856 г. Суриков поступил в приходское училище в Красноярске. Там способности мальчика к рисованию были замечены преподавателем Николаем Васильевичем Гребневым, который стал заниматься с ним отдельно, рассказывал о произведениях классического искусства, водил рисовать с натуры виды Красноярска. Наиболее ранним датированным произведением Сурикова считается акварель «Плоты на Енисее» 1862 г. (хранится в музее-усадьбе В. И. Сурикова в Красноярске).

После завершения обучения в уездном училище Суриков устроился работать писцом в губернское управление — у семьи не было денег на продолжение образования в гимназии. В это время рисунки Сурикова увидел губернатор Енисейской губернии П. Н. Замятнин. Губернатор нашел мецената — красноярского золотопромышленника П. И. Кузнецова, который оплатил обучение Сурикова в Академии художеств.

В 1869—1875 гг. Суриков обучался в Петербургской Академии художеств у знаменитого педагога Чистякова, который уже в те годы говорил о Сурикове как о лучшем ученике школы. Начиная с 1877 г., В. И. Cуриков жил и работал в Москве, вступив в Товарищество передвижных художественных выставок.

Во время учебы Суриков за свои работы получил четыре серебряные медали и несколько денежных премий. Большое внимание уделял композиции, за что получил прозвище «Композитор». Первую самостоятельную работу Сурикова «Вид памятника Петру I на Сенатской площади в Санкт-Петербурге» (1870 г.) приобрел П. И. Кузнецов (первый вариант картины хранится в Красноярском художественном музее им. В. И. Сурикова). Летом 1873 г. Суриков приехал в Красноярск, некоторое время жил в Хакасии на золотых приисках Кузнецова. В 1874 г. Суриков подарил Кузнецову свою картину «Милосердный самарянин» (хранится там же), за которую получил Малую золотую медаль. Уже в годы пребывания в Академии сложился как исторический живописец-реалист. В 1875 г. за картину «Апостол Павел благовествует перед царем Агриппой и его сестрой Вероникой» удостоен звания классного художника. 4 ноября 1875 г. Василий Иванович окончил Академию в звании классного художника первой степени. В 1876—1877 гг. исполнял живописные работы в московском храме Христа Спасителя.

25 января 1878 г. Суриков женился на Елизавете Августовне Шаре (1858—1888) (в некоторых источниках — Елизавета Артуровна Шарэ). У Сурикова и Шаре родились две дочери — Ольга и Елена.

В Москве Cуриков создал свои наиболее значительные произведения — монументальные исторические картины «Утро стрелецкой казни» (1881 г.), «Меншиков в Березове» (1883 г.), «Боярыня Морозова» (1887 г.). Художник раскрыл в них истоки трагических противоречий истории, показал борьбу исторических сил в петровское время, в период раскола. Сурикова привлекали сильные личности, концентрирующие в себе дух народа. В своих монументальных картинах Суриков создал новаторский тип композиции, в которой движение людской массы, охваченной сложной гаммой переживаний, выражает глубокий внутренний смысл события.

В 1888 г., после неожиданной смерти жены, Суриков впал в острую депрессию. Своеобразным символом его тогдашнего просветления и возрождения служит картина «Исцеление слепорожденного Иисусом», в которой в облике прозревшего угадываются черты самого художника. Преодолев после поездки в Сибирь в 1889—1890 гг. это тяжелое душевное состояние, он создал необычайно яркое, жизнерадостное полотно «Взятие снежного городка» (1891 г.), запечатлевшее обобщенный образ русского народа, полного удали, здоровья и веселья. В исторических картинах 1890-х гг. Суриков вновь обращается к национальной истории, останавливаясь на событиях, в которых проявлялись исторический дух, единство и мощь русского народа. В картинах «Покорение Сибири Ермаком» (1895 г.), «Переход Суворова через Альпы» (1899 г.) Суриков воспевает мужество и отвагу русского воина.

Следующая работа художника в историческом жанре — «Степан Разин» (1910 г.). Помимо грандиозных произведений, написанных на сюжеты русской истории, Суриков создавал также прекрасные камерные портреты, в которых проявилось портретное дарование мастера, его глубокий интерес к душевному миру простого русского человека. После прочтения книги И. Е. Забелина «Домашний быт русских цариц в XVI—XVII веках» Суриков с 1908 по 1912 г. писал картину «Посещение царевной женского монастыря». Прототипами царевны стала внучка художника Наталья Кончаловская.

В. Суриков как великий русский художник

2. Композиция семи исторических картин

2.1 «Утро Стрелецкой казни»

2.2 «Меншиков в Берёзе»

2.3 «Боярыня Морозова»

2.4 «Исцеление слепорожденного»

2.5 «Покорение Сибири Ермаком»

2.6 «Переход Суворова через Альпы»

2.7 «Стенька Разин»

«Я ИСЧЕЗАЮ. » — таковы были последние слова, сказанные умирающим Василием Суриковым. А до этого — сорок лет титанической работы, грандиозные произведения, поражавшие всех и всякого, всеобщее восхищение и суеверное поклонение перед гением художника. «Боярыня Морозова», «Утро стрелецкой казни», «Меньшиков в Березове», «Покорение Сибири Ермаком», «Переход Суворова через Альпы», «Исцеление слепорожденного Иисусом» — каждая из этих картин становилось целой эпохой в развитии русской живописи. И вряд ли можно вспомнить другого русского художника XIX века, чей талант и творческое наследие имели бы такой большой резонанс и такое значение для всей нашей русской культуры. Судьба Василия Ивановича Сурикова родственна судьбам большинства художников-передвижников. Как и многие из них, он вырос вдали от столиц; преодолевая большие трудности, сумел поступить в Академию художеств. Суриков родился в Красноярске в 1848 году, в казацкой семье (предки его, по-видимому, некогда жили на Дону и пришли в Сибирь при Иоанне Грозном — с Ермаком). Прадеды художника участвовали в красноярском бунте XVIII века, и род Сурикова гордился этими вольнолюбивыми предками. Современный исследователь творчества Сурикова В.С. Кеменов пишет: «Через род Суриковых он чувствовал себя как бы участником истории XVI-XVII веков».

Василий Иванович Суриков родился 12 января (24 по новому стилю) 1848 года в городе Красноярске в семье губернского регистратора Ивана Васильевича Сурикова. Семья принадлежала к старинному казачьему роду. «Предки его пришли в Сибирь вместе с Ермаком. Род его идет, очевидно, с Дона, где в Верхне-Ягирской и Кундрючинской станицах еще сохранились казаки Суриковы. Оттуда они пошли завоевывать Сибирь и упоминаются как основатели Красноярска. «После того как они Ермака потопили в Иртыше, — рассказывал сам художник, — пошли они вверх по Енисею, основали Енисейск, а потом Красноярские остроги — так у нас места, укрепленные частоколом, назывались». Имена Суриковых и Торгошиных (предков художника со стороны матери) упоминаются в списках бунтовщиков, выступивших против сибирского воеводы Дурново в конце XVII века.

Суриков всегда гордился своими предками и своей родиной — Сибирью. Он поэтично и образно рассказывал о ней: «Сибирь под Енисеем. — страна полная большой и своеобразной красоты. На сотни верст — девственный бор тайги с диким зверьем. Таинственные тропинки вьются тайгою десятками верст и вдруг приводят куда-нибудь в болотную трясину или же уходят в дебри скалистых гор. Изредка попадается несущийся с гор бурный поток, а ближе к Енисею то по одному берегу, а то и по обоим — убегающие в синюю даль богатые поемные луга с пасущимися табунами.

В такой обстановке сибиряк стал особым человеком с богатой широкой натурой, с большим размахом во всем: и в труде, и в разгуле. В Сибири на все своя мера: расстояние в сотню верст — нипочем, стройка — на сотни лет. Богатства природы, торговый тракт, близость рудников и приисков с приносимым ими быстрым обогащением… вольное население, не знавшее крепостного права, необходимость каждому охранять себя и в лесу, и в дороге от лютого зверя или лихого человека — все это создавало и в обращении с деньгами особый размах. Наложила свою печать на Сибирь и каторга с ссылкой. Остроги с зловещими частоколами, клейменные лица, эшафоты с палачом в красной рубахе, свист кнута и бой барабана. — все это было обычными впечатлениями сибиряка. А рядом — беглые, жуткими тенями скользящие по задворкам в ночной тишине, разбои, грабежи, поджоги, пожары». Жизнь в Сибири сохраняла патриархальный уклад и жестокие нравы. Не раз семья Суриковых подвергалась разбойным нападениям, и жизнь будущего художника «висела на волоске». Любимыми развлечениями сибиряков были кулачные бои и охота. С малых лет Суриков ходил с отцом на охоту и прекрасно стрелял, а в юности любил участвовать в кулачных боях.

Огромное влияние на Сурикова оказала его мать Прасковья Федоровна. Она была незаурядным человеком — сильная, смелая, проницательная — «посмотрит на человека и одним словом определит». Прасковья Федоровна выросла в старинном, похожем на сказку, доме с высокими резными крыльцами, множеством крытых переходов и слюдяными окнами. Сам воздух в доме «дышал стариной». Из своего девичества она вынесла любовь к старинным торжественным обрядам, затейливым узорам. Прасковья Федоровна мастерски вышивала цветами и травами по своим рисункам, тонко чувствовала цвет, разбиралась в полутонах. Свою любовь к старине, внутреннее чувство прекрасного Суриков унаследовал от матери.

Тяга к рисованию проявилась у Сурикова с ранних лет. Мальчиком он вглядывался в окружающих: «как глаза расставлены», «как черты лица составляются», часами мог рассматривать старинные иконы и гравюры, пытаясь передать увиденное на бумаге. В 1856 году Суриков поступил в приходское училище в Красноярске. Там способности мальчика к рисованию были замечены преподавателем Н.В. Гребневым, который стал заниматься с ним отдельно, рассказывал о произведениях классического искусства, водил рисовать с натуры акварельными красками виды Красноярска.

«Идеалы исторических типов воспитала во мне Сибирь с детства. Она же дала мне и дух, и силу, и здоровье». Сибирь многое объясняет в творчестве художника, но для того чтобы красноярский юноша, выучившийся в Академии художеств на стипендию местного купца-мецената, стал великим русским живописцем Суриковым, нужны были могучий талант, причем талант истинно русский, глубоко национальный, патриотизм, демократичность и высокая гражданственность, большая живописная, профессиональная культура и обширные знания, целеустремленность и сила воли. Наконец, неповторимый дар угадывания истории, не столько буквы, сколько ее духа, правды давно минувших веков.

Классик русской исторической живописи Василий Суриков

Кисти Василия Сурикова принадлежат одни из самых известных картин: «Боярыня Морозова», «Утро стрелецкой казни», «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем».

Потомственный казак

Василий Иванович Суриков родился 12 января 1848 года в Красноярске в семье потомственных казаков. Художник особенно гордился своей родословной: его предки в конце XVI века под предводительством атамана Ермака участвовали в покорении Сибири. В одном из писем младшему брату Суриков сказал: «Казаки мы с тобой благородные — родовые, а не лакеи. Меня эта мысль всегда укрепляет».

И.Е. Репин. Портрет В. И. Сурикова, 1877 год. Источник: ru. wikipedia.org

Суриков довольно рано начал проявлять интерес к рисованию. В четырехлетнем возрасте он взялся расписывать стулья в доме отца, за что был наказан. В шесть лет он создал свою первую картину — портрет Петра I, правда, написанный обычной синькой и давленой бузиной.

Читайте также  Портреты Сумарокова кисти А. Лосенко и Ф. Рокотова

Путь художника

Впервые с техникой рисования Суриков познакомился в Красноярском уездном училище. Он окончил его с отличием в 13 лет и сразу после этого поступил в гимназию. Правда, через некоторое время Сурикову пришлось оставить ее — после смерти отца у семьи возникли серьезные материальные затруднения. Будущий художник был вынужден устроиться на службу в канцелярию Енисейского губернского управления.

Из-за невозможности продолжить обучение живописи Суриков еще долго пребывал в глубоком отчаянии. Но все решил случай. Узнав о проблеме Сурикова, енисейский губернатор П. Н. Замятнин захотел помочь талантливому юноше поступить в Академию художеств. Именно с его подачи сибирский золотопромышленник П. И. Кузнецов спонсировал поездку Сурикова в Петербург.

Будущий художник с треском провалился на вступительных экзаменах — он совсем не умел рисовать с гипса. Однако чуть позднее, во многом благодаря усердным занятиям в школе Общества поощрения художников, ему все же удалось поступить в Академию. В 1869 году Суриков был зачислен туда качестве вольнослушателя, и вскоре его определили в класс к известному художнику и педагогу Павлу Чистякову.

Первой самостоятельной работой, выполненной Суриковым в Академии, стала картина «Вид памятника Петру I на Сенатской площади в Санкт-Петербурге».

«Вид памятника Петру I на Сенатской площади в Санкт-Петербурге», 1870 год. Источник: wikipedia.org

Суриков делал большие успехи, и за шесть лет обучения руководство Академии неоднократно поощряло его премиями. Тем не менее после окончания обучения художник так и не был удостоен большой золотой медали, поскольку комиссия сочла изображение апостола Павла в его исполнении недостаточно каноничным. Несмотря на это, после получения в 1875 году диплома классного художника I степени руководство намеревалось в виде исключения отправить Сурикова за границу. Однако сам он позднее отказался от этой поездки из принципиальных соображений.

Переезд в Москву

В 1877 году Суриков получает заказ на создание фресок «Четыре Вселенских собора» в храме Христа Спасителя в Москве. Во время работы над ними художник всем сердцем полюбил город и решил переехать в Первопрестольную.

«Первый Вселенский Никейский собор», 1876 год. Источник: paintingplanet.ru

Именно в Москве у Сурикова зародился замысел его наиболее известных исторических полотен: «Утро стрелецкой казни» (1881), «Меншиков в Берёзове» (1883) и «Боярыня Морозова» (1887). Картины художника многократно демонстрировались на выставках Товарищества передвижников, в состав которого он вошел в 1881 году.

«Утро стрелецкой казни», 1881 год. Источник: wikipedia.org

«Меншиков в Берёзове», 1883 год. Источник: wikipedia.org

Обращение к корням

В 1888 умирает любимая жена Сурикова Елизавета Шаре. Художник очень болезненно переживал ее смерть. Немного позднее он вместе с детьми уезжает в Красноярск и некоторое время путешествует по Сибири, изучая культуру и быт местных народов. Во время этой поездки художник работает над картиной «Взятие снежного городка» (1891). Позднее Суриков еще не раз посетит родные края в поисках подходящей натуры для своих картин «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем» (1895), «Переход Суворова через Альпы» (1899) и «Степан Разин» (1910).

В 1893 году художник был удостоен звания академика. К этому моменту за ним уже прочно закрепилась репутация выдающегося мастера исторической живописи.

«Взятие снежного городка», 1891 год. Источник: wikipedia.org

«Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем», 1895 год. Источник: wikipedia.org

Постепенно передвижничество изживало себя, и Суриков покинул Товарищество. В 1907 году он стал членом выставочного объединения «Союз русских художников», в ряды которого в свое время также вступили выдающиеся передвижники В. М. Васнецов и В. Д. Поленов.

В последние годы жизни Суриков активно путешествовал и работал над историческими картинами и пейзажами, ходатайствовал об открытии школы рисования в Красноярске.

6 марта 1916 года художник умер в Москве от болезни сердца.

Наследие Сурикова

Несмотря на то, что творческое наследия художника относительно невелико, он все же оставил заметный след в истории русского искусства. Современники часто критиковали Сурикова за многофигурность и перегруженность композиции, а некоторые даже презрительно называли его картины «парчовыми коврами».

Тем не менее многие ценили его за правдивое и проникновенное изображение истории и за отход от давно устаревших канонов Академии художеств. Так, Александр Бенуа, один из самых авторитетных художественных критиков того времени, писал: «Значение Сурикова как живописца очень велико, так как он рядом с Репиным еще в 1880-х годах выступил против запуганного раболепства перед школой».

Сегодня имя Сурикова носит один ведущих художественных вузов России — Московский государственный академический художественный институт (МГАХИ).

За что любить Сурикова?

Автор «Боярыни Морозовой» был не в чести у современников-реалистов, зато возвеличен поколением авангардистов из «Бубнового валета». Почему — объясняет искусствовед Галина Ельшевская

Чтобы понять уникальность Сурикова в русской живописи, нужно рассмотреть жанр исторической картины того времени. Когда передвижнический этап начинается — условно говоря, в 1860-е годы — историческая картина не в чести. Передвижники отдавали приоритет бытовому жанру, потому что это современность, которая болит, а история не болит. История им кажется чем-то отвлеченным, она связана с академической традицией. В исторической картине очень силен тот романтический флер, на который передвижники смотреть не могут: пространства роковые, с шумом, с движением, сплошной «Последний день Помпеи». И в эпоху передвижников историческая картина первое время представлена довольно скромно. Был такой художник Вячеслав Шварц, он писал совершенно прелестные картинки: русская история в духе малых голландцев, сцены в царских палатах, с кошкой, все милое и немножко бидермейеровское.

А к концу 1870-х, к 1880-м годам историческая картина начинает появляться и приветствоваться — скажем, Стасовым, рупором передвижников. Она появляется исключительно на материале «сильных» событий русской истории или того, что принято таковыми считать. У Перова есть, например, чудовищная картина на материале русского раскола — «Никита Пустосвят», которую Стасов считал лучшей русской исторической картиной и писал, что по сравнению с Перовым Суриков остался далеко позади.

Никита Пустосвят. Спор о вере. Картина Василия Перова. 1880–1881 годы © Государственная Третьяковская галерея

Суриков входил в состав товарищества передвижников — куда ему было еще входить? — но во многих отношениях был среди них белой вороной. Чем Суриков всех смущал? Было общим местом полагать, что он плохо учился в Академии и совершенно не знает закона перспективы. И это было и так, и не совсем так. В «Утре стрелецкой казни» кремлевская стена развернута наоборот: в реальности она идет в другую сторону, а у Сурикова она замыкает пространство. (Кстати, собор Василия Блаженного у него не пестрый, а темный.) Крамской — очень честный и совестливый человек — писал, что «Меншиков в Березове» его «и восхищает, и оскорбляет своей безграмотностью». Ведь, говорил он, если Меншиков встанет, то пробьет головой потолок.

Василий Суриков. Меншиков в Березове. 1883 год © Государственная Третьяковская галерея

Меншиков действительно не может встать в этой избе, потому что он для нее не предназначен: это не его изба, это не его судьба, ему в ней тесно. И это передано как бы перспективной ошибкой. Особенно это красиво в «Боярыне Морозовой». Слева на картине бегущий мальчик, но куда он бежит? Он врежется в толпу, причем прямо сейчас. Опять перспектива закрыта. Если вы посмотрите на эту большую-пребольшую картину в галерее, то увидите, что там, куда едут сани, вдали снеговые шапки. И эти снеговые шапки в перспективе смыкаются: это не улица, это тупик, пространство опять закрыто. На картинах Сурикова пространство будет закрыто всегда, потому что это пространство истории. История — это то, что происходит не с нами, и нам в нее хода нет.

Для сравнения представьте себе картины Репина. Они с Суриковым своеобразная пара: и дружили, и враждовали, и всегда по поводу картин друг друга обменивались многозначительными репликами. У Репина есть знаменитая картина «Крестный ход в Курской губернии». На ней пространство построено как воронка, куда зрителя, наоборот, затягивает. Мы идем по этим лицам — и нам уже плевать на саму картину, нас интересуют рифмы портретиста.

Крестный ход в Курской губернии. Картина Ильи Репина. 1880—1883 годы © Государственная Третьяковская галерея

Теперь посмотрите на саму боярыню Морозову. Суриков изучал источники, он знал, что боярыня была в тяжких оковах, и он прекрасно представлял, как они выглядят: это деревянный чурбак, в котором руки как в наручниках. На картине она в цепи, которая не сковывает ничего: это, я бы сказала, такая оперная цепь. Это метафора духа, свободного в оковах. И таких деталей можно назвать еще очень много.

А сейчас давайте поговорим, зачем все эти «ошибки». Это же станет ответом на вопрос, почему современники ничего не понимали и считали Сурикова исключительно колористом (в этом никто не сомневался), и только потом общественное мнение изменилось.

В самом понятии исторической картины как жанра есть одно противоречие, которое почти невозможно преодолеть, оставаясь целиком в реалистической системе живописи. История континуальна, и любое ее событие существует в какой-то длинной причинно-следственной цепи. Мы видим это событие, но в нем латентно содержится и то, чем оно вызвано, и то, что будет после. Живописная картина — это вещь одномоментная. Если про событие, изображенное на картине, мы ничего не знаем, мы не можем его понять иначе как из экспликации — бумажки, которая висит перед картиной. В реалистической системе живописи историческое может явить себя исключительно пассивно. Люди определенным образом одеты — вот и весь историзм.

Если вы посмотрите на картину того же Репина «Царевна Софья», то увидите экспликацию: «Царевна Софья Алексеевна через год после заключения ее в Новодевичьем монастыре, во время казни стрельцов и пытки всей ее прислуги в 1698 году». Но если мы этого не знаем, мы видим жуткую толстенную тетку с искаженным лицом. Причем лицо ее искажено совершенно бытовым образом: Репин писал ее с матери Серова, Валентины Семеновны, а она была той еще штучкой, и, кажется, лицо у нее было искажено по жизни. Она стоит, подбоченившись, на заднем плане еле заметная девочка-послушница, которая забилась в угол. А самое интересное — на окне решетка, а за окном, простите меня за цинизм, натюрморт из повешенного стрельца: он висит совершенно натюрмортным образом, для того чтобы зрителю все было понятно.

И когда Репин увидел «Утро стрелецкой казни» еще в работе, то он Сурикову сказал: «А где же повешенный, ну хоть один? Никто ведь не поверит!» А Суриков говорит: «Торжественность последних минут мне хотелось передать, а совсем не казнь». То есть Суриков пошел по совершенно другому пути и был на нем единственным.

Русская критика, художники и все прогрессивное общество суриковского времени привыкли оценивать историческую картину с точки зрения того, кто в данном событии прав или виноват. Картину Ге «Петр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе» обсуждали так: мог Петр допрашивать царевича именно так или не мог? Гаршин писал про ту же «Боярыню Морозову», что она была еще худшим насильником, чем ее палачи, и нечего ее так поэтизировать. На самом деле Суриков поэтизировал не боярыню, не казнь стрельцов, не Меншикова; поэтическим зарядом у него обладало само понятие истории, и это та история, в которой нет правых и виноватых. На «Утре стрелецкой казни» справа, перед прорывом в глубину (куда мы тоже не можем войти, потому что там страшный взгляд Петра), преображенец ведет так называемого поникшего стрельца. Посмотрите, как ненасильственно и бережно он его ведет: они — не враги, человеческого противостояния нет. Просто над ними есть история — то, что нельзя изменить.

Читайте также  Мечта о героическом и прекрасном в раннем творчестве М. Горького

И посмотрите на боярыню Морозову: она черная, и видно, что его импульсом была ворона на снегу. Черная фигура в санях абсолютно противостоит праздничному, яркому узорочью толпы, но толпа ей сочувствует не как идеологу, а как мученице, и поэтому она тоже прекрасна. Здесь нет однозначно плохих, однозначно хороших, потому что это герои истории.

Василий Суриков. Боярыня Морозова. 1887 год © Государственная Третьяковская галерея

Люди чуть младше Сурикова, следующее поколение, стали относиться к нему иначе. Окончательно его подняли на щит художники из группы «Бубновый валет». Конечно, потому, что дочь Сурикова была женой «бубнового валета» Кончаловского, но дело не только в этом. У них было чуть более радикальное, чем следовало, представление, что все суриковские исторические сюжеты — это вещь случайная, что он был чистый живописец и просто хотел заполнять холст. Суриков действительно говорил: я иду от холста, от него только все и возникает. У передвижников такое было абсолютно не принято: сначала — что, потом — как.

Представители поколения «Бубнового валета» — критики Сергей Глаголь, Яков Тепин — придумали концепцию: Суриков — это человек шестнадцатого века, нечаянно занесенный в века девятнадцатый и двадцатый. И действительно: он вырос в Сибири, Красноярск в годы его детства хранил черты допетровского уклада, никакая вертикаль власти туда не дотягивалась. Суриков, будучи ребенком, действительно видел казнь на площади — поразительно для середины девятнадцатого века. Критики этой генерации считали его своего рода визионером. Это были, я бы сказала, генетические видения: кто-то из его предков участвовал в стрелецких бунтах, и он все про них понял.

В интервью Максимилиану Волошину Суриков рассказал про импульсы к своим картинам. Известно, что из вороны на снегу родилась «Боярыня Морозова». Также известно, как родился замысел «Стрельцов». Утром, уже не при сумеречном, а почти дневном свете вышел в белой рубахе со свечой во двор, увидел рефлексы от свечи на белой рубахе, и у него все связалось: свеча днем — это смерть, смерть — это казнь. Как он написал «Меншикова в Березове»? Это он сам сидит на даче в дождь: и скучно, и тоскливо, и погода паскудная. И тут, говорит он Волошину, стал я размышлять: кто мог бы так в избе сидеть? И понял: это Меншиков. Вот откуда идет замысел: это замысел, во-первых, живописца, который шел от холста, от рефлекса, от света, и, с другой стороны, замысел человека истории, который чувствует ее.

10 лет счастья и 28 лет скорби в жизни художника Василия Сурикова

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Немного из биографии

Художник Василий Иванович Суриков родом из Красноярска, его предки были из донских казаков, покорявших Сибирь с Ермаком, после гибели которого, они прошли вверх по Енисею и основали Красноярские остроги. Родился художник в 1848 году в семье канцелярского служащего, который и был выходцем из старинного енисейского казачьего рода. И нужно ли говорить о том, что характер будущего живописца, сформировавшийся в суровой среде сибирского края, был таким же сильным и непоколебимым. Годами позже эта мощь воплотились в героических образах его картин.

Маленький Василий рано увлекся творчеством, и ему частенько доставалось от матери за разрисованную мебель. Первые уроки живописи были получены им в уездном училище. Позже талантливого юношу приметил губернатор и решил отправить на учебу в Академию художеств в саму столицу.

Однако 20-летний Василий Суриков, приехавший из Красноярска в Петербург для поступления в Академию, с треском провалил экзамены. Один из членов приемной комиссии, увидев работы Сурикова, сказал: «Да вам за такие рисунки даже ходить мимо Академии запретить надо!». «Мимо Академии» Василий ходил недолго — всего один год, а потом успешно сдал вступительные экзамены и стал одним из лучших студентов. В 1875 году, уже после получения аттестата, совет Академии художеств присудил Сурикову звание художника первого класса, позже за творческие работы он был награжден золотой медалью и орденом Святой Анны III степени.

Любовь всей жизни художника

Однажды, когда в очередной раз Василий зашел в католический костёл, чтобы послушать звучание органа, он встретил свою первую и единственную в жизни любовь — Елизавету Шаре. Девушка была из французско-русской семьи. Её отец, Огюст Шаре, в молодые годы, влюбившись в русскую девушку Марию Свистунову, переехал из Парижа в Россию, принял православие и женился. В их браке родилось пятеро детей: сын и четыре дочери, которых воспитывали на французский манер.

Поэтому Лиля (так называли юную барышню родные) по-русски изъяснялась с небольшим акцентом. Она, также как и Василий, интересовались музыкой и живописью. Девушке тогда было девятнадцать лет, а Сурикову — двадцать девять. И невзирая на то, что молодой художник был старше на десять лет, во время их встреч он краснел и смущался, как юнец.

По окончании Академии художеств начинающий живописец получил заказ на четыре картины для храма Христа Спасителя. Некоторое время, подготавливая эскизы, Суриков работал в Петербурге, а потом нужно было ехать в Москву. Влюблённым предстояла длительное расставание. Однако по выходным Василий мчался на крыльях любви в Петербург и, побыв несколько часов с любимой, возвращался назад.

Мучительно протекали дни в разлуке, и художнику многолюдная Москва казалась пустынной без любимой девушки. Поэтому, закончив работу в храме и получив гонорар, Василий решает незамедлительно жениться. Он делает предложение и они с Лилей венчаются. Свою мать живописец решил не оповещать о своей женитьбе, так как наверняка знал, что утончённая невестка-француженка придётся не по нраву суровой сибирской казачке.

Елизавета Августовна была добродушной, приятной в общении, весьма красивой женщиной. Как и муж, она сторонилась светских сборищ, неловко чувствуя себя в большом обществе. «Все о ней говорили как об ангеле»,- вспоминала позже дочь Ольга.

Молодожены после венчания обосновались в Москве и зажили, хотя и бедно, но счастливо. Суриков пошел на вольные хлеба, он больше никогда не писал на заказ, а лишь только то, что велело его сердце. Молодая жена жила интересами супруга, избавив его от всех бытовых хлопот и буквально из ничего создавая домашний уют. А Василий безмерно радовался тому, что его Лиля с изнеженной барышни превращалась в настоящую хозяйку дома, научилась вести хозяйство и готовить. Вскоре у четы Суриковых родилось две дочери, и молодая мама научилась ко всему прочему шить своим дочерям красивые платьица.

Жизнь художника омрачало только одно обстоятельство — врождённый порок сердца жены, у которой рано развился ревматизм, и ей очень тяжело пришлось переносить даже простую простуду. Да и сам Василий едва не умер от воспаления легких в первый год после женитьбы. Лишь благодаря заботе жены, не отходящей от него круглосуточно ни на шаг, он выжил. Врачи уже было потеряли всю надежду на его выздоровление, и лишь разводили руками. Суриков знал, что выжил он только благодаря своей любимой Лиле.

Едва оправившись, художник взялся за работу. Многие женские образы он писал с жены, называя ее «идеальной моделью». Создал он несколько и её портретов. Но всё же основным творением можно считать полотно «Меншиков в Берёзове», где он изобразил свою жену в образе старшей дочери Меншикова, которая по замыслу сюжета была больна и умирала от оспы. В то время и у самой Елизаветы Августовны был тяжелейший приступ, и художник, глядя на измождённую жену, увидел в ней дочь Меншикова. Тогда его вдруг пронзило предчувствие: его Лиля смертельно больна. Но в тот момент эта мысль показалась ему такой страшной, что Суриков напрочь отогнал её от себя. Это было за пять лет до смерти Елизаветы Августовны.

Вскоре полотно было закончено, и на вырученные за него деньги живописец вместе с женой и дочками уехал за границу. Они давно мечтали вместе посмотреть Европу и надеялись, что средиземноморский воздух поможет поправить здоровье Елизаветы Августовны. Лиля действительно после поездки немного окрепла.

Тогда Суриковы решили посетить Красноярск. Василий очень скучал по родной Сибири, да и хотел чтобы мать все же познакомилась с невесткой и внучками. Однако переезд на лошадях через всю страну длился полтора месяца только в одну сторону. И несмотря на то, что они путешествовали летом, суровый сибирский климат отразился на здоровье Елизаветы Августовны самым неблагоприятным образом.

А в родительском доме произошло то, чего так боялся художник. Прасковья Фёдоровна с первого дня невзлюбила невестку. Но Лиля, боясь огорчить любимого, не жаловалась ему на нарекания свекрови. Психологическая атмосфера в доме также усугубила ее состояние, и она тяжело заболела после возвращения в Москву. Теперь уже художник не отходил от постели жены, которую лечили лучшие врачи. Но каждый день приближал ее к концу, ей становилось всё хуже. Смерть жены стала для Сурикова страшным потрясением. Ей было всего 30 лет. Впоследствии он сильно винил себя за необдуманный шаг, когда он решил свозить свою семью в Сибирь.

Для Василия Ивановича это было самым тяжёлым ударом в его жизни. Он много времени проводил на могиле жены на Ваганьковском кладбище, постоянно ходил в церковь, заказывал сорокоусты и панихиды. Друзья начали всерьез опасаться за его рассудок. Как-то в порыве ярости художник переломал в доме всю мебель и сжёг свои рисунки, проклиная себя за то, что не сумел остановить болезнь Лили. Что не услышал «звоночка», который прозвенел, еще тогда, когда жена позировала для «Меншикова в Берёзове».

Овдовев в сорок лет, художник больше никогда не женился. Всю свою нерастраченную любовь отдал дочерям, которым полностью заменил мать. Никакой другой женщине он не мог доверить воспитание их с Лилей дочерей. Когда не стало мамы, девочкам было девять и семь лет.

Два года Суриков не брал кисти в руки. Днями простаивал в церкви перед образами, а вечерами запоями читал Библию. Ему нужно было работать, чтобы кормить детей, а сил ни творческих, ни физических не было. Первой картиной, которую он написал после смерти жены было полотно «Исцеление слепорождённого Иисусом Христом». В образе слепого Суриков изобразил себя.

В то тяжкое для художника время ему помог брат, приехавший в Москву из Красноярска. Именно Александр Иванович подал идею Василию — уехать в Сибирь, где мало что напоминало бы о жене. И Суриков с дочерями вернулся на малую родину. Все исследователи его творчества сходятся во мнении, что Сибирь исцелила душу художника, он смог пережить свое горе и снова начать творить. По совету брата Суриков начал работать над новой темой — героической, где воспел удаль и героизм русского народа. Картины того периода: «Взятие снежного городка», «Покорение Сибири Ермаком», «Переход Суворова через Альпы».

Душевная боль Сурикова и тоска по любимой жене с годами утихла, но осталась тихая печаль. С ней художник прожил 28 лет. Он много писал, забываясь в работе, и создал немало женских портретов. И в каждом из них кисть художника непроизвольно выводила незабываемые черты Лили.

Читайте также  Революция в поэзии В. В. Маяковского

И наверное, излишне говорить о том что художник завещал похоронить его рядом со своей женой. На Ваганьковском кладбище он нашел свое последнее пристанище.

Послесловие

Еще несколько слов хотелось бы сказать о наследниках великого мастера, а вернее показать их фото, переплетение судеб которых весьма впечатляет.

О том как сложилась судьба дочери художника Ольги, вышедшей замуж за известного художника Петра Кончаловского, можно прочесть здесь

Именно эта семья дала России известных режиссеров современности — Андрея Кончаловского и Никиту Михалкова, поистине достойных правнуков своего предка.
Внучка Сурикова, Наталья Кончаловская, была писателем, среди её работ — биография деда «Дар бесценный».

Вот такое вот невероятное переплетение судеб в одной семье.

В продолжение темы о семьях художников, в которых царила любовь и согласие читайте: Константин Юон — художник, который 60 лет любил одну женщину и один город .

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Василий Суриков

живописец, мастер масштабных исторических полотен

Васи́лий Ива́нович Су́риков (24 января 1848, Красноярск — 19 марта 1916, Москва) — великий русский живописец, мастер масштабных исторических полотен.

Содержание

Биография

Семья

Василий Суриков родился 12 (24) января 1848 года в Красноярске, в казачьей семье. Крестился 13 января во Всех-Святской церкви. Дед — Александр Степанович Суриков (умер в 1854 году) был атаманом Енисейского Казачьего полка. В его честь назван остров Атаманский на Енисее. Дед Василий Иванович Торгошин служил сотником в Туруханске.

Отец — колежский регистратор Иван Васильевич Суриков. Мать — Прасковья Фёдоровна Торгошина — родилась 14 октября 1818 года в казачьей станице Торгошино под Красноярском (современное название Торгашино). В 1854 году отца перевели на службу в акцизное управление в село Сухой Бузим (в настоящее время Сухобузимское, Сухобузимский район Красноярского края).

В Красноярске

В возрасте восьми лет Суриков приезжает в Красноярск и заканчивает два класса приходской школы при Всехсвятской церкви; в 1858 году начинает учёбу в уездном училище. Родители остаются жить в Сухом Бузиме. В 1859 году в Сухом Бузиме от туберкулёза умирает отец Василия Ивановича. Мать с детьми возвращается в Красноярск. Денег не хватает — семья сдаёт в аренду второй этаж своего дома.

Василий Иванович начал рисовать в раннем детстве. Первым учителем рисования для Сурикова стал Николай Васильевич Гребнёв — учитель рисования Красноярского уездного училища. Наиболее ранним датированным произведением Сурикова считается акварель «Плоты на Енисее» 1862 года (хранится в музее-усадьбе В. И. Сурикова в Красноярске).

После завершения обучения в уездном училище Суриков устраивается работать писцом в губернское управление — у семьи не было денег на продолжение образования в гимназии. Во время работы в губернском управлении рисунки Сурикова увидел губернатор Енисейской губернии П. Н. Замятнин. Губернатор нашёл мецената — красноярского золотопромышленника П. И. Кузнецова. Пётр Иванович оплатил обучение Васи Сурикова в Академии художеств.

В Санкт-Петербурге

11 декабря 1868 года Суриков с обозом Кузнецова Петра Ивановича выехал из Красноярска в Санкт-Петербург. Суриков не смог поступить в Академию, и в мае-июле 1869 года учился в Санкт-Петербургской рисовальной школе Общества поощрения художеств. Осенью 1869 года Василий Иванович сдал экзамены, стал вольнослушателем Академии художеств, а через год был зачислен воспитанником.

С 1869 по 1875 год Суриков учился в петербургской Академии художеств у П. П. Чистякова. Во время учёбы Суриков за свои работы получил четыре серебряных медали и несколько денежных премий. Большое внимание уделял композиции, за что получил прозвище «Композитор».

Первую самостоятельную работу Сурикова «Вид памятника Петру I на Сенатской площади в Санкт-Петербурге» (1870 год) приобрёл П. И. Кузнецов (один из вариантов картины хранится в Красноярском художественном музее им. В. И. Сурикова). Летом 1873 года Суриков приезжает в Красноярск, некоторое время живёт в Хакасии — на золотых приисках Кузнецова. В 1874 году Суриков подарил Кузнецову свою картину «Милосердный самарянин» (хранится там же), за которую получил Малую золотую медаль.

4 ноября 1875 года Василий Иванович закончил Академию в звании классного художника первой степени.

В Москве

Василий Иванович получил заказ на создание четырёх фресок на темы вселенских соборов для храма Христа Спасителя. Суриков начал работать над фресками в Петербурге, а в 1877 году переехал в Москву. В Москве собственного жилья не имел, жил в арендованных квартирах и гостиницах, мечтал вернуться в Красноярск. Василий Иванович часто ездил в Красноярск, где проводил лето.

25 января 1878 года Суриков женился на Елизавете Августовне Шаре (1858—1888) (в разных источниках приводятся различные написания имени — Елизавета Артуровна Шарэ). Её мать, Мария Александровна Шаре была родственницей декабриста Петра Николаевича Свистунова (предположительно племянницей, дочерью Глафиры Николаевны Свистуновой и графа Александра Антоновича де Бальмен). У Сурикова и Шаре родилось две дочери: Ольга (1878—1958) и Лена.

«Утро стрелецкой казни»

В 1878 году Василий Иванович начал работать над картиной «Утро стрелецкой казни». Картина была завершена в 1881 году.

«Меншиков в Березове»

П. М. Третьяков в 1883 году приобрёл картину Сурикова «Меншиков в Березове» У художника появились деньги для зарубежной поездки. Он побывал в Германии, Италии, Франции, Австрии, ознакомился с коллекцией Дрезденской галереи, собранием Лувра.

«Боярыня Морозова»

В 1881 году Суриков сделал первый эскиз «Боярыни Морозовой», в 1884 году начал работать над картиной. Впервые о боярыне Морозовой Василий Иванович услышал от своей тётки Ольги Матвеевны Дурандиной, у которой он жил в Красноярске во время учёбы в уездном училище. Долгое время Суриков не мог найти типажа для боярыни. Прототипом Морозовой стала тётка Сурикова — Авдотья Васильевна Торгошина. Её муж, Степан Фёдорович, изображён на картине «Утро стрелецкой казни» — стрелец с чёрной бородой. В виде смеющегося купца слева на картине «Боярыня Морозова» изображён бывший дьяк Сухобузимской Троицкой церкви Варсанофий Семёнович Закоурцев. Закоурцев позировал Сурикову для этюда «Смеющийся священник» в Красноярске ещё в 1873 году. Странник с посохом справа на картине написан с переселенца, которого Суриков встретил по дороге в Сухобузимское.

«Боярыня Морозова» экспонировалась на XV Передвижной выставке 1887 года. Суриков на лето уезжает в Красноярск. 8 августа 1887 года художник наблюдает полное солнечное затмение, пишет эскиз затмения, который хранится в Тверской картинной галерее. В 1887 году Василий Иванович начинает работать в жанре портрета. Одним из первых стал портрет матери (1887 год). Портрет «Мой брат» также, вероятно, был создан в 1887 году.

«Взятие снежного городка»

8 апреля 1888 года скончалась жена Сурикова. В начале лета 1889 года Суриков вместе с дочерьми уехал в Красноярск, где прожил до осени 1890 года. В Красноярске художник создаёт полотно «Взятие снежного городка» (завершено в 1891 году, хранится в Русском музее).

Игру «Взятие снежного городка» Суриков впервые увидел в раннем детстве по дороге в родное село матери Торгошино. Идею картины художнику подал его младший брат Александр. Он изображён справа на картине, стоящим в кошеве. В кошеве сидит, изображённая в профиль Екатерина Александровна Рачковская — жена известного красноярского врача. Снежный городок был построен во дворе усадьбы Сурикова. В массовке участвовали крестьяне деревни Базаиха.

«Взятие снежного городка» на международной выставке в Париже в 1900 году получила именную медаль.

«Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем»

Во время посещения Сибири Суриков изучал жизнь и быт местных народов: вогулов, остяков, хакасов и др. В 1891 году началась работа над картиной «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем». Этюды для картины Суриков писал на р. Обь. Летом 1892 года Василий Иванович жил на золотых приисках Кузнецова в Хакасии. В своём письме он писал: «Пишу татар. Написал порядочное количество. Нашел тип для Ермака». Работа над картиной «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем» продолжилась на Дону в 1893 году, а закончилась в 1895 году.

С 1893 года Суриков — действительный член петербургской Академии художеств.

«Переход Суворова через Альпы»

В октябре 1895 года, будучи в Красноярске, Суриков задумал картину «Переход Суворова через Альпы». Первым прототипом для Суворова стал красноярский отставной казачий офицер Фёдор Фёдорович Спиридонов. Ф. Ф. Спиридонов составлял родословную для Сурикова. В то время Спиридонову было 82 года. В 1898 году появился этюд, в котором современники видели прототипом Суворова преподавателя пения Красноярской мужской гимназии Григория Николаевича Смирнова. Г. Н. Смирнов также имел белую лошадь, которую Суриков изобразил на картине под Суворовым. Летом 1897 года Суриков посещает Швейцарию, где пишет этюды. Работа над картиной «Переход Суворова через Альпы» завершилась в 1899 году — в 100-летие итальянского похода Суворова. Картина выставлялась в Санкт-Петербурге, Москве, и была приобретена императором.

«Степан Разин»

Идея картины «Степан Разин» появилась у Сурикова ещё в 1887 году, но работа над картиной началась в 1900 году. Этюды для картины Суриков писал в Сибири и на Дону. Прототипом Степана Разина стал красноярский учёный Иван Тимофеевич Савенков, или его сын — Тимофей Иванович. Возможно, что ранние этюды делались с Ивана Тимофеевича, а поздние с его сына.

В 1907 году Суриков стал членом Союза русских художников, покинув ряды Товарищества передвижников.

Параллельно с «Степаном Разиным» Суриков работает над несколькими картинами. В 1901 году В. М. Крутовский показал Сурикову брошюру Н. Оглоблина о Красноярском бунте (издана в Томске в 1902 году). В Красноярской шатости 1695—1698 годов участвовали предки Сурикова — Пётр и Илья Суриковы. Суриков начинает картину «Красноярский бунт 1695 года».

Остался неосуществлённым замысел картины «Княгиня Ольга встречает тело князя Игоря, убитого древлянами». Картина была задумана в 1909 году во время поездки на озеро Шира.

Последние годы

После прочтения книги И. Е. Забелина «Домашний быт русских цариц в XVI—XVII веках», Суриков с 1908 года пишет картину «Посещение царевной женского монастыря» (1912 год). Прототипами царевны стали внучка художника Наталья Кончаловская и Ася Добринская.

В 1910 году Суриков вместе с зятем художником П. П. Кончаловским посещает Испанию. В Красноярске в 1910 году по инициативе Сурикова и Л. А. Чернышева открылась рисовальная школа. Суриков прислал из Петербурга наглядные пособия для школы.

Летом 1914 года Василий Иванович посещает Красноярск, где пишет ряд пейзажей: «Красноярск в районе Благовещенской церкви», «Плашкоут на Енисее», и несколько акварелей. Осталась незавершенной картина «Благовещение».

В 1915 году Василий Иванович уезжает на лечение в Крым.

Суриков скончался в Москве 6 (19) марта 1916 года от склероза сердца. Похоронен рядом с женой на Ваганьковском кладбище.

Его имя присвоено Московскому художественному институту. На родине художника, в Красноярске, в 1954 году поставлен памятник (скульптор Л. Ю. Эйдлин, архитектор В. Д. Кирхоглани), там же в 1948 году открыт дом-музей Сурикова, ныне Музей-усадьба. Собрание живописи и различных предметов краеведческого музея составила основу коллекции при открытии дома-музея. В честь Сурикова назван кратер на Меркурии.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: