Гражданская война на территории Южного Урала - ABCD42.RU

Гражданская война на территории Южного Урала

В 1919 году эпицентр Гражданской войны надолго переместился под Челябинск

Труд для фронта Танкограда и металлургов прочно связан в нашем сознании с Челябинском как с городом тыловым. И никто не задумывается, что в 1918-19 годах именно Челябинск был на передовой. Он оказался в эпицентре братоубийственной войны и чешской интервенции.

Это на вокзале станции Челябинск произошел дикий инцидент, с которого закрутилась мясорубка гражданской войны. 14 мая в чеха Духачека из эшелона с венграми была брошена железная опора от «буржуйки». Чехи, угнетенные Австро-Венгрией, ненавидели венгров. Они отцепили вагоны от паровоза, нашли обидчика и линчевали его. Восстанавливая порядок, челябинский Совет арестовал 10 чехов и отправил в тюрьму. Тем же вечером чехословацкие части вошли в город. Это были тысячи прекрасно вооруженных опытных солдат – против горстки большевиков.

25 мая вышел приказ Троцкого. Всем Советам от Пензы до Омска предписывалось разоружить чехословаков. Легко сказать. Узнав о директиве Троцкого, 27 мая чешский подполковник Войцеховский (на фото) занял Челябинск. До начала июля легионерами были захвачены Златоуст, Миасс, Курган, Петропавловск, Канск, Пенза, Томск, Омск и Транссиб на всем протяжении. Избранные составы первых Советов в этих городах вешали и расстреливали.

Не все знают, что к тому времени 50-тысячное чешское войско на Транссибе считало себя частью французской армии и напрямую подчинялось Антанте. Так что ниточки, за которые кукловоды дергали наемников, напрямую тянулись в Лондон и Париж. И тем нелепее через много десятилетий выглядит гуманная попытка большевиков «эвакуировать» легионеров через Сибирь во Владивосток. «А вдруг их потреплют на границе злые немцы и австро-венгры?»

Через год, в июле-августе 1919 года Челябинск вновь замелькал в сводках как решающая точка боев на Восточном фронте. На Южном Урале началась наступательная операция Пятой армии РККА против Западной армии адмирала Колчака. Командовал Пятой армией Михаил Тухачевский (на фото). Войска красных заняли Челябинск и другие города. Это с тех пор в наших сосновских деревнях найти в земле патроны «Remington» стало делом обычным. Российская империя годами закупала стрелковое оружие в Америке. Когда началась гражданская война, для Белого движения патроны стали исходными боеприпасами, а для красных – трофейными. Но это отдельная история.

Олег Пермяков

Из работы студентов училища № 106

(научный руководитель педагог Надежда Леонидовна Головатенко)

В июле 1919 года шли бои за деревни Бухарино и Есаулка Сосновского района. Бои шли упорные, с переменным успехом: красные, белые, красные. По старой дороге, говорят, толпами и поодиночке раненые красноармейцы продвигались в Челябинск. Для многих это был последний путь: хозяева здешних хуторов преследовали их и убивали и тут же среди травы наскоро хоронили. Столь высока была ненависть к тем, кто поднял руку на старые порядки. И все же здесь произошел перелом в разгроме колчаковцев.

По воспоминаниям жителей деревни Бухарино (так им рассказывали родители), население старалось избежать контактов с войсками. В то же время в избах на столах семьи оставляли еду. Бои приближались, а хозяйки специально стряпали хлеб, пироги. Они наливали молоко в кринки, прикрывали полотенцем, а сами уходили, прятались. То есть надеялись «задобрить» духов войны, но держались от них подальше.

Бои шли вокруг деревни и в согринах. Согрины – это болотистая местность, где косили камыш на корм скоту. Но они были опасными, эти согрины. Местные жители знали, что там попадались колодцы. Если провалиться – можно и не выбраться надо быстрей выпрыгивать, хвататься за кочку. Когда бои закончились, то в согринах были найдены утонувшие и раненые. Их вытаскивали. Раненых потом оставляли в домах. Кто – то из них умирал, а кто – то выздоравливал, возвращался к жизни. Убитых собрали со всей округи и похоронили. «Поставил в храме свечку, и за души убиенные, и за молодость, и за Родину, скорбящую.»

Гражданская война прошла кровоточащей раной по многим семьям. Случалось и такое – отец и младший сын шли воевать за белых, старшие сыновья за красных…

…В 1987 году в Сосновский райком комсомола пришел немолодой человек. Он приехал из Ленинграда, в поселке Мирный жила его сестра, и он сам когда – то здесь жил. Это был Тимофеев Михаил Васильевич. Он помнил и бои в гражданскую, и знал место захоронения недалеко от Мирного.

Здесь когда-то стояло несколько домов, местечко называлось «Контроль». Белых тогда схоронили в заброшенном колодце, а красные были похоронены в погребе разрушенного дома.

Могилы заровнялись. Не осталось никаких следов. Теперь трудно определить, что здесь шла дорога, стояли дома. Осталось ровное пшеничное поле – Братское поле.

«Не плугами поле пораспахано. А распахано поле конскими копытами,

Засеяно казачьими головами.

Засеял эту легку пашенку

Остановился он тут и прослезился:

Буйные головушки пропали».

Позднее, в 1987 году Михаил Васильевич Тимофеев пришлет письмо: «Высылаю чертеж памятника, сделанного согласно размерам имеющегося обелиска. Остается заказать гранитные блоки соответствующего размера и мраморную мемориальную доску 50*60 см с текстом такого содержания: «Вечная память бойцам Красной армии, погибшим в боях за освобождение Южного Урала от колчаковцев в июле 1919 года. От комсомольцев Сосновского района 1987 г.» С уважением, Тимофеев М.В.»

Памятник сделают и установят к ноябрю 1987 года.

Данного памятника государственных реестрах охраны памятников Челябинской области нет, как нет и памятника находящегося в районе деревни Ужовка.

Как рассказывала когда-то Осинцева Анна Михайловна, в доме №12, переулок Береговой, в сараях находились пленные партизаны. Их расстреляли на бегу речку Зюзелги, около берез.

В память о событиях гражданской войны и установлен памятник в Ужовке. На памятнике надпись: «Слава героям-партизанам, павшим за Советскую власть. От пионеров пионерского лагеря «Ласточкино гнездо» ЧТЭЦ-1 1965г.».

…На кладбище поселка Есаульский стоит скромный памятник, посвященный Кудрину М.С., одному из первых организаторов колхоза “Ленинский путь”, зверски убитому кулаками в июле 1930 г.

Памятник расположенный на могиле Есаульского кладбища. Могила оформлена двумя рядами силикатного кирпича. Верх памятника сделан из железа, окрашенного в светлую краску, на верху звезда, высота памятника 1,5 метра.

Кудрин Матвей Степанович (16.11.1886-30-06.1930) – активный борец за советскую власть родился в деревне Ужовка Челябинской обл. в крестьянской семье. Здесь прошли его детские и юношеские годы, известно что до 1917 г . Кудрин М.С. работал писарем в конторе в деревне Ужовка. Участник гражданской войны. Во время гражданской войны, приблизительно в 1919 году Кудрин М.С. вступил в партию.

После окончания гражданской войны вернулся в д. Ужовку, был первым и единственным коммунистом в деревне. В 20-е годы Кудрин М.С. продолжал работать писарем в конторе в деревне Ужовка активно проводил среди односельчан политику советской власти, благодаря активной деятельности Кудрина весной 1930 г. в д. Ужовка был организован колхоз «Ленинский путь». Кудрин резко выступил против местных богатеев, не смотря на сопротивление с их стороны, местные богатеи – Резипин, Зарянов, Колмогорцев решили отомстить Кудрину и вечером 30 июня 1930 зверски убили его.

Кудрин М.С. был похоронен на кладбище пос. Есаульского. До 1967 г. На его могиле стоял небольшой памятник.

Марш смерти. Как погибла Уральская белая армия

Смута. 1919 год. Уральская белая армия генерала В. С. Толстова погибла в конце 1919 года. Уральская армия была прижата к Каспийском морю. Уральцы совершили «Марш смерти» — тяжелейший поход вдоль восточного берега Каспийского моря в форт Александровский. Ледяной поход по пустыне добил уральцев.

Отступление уральцев к Каспию

После поражения в октябре-ноябре 1919 года Восточного фронта Колчака Уральская белая армия оказалась изолированной и перед лицом превосходящих сил красных. Уральцы были лишены всяких источников пополнения вооружением и боеприпасами. Разгром белоказаков был неизбежен. Однако уральцы продолжали оказывать сопротивление, несмотря на то, что колчаковцы всё дальше откатывались на восток, а соседняя Оренбургская армия была разгромлена и отступила на восток, затем юг. Помощь Деникина была слабой, осенние штормы на Каспии затрудняли подвоз припасов, Гурьев блокировала красная Каспийская флотилия. Скоро подвоз по морю был полностью перекрыт – северная часть Каспия замерзала, связь Гурьева с Кавказом была прервана.

В начале ноября 1919 года красный Туркестанский фронт под командованием Фрунзе в составе 1-й и 4-й армий (22 тыс. штыков, сабель, 86 орудий и 365 пулемётов) перешёл в общее наступление против Уральской армии (около 17 тыс. тыс. штыков и сабель, 65 орудий, 249 пулемётов), чтобы концентрированными ударами на Лбищенск с севера и востока окружить и уничтожить главные силы противника. Под напором красных, Уральская армия начала отступление. 20 ноября Красная Армия заняли Лбищенск, однако окружить главные силы уральцев не удалось. Фронт стабилизировался южнее Лбищенска.

В Калмыкове собрались остатки Уральской армии. В полках осталось по 200-300 бойцов, почти вся артиллерия была утрачена. Было много больных и раненых. На главном направлении осталось всего около 2 тыс. человек против 20 тыс. красноармейцев. У красных также была эпидемия тифа, но они имели тыл для размещения больных, и всё время получали пополнения. На правом фланге располагались остатки 2-го Илецкого казачьего корпуса генерала Акутина, всего около 1 тыс. здоровых бойцов. Штаб корпуса располагался в ауле Кызыл-Куга.

С наступлением зимы Фрунзе удалось сломить сопротивление уральских казаков. Туркестанский фронт подтянул резервы и получил оружие и боеприпасы. Фрунзе добился у Ленина полной амнистии для простых казаков. Казаки, не желающие покидать родные станицы, стали массами возвращаться к мирной жизни. Также комфронта применил новую тактику борьбы с непокорными уральцами, которые совершали конные рейды. Красная кавалерия и пулеметные заставы стали отрезать белоказаков от станиц и хуторов, вытесняя их в голую зимнюю степь, не подпуская к жилью, пропитанию. Боевые возможности уральцев были подорваны, они больше не могли вести партизанские действия.

10 декабря 1919 года Красная Армия возобновила наступление. 4-я советская армия Восканова и экспедиционный корпус 1-й советской армии сломили сопротивление ослабленных уральский частей, фронт рухнул. Казаки отходили, оставляя станицу за станицей. Командование Уральской армии решило отходить к Гурьеву, затем на форт Александровский, так как северная часть Каспия уже замерзла и эвакуироваться из Гурьевского порта было нельзя. Из Александровского надеялись переправиться на кавказский берег.

18 декабря красные захватили Калмыков, отрезав, тем самым, пути отхода 2-му Илецкому корпусу. 22 декабря красные заняли п. Горский, один из последних опорных пунктов уральцев перед Гурьевом. Командующий Уральской армии Толстов со штабом отошёл в Гурьев. Советское командование предложило казакам капитулировать, обещало амнистию. Уральцы обещали подумать, было заключено 3-дневное перемирие. В это время белоказаки уничтожали имущество, которое не могли взять с собой, и под прикрытием небольшого заслона начали поход в форт Александровск. 5 января 1920 года красные вошли в Гурьев.

Тем временем фланговые части были отрезаны от основных сил. Алаш-Орда — самопровозглашённое казахское национально-территориальное образование, перешла на сторону красных (правда, это не помогло националистам, Алашская автономия была ликвидирована большевиками). Войска Алаш-Орды вместе с красными атаковали казаков. Части 2-го Илецкого корпуса, понеся большие потери в боях при отступлении, и от тифа, в начале января 1920 года были почти полностью уничтожены и пленены красными войсками у населенного пункта Малый Байбуз. Штаб корпуса во главе с генералом Акуниным был уничтожен, его командир взят в плен (его вскоре расстреляли). Илецкая дивизия полковника Балалаева на реке Уил подверглась той же участи. Только 3-й полк смог прорваться из окружения и выйти к Жилой Косе.

Часть левого фланга Уральской армии – 6-я дивизия полковника Горшкова (из состава 1-го Уральского корпуса), которая была направлена к Волге для связи с армией Деникина, оказалась отрезанной от основных сил в районе Ханской ставки. Казаки могли идти на запад, чтобы перейти через Волгу и соединиться с армией Деникина, либо попытаться прорваться на соединение с Толстовым, который уже вышел в форт Александровск. В итоге было решено форсировать Урал и соединиться со своими в районе Жилой Косы. От дивизии осталось 700 – 800 человек, было много больных. С Горшковым решилось идти около 200 человек, остальные решили разойтись по домам. Небольшой отряд смог форсировать р. Урал по льду, но затем его разгромили казахи Алаш-Орды. Лишь небольшая группа спаслась (есаул Плетнев и 30 казаков) и через два месяца к марту 1920 года вышла к Александровску.

Марш смерти

В конце 1919 года Толстов вышел с остатками армии, осколками белогвардейских частей, которые располагались в районе восточнее Астрахани и беженцами (всего около 15 — 16 тыс. человек) в поход протяженностью 1200 километров, вдоль восточного берега Каспийского моря в форт Александровский. Это была небольшая крепость, в прошлом построенная русскими как база для покорения Западного Туркестана. Туда заранее ещё во время навигации были вывезены солидные запасы провианта, амуниции и одежды. В Александровске уральцы планировали наладить связи с Туркестанской армией генерала Казановича и переправиться на кавказское побережье в Порт-Петровск.

До селений Жилой Косы и Прорва ещё встречались зимовки местных жителей, но далее никаких стоянок не было. До Жилой Косы поход был более или менее нормальным. Были зимовки, пища. Обозы шли почти непрерывной лентой. Можно было сменять коней на более приспособленных к местным условиям верблюдов. В Жилой Косе частям, тыловым учреждениям и беженцам выдавалось продовольствие на дальнейшую дорогу (1 фунт пшеничной муки на день, всего на 30 дней).

Читайте также  Историческое прошлое русского народа в повести Карамзина Наталья, боярская дочь

До Прорвы дорога была хуже. Было две дороги. Хорошая степная, но более длинная обходившая узкие морские рукава. И короткая зимняя, почти вдоль побережья, где было много узких морских рукавов (ериков). В морозы ерики замерзали. Стояли сильные морозы, поэтому большинство поехало по второму пути. Но на второй день пути резко потеплело, пошёл дождь, вода стала прибывать, лёд подмыло и он стал ломаться при переезде. Это резко осложнило путешествие. Многие повозки утонули, или они застряли насмерть. Прорва была небольшой рыбацкой деревушкой, поэтому там не задерживались. Здесь осталась только небольшая группа больных, а также те, кто хотел попытать счастья – проехать в форт Александровский по льду, когда замерзнет море. Это был более короткий путь. Но на этот раз лёд был взломан южным ветром и беженцам пришлось вернуться в Прорву. Там они были схвачены прибывшими красными.

От Прорвы до Александровска было более 700 вёрст голой пустыни. Здесь поход проходил по безлюдной пустыне при ледяных ветрах и морозах до минус 30 градусов. Поход был плохо организован. Выходили наспех, без соответствующей подготовки для движения по голой безлюдной пустыне, в морозы. Генерал Толстов выслал заранее в форт сотню казаков, чтобы устроить пункты снабжения и отдыха по пути и подготовить форт к их приходу. Эта сотня кое-что сделала, но этого было мало. Не была организована закупка верблюдов для солдат и беженцев у местных жителей. Хотя у Уральского войска были денежные средства: войсковое казначейство привезло в Александровск не менее 30 ящиков по 2 пуда каждый с серебряными рублями. Да и имущества было много, его в основном просто бросили по пути. Это добро можно было выменять на верблюдов, кибитки, войлочные ковры (кошма) для защиты от ветра. Топлива не было, пищи тоже, резали и ели лошадей, ночевали в снегу. Люди жгли всё, чтобы выжить, телеги, сёдла и даже ложи винтовок. Многие уже не просыпались. Каждый привал утром походил на большое кладбище. Умирающие и замерзающие люди убивали себя и свои семьи. Поэтому это поход был назван «Марш смерти» или «Ледяной поход по пустыне».

Через ледяную пустыню к марту 1920 года прошли всего около 2 – 4 тыс. обмороженных, голодных и больных уральцев и других беженцев. В основном дошли молодые, здоровые и хорошо одетые (так английская миссия дошла почти без потерь). Остальные погибли от голода, холода, тифа, либо были перебиты красными и местными кочевниками, либо повернули назад. Местные жители, пользуясь бедственным положением уральцев, нападали на небольшие группы людей, убивали и грабили их. Часть беженцев вернулась обратно. Повернули назад оренбургские казаки, бывшие с уральцами. Многие, особенно больные и раненые, женщины с детьми, остались в Жилой Косе — небольшом рыбачьем поселке. Она была занята красными 29 декабря 1919 года (10 января 1920 года).

К этому времени ужасный марш к Александровскому форту утратил смысл. Туркестанская армия Казановича в декабре 1919 года была разгромлена и в начале 1920 года её остатки были блокированы в районе Красноводска. 6 февраля 1920 года остатки Туркестанской армии на кораблях Каспийской флотилии Вооруженных сил Юга России были эвакуированы из Красноводска в Дагестан, часть белогвардейцев вместе с англичанами бежала в Персию. Война между Белой и Красной армиями в Западном Туркестане закончилась. Белых разбили и на Юге России. Деникинцы отступали с Кавказа. Эвакуация была налажена плохо, начались нелады с командованием флотилии. Флот присылал иногда суда, но они в первую очередь были заняты перевозкой грузов. Поэтому успели эвакуировать в Петровск только не казачьи части, часть раненых, тяжело больных и обмороженных казаков. Порт Петровск был оставлен в конце марта 1920 года и дальнейшая эвакуация на Кавказ стала невозможной.

Поход уральцев в Персию

4 апреля 1920 года из порта Петровска, ставшего основной базой красной Волжско-Каспийской флотилии, к форту подошли эсминец «Карл Либкнехт» (и катер-истребитель «Зоркий». Командовал отрядом командующий флотилией Раскольников. Одержав верх над судами противника, 5 апреля красные пленили последние остатки Уральской армии. Казаки, полностью деморализованные прежними драматическими событиями, утратили волю к сопротивлению и сдались. Было пленено свыше 1600 человек.

Генерал Толстов с небольшим отрядом (немногим более 200 человек) ушёл в новый поход в сторону Красноводска и далее в Персию. Уральская армия прекратила своё существование. Через два месяца тяжелейшего похода, 2 июня 1920 года отряд Толстова вышел к г. Рамиану (Персия). В отряде осталось 162 человека. Далее отряд дошёл до Тегерана. Генерал Толстов предложил британцам создать уральскую часть в составе экспедиционного корпус в Персии. Сначала британцы выразили интерес, но затем отказались от этой идеи. Казаков поместили в лагере для беженцев в Басре, и в 1921 году перебросили вместе с моряками белой Каспийской флотилии во Владивосток. С падением осенью 1922 г. Владивостока, уральцы ушли в Китай. Часть казаков остались в Китае и совместно с оренбургскими казаками некоторое время жили Харбине. Другие перебрались в Европу, часть вместе с Толстовым уехала в Австралию.

Небольшая часть уральцев, которых из Александровска успели эвакуировать на Кавказ, при отступлении армии Деникина попала в Закавказье, одни в Азербайджан, другие в Грузию. Из Азербайджана казаки пытались пробраться в Армению, но были блокированы, разбиты и пленены. Из Грузии часть казаков смогла добраться до Крыма, где служила под началом генерала Врангеля.

Пермский государственный архив социально-политической истории

Основан в 1939 году
по постановлению бюро Пермского обкома ВКП(б)

  • Об архиве
    • Контакты
    • Структура архива,
      подразделения и сотрудники
    • История архива
    • Состав документов
    • Источники комплектования
    • Научный совет
    • Экспертно-проверочная комиссия
    • Партнёры архива
    • Доска почёта архива
    • Отчеты архива
    • Нормативные документы
    • Противодействие коррупции
  • Научно-справочный аппарат
    • Электронный читальный зал
    • Описи
    • Указатели
    • Каталоги
    • Обзоры
    • Путеводитель
    • Базы данных
    • Новые поступления
  • Научно-публикаторская деятельность
    • Ежегодные «Ноябрьские историко-архивные чтения в Пермском партархиве»
    • Историко-архивные семинары и круглые столы «Исторические чаепития в Пермском партархиве»
    • Издания
    • Статьи
    • Мероприятия
    • Участие в проектах
    • Рецензии
    • Научные конференции
    • Выставки
    • Выступления сотрудников
    • Фотоальбомы
    • Аудиовизуальные документы
    • Подборки документов
  • Обратная связь
    • Отправить запрос через сайт
    • Гостевая книга
    • Анкета по оценке качества госуслуг
    • Отзывы
  • Поиск
  • Личный кабинет
  • Объявления 1
  • Версия для слабовидящих

Гражданская война на Урале: в бою и труде

Старков В.И.
заведующий отделом научно-исследовательской работы
учреждения «Государственный архив Свердловской области»

Гражданская война явилась тяжелейшим испытанием для всей России в целом и для Уральского региона в частности. Она принесла неисчислимые бедствия всем слоям населения, привела к огромным людским потерям в ходе боевых действий, болезней, голода и репрессий. Ущерб, нанесенный хозяйству страны, составил 50 млрд. золотых рублей, промышленное производство упало до 4 — 20% по сравнению с 1913 г., а сельскохозяйственное сократилось более чем в 2 раза. Людские потери с обеих сторон составили 8 млн. человек, причем большая доля этих утрат пришлась именно на Урал. Кроме этого, итогами этой войны стали также потеря многих культурных ценностей, порождение первой волны русской эмиграции.

15 января 1918 г. Совнарком РСФСР принял Декрет о создании Рабоче-Крестьянской Красной Армии, и на Урале приступили к формированию её частей на принципе добровольности, общее руководство которым осуществлял Уральский областной военный комиссариат. В апреле того же года был образован Уральский военный округ, и к 10 мая на воинском учете состоял 17 751 человек.

Большую роль в событиях Гражданской войны в Уральском регионе сыграла 3-я армия РККА. Она была создана директивой командующего войсками Восточного фронта № 50-а от 20 июля 1918 г. из частей Северо-Урало-Сибирского фронта, действовавших в центральных районах Урала и Зауралья на левом фланге боевого порядка красных войск. В разное время штаб армии находился в Екатеринбурге, Перми, Вятке и других городах.

В различные периоды ведения военных действий в её состав входили: 1-я Уральская пехотная дивизия, 2-я Уральская пехотная дивизия, 3-я Уральская дивизия, 4-я Уральская стрелковая дивизия второго формирования, 5-я Уральская пехотная дивизия, 21-я стрелковая дивизия, Северо-Уральская сводная дивизия (29-я стрелковая дивизия), 4-я дивизия первого формирования, 30-я стрелковая дивизия, 51-я стрелковая дивизия, дивизия особого назначения, Уральская стрелковая дивизия (бывшая 1-я Красноуральская стрелковая дивизия), 10-я кавалерийская дивизия.

3-я армия вела боевые действия против Чехословацкого армейского корпуса и войсковых соединений Белого движения на Златоусто-Челябинском, Екатеринбургском и Пермском направлениях, а также принимала участие в Сарапуло-Воткинской, Петропавловской и Омской операциях. Необходимо отметить, что на первых порах количественный состав армии был сравнительно малочисленным, а разбросанность на протяженном фронте (16 тыс. штыков на 893 версты) позволяла противнику наносить ей ощутимые удары и захватывать новые территории. Что представляла 3-я армия на тот момент, можно представить из краткой характеристики, данной ей Главкомом И.И. Вацетисом в июле 1918 г.: «…это не армия, это скорее кордон для ловли контрабандистов». (Цит. по: Дубленных В.В. Вооруженные формирования Урала периода гражданской войны. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 2002. — С. 24).

Это обстоятельство в основном и обусловило серьезные поражения 3-й армии в декабре 1918 г., в ходе которых она понесла тяжелые потери и восстановила свою боеспособность только к февралю будущего года. Именно тогда 3-я армия освободила ряд населенных пунктов и остановила наступление противника на Вятку, а в мае—июне взяла Пермь. До лета 1919 г.

3-я армия вела оборонительные бои. А затем перешла в наступление, совместно с 5-й армией продвигаясь на Средний Урал и в Зауралье. Некоторое время спустя часть сил 3-й армии была передана соединениям других фронтов. (Плотников И.Ф. Гражданская война на Урале. Энциклопедия и библиография. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 2007. — С. 129). 3-я армия не только вела боевые действия против войск Белого движения, но и с нередкими антибольшевистскими выступлениями местного населения. Кроме этого, проводились мобилизационные мероприятия, а политработники армии вели широкую агитационно-пропагандистскую работу и работу по восстановлению Советской власти на местах.

С 1918 по 1929 гг. 3-й армией последовательно командовали: Р.И. Берзин, И.Т. Смилга, Б.П. Богословский, Г.А. Угрюмов, А.И. Геккер, М.М. Лашевич, С.А. Меженинов, М.И. Алафузо и М.С. Матиясевич. Членами РВС были: И.Т. Смилга, М.М. Лашевич, В.А. Трифонов, Н.И. Муралов, Н.Н. Кузьмин, Ф.И. Локацков, П.И. Гаевский; членами РВС были: И.Т. Смилга, М.М. Лашевич, В.А. Трифонов, Н.И. Муралов, Н.Н. Кузьмин, Ф.И. Локацков, П.И. Гаевский; начальниками штаба — В.Ф. Орел, М.М. Лашевич, Ю.Ю. Аплок, М.И. Алафузо, И.И. Герасимов, В.В. Любимов, Е.Н. Сергеев. (Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энциклопедия. — М: «Советская энциклопедия», 1987. — С. 601).

Постановлением Совета Труда и Обороны от 15 января 1920 г. 3-я армия была преобразована в 1-ю Революционную армию труда со штабом в Екатеринбурге, которая внесла существенный вклад в восстановление народного хозяйства в регионе в послевоенные годы. Председателем РВС 1-й Революционной армии стал Л.Д. Троцкий, остававшийся при этом и Председателем РВС Республики. Он часто приезжал на Урал и многократно выступал перед партийным активом и трудармейцами. По его инициативе стала внедряться милитаризация труда, охватывавшая практически все сферы жизни общества. В первую очередь это касалось промышленности, где незамедлительно была осуществлена национализация крупных, средних, а затем и мелких предприятий, которые ещё продолжали оставаться частными.

Весной 1920 г. было создано Уралпромбюро ВСНХ, главной задачей которого было осуществление руководство экономикой региона. Трудовая деятельность производственников, в том числе и трудармейцев, становилась авральной с широким применением коммунистических субботников, различных «ударных дней», «недель», «месячников». В 1920 г. на уральских заводах было произведено более 5 млн. пудов чугуна (а это около 70% выплавленного в стране), 7 млн. пудов проката, началось изготовление специальных сортов металла, было добыто 57,4 млн. пудов угля. 1 октября 1920 г. была сдана в эксплуатацию железная дорога Казань — Екатеринбург, отремонтированы 70 паровозов и 2 062 вагона.

Более или менее успешно шло восстановление военной промышленности. В частности, Ижевский оружейный завод приступил к производству и ремонту винтовок, Мотовилихинский завод в 1920 г. поставил Красной Армии 283 артиллерийских орудия, 569 комплектов запасных частей к ним, 10 300 крупнокалиберных снарядов. Но говорить о каких-либо серьезных успехах было бы преждевременно. Достаточно сказать, что промышленное производство на Урале составляло только около 12% от довоенного уровня, а добыча железной руды — основного сырья для черной металлургии — только 7%. О производстве товаров широкого потребления говорить вообще не приходилось.

Изменилось и материальное положение крестьян. С восстановлением Советской власти вновь была введена государственная монополия на торговлю хлебом, а затем и на другие продукты питания. Стала проводиться продовольственная разверстка, изъятие у крестьян «излишков» запасов, которые зачастую были необходимы для пропитания семей. Активизировалась борьба с зажиточными крестьянами («кулаками»), стали возрождаться, как правило, нерентабельные коллективные хозяйства, которых вместе с коммунами к концу 1920-х гг. на Урале насчитывалось около 600. Хлебозаготовки сопровождались массой злоупотреблений, чинимых продотрядами, и которые оставались безнаказанными. Ценой неимоверных усилий и человеческих жертв в 1920 г. продразверстка на Урале была выполнена досрочно; в центр было отправлено около 44 млн. пудов зерна, и это только усугубило положение в регионе. Следствием же стали многочисленные крестьянские восстания, участниками которых становились и дезертировавшие красноармейцы, а также солдаты и офицеры Белого движения. Подобные выступления жестоко подавлялись чекистами, частями особого назначения (ЧОН), регулярными войсками.

Читайте также  Проблема творчества в истории философии

Братоубийственная Гражданская война утвердила власть коммунистов, Россия на многие десятилетия определила «свой путь исторического развития» и едва не свернула с пути развития мировой цивилизации.

Вернуться к списку

Использование материалов сайта без согласования с архивом запрещено. © ПермГАСПИ, 2009–2020

Разработка сайта: Компания «Архивные Информационные Технологии»

Реферат: Гражданская война на территории Южного Урала

Выполнил: студент гр.

МЯТЕЖ ЧЕХОСЛОВАЦКОГО КОРПУСА

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

С 25 октября (7 ноября) 1917 по февраль 1918 года длился период «триумфального шествия» Советской власти по всей стране. В этот период Советская власть победила и на Южном Урале. В первые дни Октябрьской революции Советы взяли власть в Миньяре, Симе, Усть-Катаве, Аше, Катав-Ивановске, Кыштыме, Верхнем и Нижнем Уфалее, Нязепетровске и других местах Южного Урала. В этих районах пролетариат представлял крупную и организованную силу, большевистские организации пользовались большим влиянием в массах. В районах, где имелись крупные силы белоказацкой и эсеровской контрреволюции, установление пролетарской власти встречало серьезные трудности. Например, в Челябинске Советская власть была провозглашена 26 октября (8 ноября) 1917 года, но в связи с контрреволюционным выступлением казачества окончательно установилась только 20 ноября (3 декабря), в Троицке — 25 декабря 1917 года (7 января 1918 года), в Верхне-Уральске — 25 марта 1918 года. С середины 1918 года Южный Урал стал ареной ожесточенной гражданской войны.

Значительные кадры рабочего класса имелись на Южном Урале. Например, на заводах, входивших в Уфимскую губернию, насчитывалось свыше 50 тыс. человек. Уральский пролетариат прошел большую школу политической борьбы, закалился в революционных боях трех революций, имел крупные партийные и профсоюзные организации. Только на заводах, входивших в состав Уфимской губернии, к маю 1918 года было свыше 70 организаций РКП (б). К марту 1918 года в состав профессиональных союзов Урала входило 170 тысяч рабочих. Рабочий класс Урала с первых дней установления Советской власти выступил как активная сила проведения социалистических преобразований в промышленности. Рабочие явились инициаторами национализации крупной промышленности.

Работа национализированных предприятий Урала проходила в сложных условиях: не было топлива, сырья, денег. Тяжелым грузом висели при этом прежние долги — не выплаченная ранее рабочим капиталистами заработная плата. Весной 1918 года на уральских заводах был острейший продовольственный кризис. Продовольственный кризис являлся результатом саботажа кулачества и фабрикантов. Неустойчивая часть рабочих не выдерживала трудностей, и уходила в деревню. Рабочие, не искушенные в политике, подпадали под влияние мелкобуржуазных контрреволюционных партий меньшевиков и эсеров.

Основную часть населения Южного Урала составляло сельское население. В 1913 году в пределах современной Челябинской области проживало свыше 679 тысяч сельских жителей, что составляло 70,3 процента всего населения. В сельском хозяйстве на Южном Урале были свои особенности. Здесь отсутствовали развитые формы помещичьего землевладения. На Южном Урале был довольно большой слой кулачества, основную часть которого составляла верхушка казачества. Кулачество пыталось сорвать проведение социалистических преобразований в деревне, отказывалось выполнять поставки хлеба государству, занималось спекуляцией.

Под влиянием трудностей, переживаемых страной, кулацкой и эсеровской агитации значительная часть среднего крестьянства колебалась, выражала недовольство политикой Советской власти и в начале гражданской войны поддержала белочехов и кулацкие мятежи на Урале. Казачья икрестьянская беднота явилась прочной опорой Советской власти в годы гражданской войны. Достаточно сказать, что в 1918 году в период начавшейся гражданской войны на Южном Урале крестьянская и казачья беднота составила около 50 процентов общего количества красногвардейцев.

В работе автор рассматривает события гражданской войны на Южном Урале, происходившие поэтапно в основном на территории современной Челябинской области в 1917-1919 годах.

Дутовский мятеж

Контрреволюционные силы на Южном Урале возглавил атаман Оренбургского казачьего войска Дутов. Дутов предполагал организовать поход на Москву, объединив свои силы с донской контрреволюцией во главе с Калединым и Корниловым.

1 (14) ноября 1917 года Дутов издал приказ по Оренбургскому казачьему войску, в котором призвал казаков к вооруженному выступлению против Советской власти. Организаторы мятежа внушали казакам, что Советы уничтожат казачье сословие, отберут у них землю и лишат всех привилегий. Дутовский мятеж являлся частью общего плана борьбы кадетской буржуазии и англо-американских империалистов против Советской республики.

Попытка мятежников ликвидировать Советскую власть в Челябинске оказалась безуспешной. Но к югу от него в ноябре 1917 года дутовцы захватили Оренбург, Верхнеуральск и Троицк. Укрепившись в этих городах, они начали спешно готовить силы для разгрома Советской власти. На пути осуществления этих замыслов встали рабочие Урала и Поволжья, поддержанные беднейшим крестьянством. Организаторами и руководителями борьбы с дутовщиной были местные большевистские организации.

25—27 ноября 1917 года в Челябинске состоялся Южно-Уральский краевой съезд Советов, обсудивший вопрос о совместной борьбе против дутовской контрреволюции. На съезде присутствовали представители Советов Уфы, Миасса, Екатеринбурга, Белорецка, Самары, Омска, Златоуста и других городов Урала и Сибири. В целях координации действий вооруженных сил, формировавшихся для разгрома белоказацкой контрреволюции, на съезде было создано бюро Южно-Уральского краевого Совета, а Челябинскому Совету поручена охрана участка железнодорожной линии Челябинск — Полетаево.

Однако положение оставалось напряженным. Дутов не только захватил Оренбург, но и угрожал другим жизненно важным районам края. Необходимо было принимать энергичные меры к разгрому численно превосходящих сил противника. Уфимский губернский Совет в конце ноября направил два красногвардейских отряда в Челябинск и один отряд в Самару. Красногвардейские отряды были созданы на всех крупных заводах Южного Урала. Так, в Миньяре, Симе, Аша-Балашове и Усть-Катаве отряды насчитывали более 2 тыс. человек. В Челябинске отряды имели 1,5 тыс. красногвардейцев. Во главе отрядов, как правило, стояли стойкие большевики. В Челябинске ими руководили С. Елькин, В. Евтеев; в Златоусте — М. Назаров, Е. Сажин, В. Ковшов, в Симе и Миньяре — Н. Масленников, П. Гузаков, Я. Заикин и др. Боевыми дружинами, сформированными на Аша-Балашовском заводе, командовали И. Осокин, И. Опарин, Н. Напалков. Юрюзанский отряд возглавлялся К. Просвировым и Н. Тарасовым. Активное участие в создании отрядов принимали социалистические союзы рабочей молодежи Урала. Все физически здоровые члены союза молодежи стали красногвардейцами. Челябинская молодежная организация направила на фронт против Дутова более 350 человек.

К январю 1918 года на фронте против Дутова было сосредоточено около 4 тыс. красных бойцов под общим командованием командира «Северного летучего отряда» С. Д. Павлова. Наступление началось 7 января. Красногвардейцы действовали смело и решительно. Им помогали восставшие в городе рабочие. 18 января 1918 года Оренбург был занят советскими войсками, а остатки разбитых белоказаков были рассеяны по станицам Оренбургской губернии и Тургайских степей. Дутов с кучкой офицеров бежал в Верхнеуральск.

К весне 1918 года Дутову в районе Верхнеуральска удалось вновь собрать значительные силы белогвардейцев. Над Оренбургом, Челябинском и заводами Южного Урала снова нависла угроза. Дутовцы спешно готовили силы для захвата Троицка, непрерывно совершали налеты на населенные пункты, железнодорожные станции в районе Троицк — Челябинск. В марте 1918 года дутовцы, окружив Троицк, прервали связь с Челябинском. Рабочие Урала снова мобилизуют силы для разгрома контрреволюции. На фронт отправляются отряды из городов и рабочих поселков Урала, Поволжья, в том числе из Екатеринбурга, Перми, Уфы, Лысьвы, Невьянска, Челябинска, Белорецка, Сима, Миньяра, Катав-Ивановска, Уфалея, Аши, Юрюзани, Казани, Самары, Сызрани, Симбирска, общей численностью до 4 тыс. человек. Общее руководство всеми красногвардейскими отрядами было возложено на В. К. Блюхера. На этот раз в боях против дутовцев участвовали не только добровольческие красногвардейские дружины, но и первые регулярные части Красной Армии, формировавшиеся на основе декрета Советского правительства от 15 января 1918 года.

25 марта 1918 г. Дутов почти без боя оставил Верхнеуральск и отошел к станице Краснинской. В городе установилась Советская власть. Через три дня Дутов предпринял контрнаступление на Верхнеуральск. Но к этому времени силы красных значительно выросли. Из Уфы прибыл отряд М. Кадомцева, который возглавил все боевые отряды, находившиеся в Верхнеуральске. Дутовцы были отброшены от города. Отступив из Верхнеуральска, дутовские банды еще до середины апреля держались разрозненными отрядами в треугольнике между Челябинском, Троцком, Верхнеуральском, пока не были окончательно разгромлены красногвардейскими дружинами под командованием В. К. Блюхера, М. В. Калмыкова, П. 3. Ермакова, братьев Кашириных. Штаб Дутова в это время находился в станице Краснинской, а Войсковой круг — в станице Кассельской. Дутовцы оказывали упорное сопротивление наступавшим советским отрядам. Ожесточенные бои шли в районе станиц Краснинской, Кассельской и Магнитной. Крупное сражение произошло 28 марта в 12 верстах от Троицка, у Черной речки. Силы были неравными. По численности и вооружению дутовские части превосходили красногвардейские отряды почти в три раза. Однако белоказаки не выдержали сокрушительного натиска красногвардейцев и отступили, оставив свыше 400 человек убитых и раненых. Красногвардейцы потеряли убитыми и ранеными 43 человека. В ночь на 29 марта уральские красногвардейские дружины вступили в Троицк. Сопротивление дутовских отрядов, разбросанных по станицам Южного Урала и Зауралья, постепенно ослабевало. Белоказачья армия под все нарастающими ударами красногвардейских отрядов разлагалась и таяла. Советские же войска пополнялись новыми силами, закалялись в боевых схватках с врагом, росли их стойкость и боевая выучка. Казачьи станицы одна за другой отказывались от участия в дутовском мятеже.

Победа над дутовской контрреволюцией ускорила распространение и упрочение Советской власти не только на территории Оренбургской, но и в Уфимской, Пермской губерниях. Буржуазия, соглашатели и прочие контрреволюционные элементы Златоуста, Белорецка и других уральских городов лишились своих верных союзников.

Мятеж Чехословацкого корпуса

В мае 1918 года на Средней Волге, на Урале и в Сибири происками американцев и англо-французов был организован мятеж чехословацкого корпуса. Этот корпус, состоявший из военнопленных чехов и словаков, получил разрешение Советского правительства выехать через Сибирь и Дальний Восток на родину. Корпус, сформированный царским, а затем Временным правительствами из состава военнопленных чехов и словаков, предназначался для участия в военных действиях против австро-германского блока. Формирование корпуса проводилось на основе тщательного отбора. В его состав включались только благонадежные элементы. Особое внимание уделялось комплектованию корпуса за счет офицерства. В состав его входило до 2500 офицеров. Империалисты Антанты уделяли особое внимание организации мятежа чехословацкого корпуса. Этот корпус находился внутри России, имел подготовленные военные кадры и оружие.

И когда корпус, следуя по этому пути, растянулся от Волги и до Амура, командование корпуса обмануло солдат, распространив провокационный слух, будто Советское правительство намеревается выдать их Австро-Венгрии. Но англо-французским империалистам и белочешским офицерам удалось ввести в обман далеко не всех пленных чехов. Многие солдаты не только выражали свою солидарность с советским народом, но покидали чехословацкий корпус и вступали в Красную Армию. Революционной работой среди военнопленных чехов и словаков руководили коммунистические группы.

—>ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ «

  • 1
  • 2
  • 3
  • »
  • Дмитрий Суворов — Все против всех. Гражданская война на Южном Урале

    • 80
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5

    Дмитрий Суворов — Все против всех. Гражданская война на Южном Урале краткое содержание

    Все против всех. Гражданская война на Южном Урале — читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок

    Дмитрий Суворов

    Все против всех. Неизвестная гражданская война на Южном Урале

    Почти восемьдесят лет отделяют нас от тех дней, слава которых «не смолкнет, не померкнет никогда», и все же Гражданская война еще не вполне стала историей. На наших глазах происходит великая переоценка ценностей, заставляющая вновь и вновь вглядываться в не такое уж далекое прошлое. Переоценка эта нужна, чтобы лучше понять настоящее, чтобы народу не захлебнуться кровью в будущем. Достаточно включить телевизор, и жуткие реалии гражданских войн обрушиваются на нас не только из так называемого ближнего зарубежья, но в последнее время и с окраин России. Вспомните, наконец, трагический октябрь 1993 года. Тогда нам всем показали, как гражданская война может стать реальностью для каждого из нас.

    Стоит ли ворошить прошлое — спросят иные. Может быть, хватит бередить старые раны? Стоит. И не только потому, что, как сказал поэт Борис Чичибабин, «за боль величия былому пора устроить пересмотр», и не только потому, что элементарное чувство самосохранения заставляет задумываться о том, как начинается этот революционный кошмар и как его не допустить. Дело еще и в том, что общество, увы, по–прежнему расколото. Были и есть люди, молитвенно взирающие на красное знамя с надписью: «Вся власть Советам!» Для них это — святыня. Но были и есть другие люди, которые помнят: те, кто сражался по ту сторону баррикады под лозунгом «За единую и неделимую Россию», под трехцветным флагом — тем, что является сейчас символом государственной власти в нашей стране, — те тоже были дети России и боролись за ее будущее (вернее, за то, как они его понимали).

    А ведь были еще и третьи — те, которые не принимали ни белый, ни красный идеал и шли в бой со словами: «Власть Советам, а не партиям, за вольную коммуну!» Как их только не называли — «зелеными», бандитами, повстанцами (последнее, наверное, более близко к истине). Но суть от этого не меняется: это было самостоятельное движение со своим, если хотите, политическим идеалом.

    Читайте также  История появления механизмы устройства и принцип работы швейной машины

    И, наконец, Гражданская война — это и время национальных движений. Собственно, начались они много раньше, еще на рубеже XX века, во всех национальных районах Российской империи и продолжались, кстати, очень долго — почти до начала тридцатых годов, а на Кавказе — практически до самого начала Великой Отечественной войны.

    И у всех людей была своя правда. Вообще, любая гражданская война — это столкновение нескольких сил, у каждой из которых есть своя правда. Отдавая монополию на истину какой‑либо одной воевавшей стороне, мы неизбежно искажаем картину и грешим против истории. Ведь до сих пор в России едва ли не в каждой семье хранятся фотографии дедов и прадедов — в буденовках или погонах. Это и есть наша совокупная история, из которой, как из песни, слова не выкинешь.

    Но для того, чтобы правильно оценивать историю, ее нужно знать. И величайший парадокс состоит в том, что гражданскую войну, затиражированную в книгах, запетую в песнях, тысячу раз изображенную в кинолентах, мы не знаем. Она для нас — неизвестная война. Я имею в виду не только то, как она конкретно происходила, но и сам образ этой войны, который для нас по–прежнему скрыт за пеленой привычных, но, увы, мифических представлений.

    Мы до сих пор пользуемся заученными штампами–противопоставлениями: красные — белые, бедные против богатых, эксплуататоры — эксплуатируемые и т. д. И обманываем себя, ибо в жизни все было намного сложнее. И страшнее. В том числе и на Урале, где гражданская война началась очень рано (в конце 1917 года) и затянулась до конца 1921 года.

    Начнем с того, кто кому противостоял. Красные белым? Но кого можно считать красными? Дело в том, что грань, отделяющая стопроцентных красных от крестьянских повстанцев — «зеленых», весьма зыбка.

    Вспомните, как описывает Фурманов в книге о В. Чапаеве чапаевскую дивизию на первоначальном этапе ее формирования. Типичная повстанческая часть, готовая встретить коммунистов картечью. Отметим, кстати, что Фурманов был не большевик, а анархист — потому его в чапаевской дивизии более–менее сносно приняли в качестве комиссара: могло быть и хуже. Эту конкретную дивизию и ее командира в конце концов удалось приручить, и она стала одной из лучших на Восточном фронте: на вооружении ее состояли танки, бронетехника, авиация и даже химическое оружие (!), а сам начдив — вопреки распространенному мнению — академию все‑таки кончил (только диплом не получил, сбежал на фронт). Но не везде у красного командования все проходило так гладко. Вспомните ситуацию, описанную в романе того же Фурманова «Мятеж», когда крупное соединение Красной Армии становится не красным и не белым. Известны факты, когда М. Фрунзе на Восточном фронте приходилось снимать с передовой части для разоружения, а иногда и уничтожения взбунтовавшихся подразделений. Причем это опять‑таки не за переход к белым, а просто за отказ защищать красный политический идеал. А в 1921 году именно такие «промежуточные» силы составят костяк бойцов Урало–Сибирского восстания; в штурме Ирбита летом упомянутого года участвовали тысячи крестьянских повстанцев, вооруженных дрекольем.

    Или вот такой почти неизвестный факт. В 1918 году в районе Красноуфимска произошло настоящее сражение между екатеринбургскими рабочими, пришедшими за хлебом, и местными крестьянами, не желавшими его отдавать. Рабочие против крестьян! Ни те, ни другие не поддерживали белых, но это не мешало им истреблять друг друга.

    Впрочем, и отношения с белыми были у этих представителей народных масс не самые простые. На многих фронтах гражданской войны встречаем мы белых генералов и белые части с красным прошлым. Лидеры терского казачества — братья Бичераховы, прославившийся своей болезненной, садистской жестокостью генерал С. Булак–Булахович, а также так называемая Тульская дивизия Н. Юденича — всех их объединяет то, что начинали они свою войну в рядах Красной Армии. Я уже не говорю про известного повстанческого лидера на Украине, бывшего красного комкора, атамана Н. Григорьева.

    Были ли подобные превращения на Урале? Да, были. Пример. Один из сподвижников атамана А. Дутова (а после его гибели в эмиграции от руки чекиста–диверсанта — командующий дутовской армией) — генерал Бакич. Член эсеровской партии и в начале гражданской войны — красный комбриг. Он провоевал до 1922 года на территории Китая и Монголии и впоследствии сдался в плен и был расстрелян без суда и следствия. Характерная деталь: Бакич воевал под… красным флагом, только на полотнище был пришит красный квадрат с цветами российского триколора.

    ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Все против всех. Гражданская война на Южном Урале

    НАСТРОЙКИ.

    СОДЕРЖАНИЕ.

    СОДЕРЖАНИЕ

    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • » .
    • 36

    Дмитрий Суворов

    Все против всех. Неизвестная гражданская война на Южном Урале

    Почти восемьдесят лет отделяют нас от тех дней, слава которых «не смолкнет, не померкнет никогда», и все же Гражданская война еще не вполне стала историей. На наших глазах происходит великая переоценка ценностей, заставляющая вновь и вновь вглядываться в не такое уж далекое прошлое. Переоценка эта нужна, чтобы лучше понять настоящее, чтобы народу не захлебнуться кровью в будущем. Достаточно включить телевизор, и жуткие реалии гражданских войн обрушиваются на нас не только из так называемого ближнего зарубежья, но в последнее время и с окраин России. Вспомните, наконец, трагический октябрь 1993 года. Тогда нам всем показали, как гражданская война может стать реальностью для каждого из нас.

    Стоит ли ворошить прошлое — спросят иные. Может быть, хватит бередить старые раны? Стоит. И не только потому, что, как сказал поэт Борис Чичибабин, «за боль величия былому пора устроить пересмотр», и не только потому, что элементарное чувство самосохранения заставляет задумываться о том, как начинается этот революционный кошмар и как его не допустить. Дело еще и в том, что общество, увы, по– прежнему расколото. Были и есть люди, молитвенно взирающие на красное знамя с надписью: «Вся власть Советам!» Для них это — святыня. Но были и есть другие люди, которые помнят: те, кто сражался по ту сторону баррикады под лозунгом «За единую и неделимую Россию», под трехцветным флагом — тем, что является сейчас символом государственной власти в нашей стране, — те тоже были дети России и боролись за ее будущее (вернее, за то, как они его понимали).

    А ведь были еще и третьи — те, которые не принимали ни белый, ни красный идеал и шли в бой со словами: «Власть Советам, а не партиям, за вольную коммуну!» Как их только не называли — «зелеными», бандитами, повстанцами (последнее, наверное, более близко к истине). Но суть от этого не меняется: это было самостоятельное движение со своим, если хотите, политическим идеалом.

    И, наконец, Гражданская война — это и время национальных движений. Собственно, начались они много раньше, еще на рубеже XX века, во всех национальных районах Российской империи и продолжались, кстати, очень долго — почти до начала тридцатых годов, а на Кавказе — практически до самого начала Великой Отечественной войны.

    И у всех людей была своя правда. Вообще, любая гражданская война — это столкновение нескольких сил, у каждой из которых есть своя правда. Отдавая монополию на истину какой?либо одной воевавшей стороне, мы неизбежно искажаем картину и грешим против истории. Ведь до сих пор в России едва ли не в каждой семье хранятся фотографии дедов и прадедов — в буденовках или погонах. Это и есть наша совокупная история, из которой, как из песни, слова не выкинешь.

    Но для того, чтобы правильно оценивать историю, ее нужно знать. И величайший парадокс состоит в том, что гражданскую войну, затиражированную в книгах, запетую в песнях, тысячу раз изображенную в кинолентах, мы не знаем. Она для нас — неизвестная война. Я имею в виду не только то, как она конкретно происходила, но и сам образ этой войны, который для нас по–прежнему скрыт за пеленой привычных, но, увы, мифических представлений.

    Мы до сих пор пользуемся заученными штампами–противопоставлениями: красные — белые, бедные против богатых, эксплуататоры — эксплуатируемые и т. д. И обманываем себя, ибо в жизни все было намного сложнее. И страшнее. В том числе и на Урале, где гражданская война началась очень рано (в конце 1917 года) и затянулась до конца 1921 года.

    Начнем с того, кто кому противостоял. Красные белым? Но кого можно считать красными? Дело в том, что грань, отделяющая стопроцентных красных от крестьянских повстанцев — «зеленых», весьма зыбка.

    Вспомните, как описывает Фурманов в книге о В. Чапаеве чапаевскую дивизию на первоначальном этапе ее формирования. Типичная повстанческая часть, готовая встретить коммунистов картечью. Отметим, кстати, что Фурманов был не большевик, а анархист — потому его в чапаевской дивизии более– менее сносно приняли в качестве комиссара: могло быть и хуже. Эту конкретную дивизию и ее командира в конце концов удалось приручить, и она стала одной из лучших на Восточном фронте: на вооружении ее состояли танки, бронетехника, авиация и даже химическое оружие (!), а сам начдив — вопреки распространенному мнению — академию все?таки кончил (только диплом не получил, сбежал на фронт). Но не везде у красного командования все проходило так гладко. Вспомните ситуацию, описанную в романе того же Фурманова «Мятеж», когда крупное соединение Красной Армии становится не красным и не белым. Известны факты, когда М. Фрунзе на Восточном фронте приходилось снимать с передовой части для разоружения, а иногда и уничтожения взбунтовавшихся подразделений. Причем это опять?таки не за переход к белым, а просто за отказ защищать красный политический идеал. А в 1921 году именно такие «промежуточные» силы составят костяк бойцов Урало–Сибирского восстания; в штурме Ирбита летом упомянутого года участвовали тысячи крестьянских повстанцев, вооруженных дрекольем.

    Или вот такой почти неизвестный факт. В 1918 году в районе Красноуфимска произошло настоящее сражение между екатеринбургскими рабочими, пришедшими за хлебом, и местными крестьянами, не желавшими его отдавать. Рабочие против крестьян! Ни те, ни другие не поддерживали белых, но это не мешало им истреблять друг друга.

    Впрочем, и отношения с белыми были у этих представителей народных масс не самые простые. На многих фронтах гражданской войны встречаем мы белых генералов и белые части с красным прошлым. Лидеры терского казачества — братья Бичераховы, прославившийся своей болезненной, садистской жестокостью генерал С. Булак–Булахович, а также так называемая Тульская дивизия Н. Юденича — всех их объединяет то, что начинали они свою войну в рядах Красной Армии. Я уже не говорю про известного повстанческого лидера на Украине, бывшего красного комкора, атамана Н. Григорьева.

    Были ли подобные превращения на Урале? Да, были. Пример. Один из сподвижников атамана А. Дутова (а после его гибели в эмиграции от руки чекиста–диверсанта — командующий дутовской армией) — генерал Бакич. Член эсеровской партии и в начале гражданской войны — красный комбриг. Он провоевал до 1922 года на территории Китая и Монголии и впоследствии сдался в плен и был расстрелян без суда и следствия. Характерная деталь: Бакич воевал под… красным флагом, только на полотнище был пришит красный квадрат с цветами российского триколора.

    А вот история чрезвычайно известная. В 1918 году против власти большевиков восстали рабочие Ижевска и Воткинска — важнейших пролетарских центров Урала. На их подавление были брошены отряды питерских рабочих, но они немедленно перешли на сторону повстанцев. Сопротивление на Западном Урале продолжалось два месяца. После чего ижевские и воткинские повстанцы прорвали фронт и ушли на соединение с Колчаком. Они воевали под красным знаменем, называли друг друга и своих командиров «товарищами», ходили в бой с пением «Варшавянки». И при этом стали самой боеспособной дивизией в армии Колчака и провоевали с красными до 1923 года. Именно они под командованием своего комдива Молчанова отбивали атаки В. Блюхера под Волочаевкой.

    Так что не самые простые отношения были у большевиков и с крестьянами, и с рабочими. И не случайно не только карательный отряд белого капитана Казагранди свирепствовал в Богословске (нынешний Краснотурьинск) и Надеждинске (нынешний Серов), но и красный карательный отряд под командованием Ивана Михайловича Малышева расстреливал рабочих в Бисерти и Шайтанке (ныне Первоуральск). Помните слова в известном фильме: «Бей белых, пока не покраснеют, бей красных, пока не

    Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
    Добавить комментарий

    ;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: