Место и роль тюркизма в новейшей истории Турции - ABCD42.RU

Место и роль тюркизма в новейшей истории Турции

Место и роль тюркизма в новейшей истории Турции (стр. 1 из 3)

Реферат: Место и роль тюркизма в новейшей истории Турции

Национализм в Турции на протяжении всего республиканского периода был наряду с антикоммунизмом и вестернизацией ведущей идеологической доктриной, влияние которой распространялось как на все сферы внутренней жизни страны, так и на ее поведение на международной арене. Иной раз даже вопреки ее конкретным интересам, примером чего может служить неуступчивость турецкой позиции по кипрскому вопросу, уже длительное время серьезно осложняющая ее отношения с Западом.

Истоки и причины обостренного национального чувства турок можно объяснить особенностями истории и национально-освободительного движения страны, неимоверными трудностями, которые пришлось преодолевать нации при создании на развалинах Османской империи своего собственного государства, наконец, комплексом неполноценности, характерным для многих народов бывшего колониального мира 1 , подогреваемым внутренними и внешними угрозами государственному суверенитету и территориальной целостности Турции.

Отличительной чертой турецкого национализма является наличие в нем двойной направленности — внутренней и внешней. Если внутренне национализм был закреплен в республиканских конституциях, признававших все права и свободы лишь за турецкой нацией, хотя страна оставалась многонациональной, то внешний национализм проявлялся в повышенном интересе к судьбам других тюркских народов, проживающих как на территории соседних, так и отдаленных государств, с которыми турок связывают общие исторические корни при разной степени этноязыкового и культурного сходства. В этом поиске общетюркской идентичности просматривается стремление, с одной стороны, обрести дополнительную опору и устойчивость, а с другой, — дать выход политическим амбициям, используя утопическую по своей сути объединительную идею тюркизма (или пантюркизма по аналогии с появившимися раньше панславизмом и пангерманизмом). Эта идея была заложена в турецкий национализм еще на стадии его формирования. Основоположники пантюркизма обосновывали необходимость объединения тюрок и создания под эгидой Турции (тогда — Османской империи) политического, культурного и экономического союза мусульманских народов, говорящих на тюркских языках.

Несмотря на дискредитацию этих идей младотурками, предпринимавшими попытки воплощать их в жизнь накануне и в период Первой мировой войны, что ускорило поражение и крах Османской империи, пантюркизм сохранил своих приспешников и адептов, вопреки предостережениям кемалистов и самого К. Ататюрка. Периодически давая о себе знать, они открыто проявили себя в годы второй мировой войны, а в послевоенный период — в антигреческих и антикурдских акциях и обрели новое дыхание после образования в результате распада СССР новых тюркских государств в Центральной Азии и на Кавказе, а также расширения прав автономных тюркских образований в Российской Федерации, на Украине, в Молдове.

В 90-е годы национализм превращается из фактора преимущественно внутреннего второстепенного значения в фактор, во многом определяющий геополитику Турции в регионе.

В докладе специальной комиссии по связям Турции с тюркскими республиками и странами региона, подготовленном в 2001 г. в связи с разработкой 8-го пятилетнего плана развития Турции, ее отношение к ситуации, возникшей после распада СССР было охарактеризовано следующим образом: «В отличие от других стран, в том числе союзников Турции по западному блоку, она ощутила последствия распада Советского Союза в двух планах. Как и на другие страны, он оказал на нее военно-политическое, экономическое и идеологическое влияние, но дополнительно, в отличие от них, он дал ей шанс и создал благоприятные возможности в связи с образованием пяти независимых тюркских государств в Центральной Азии и на Кавказе, а также наличием в Российской Федерации и других странах региона групп и объединений народов, имеющих с Турцией общие исторические корни, языки и религию. Это дает ей преимущество перед другими странами, которые хотят установить связи с тюркскими республиками. Этого достаточно также для того, чтобы тюрки, не обращая внимания на обвинения в пантюркизме и пантуранизме, без каких-либо комплексов могли использовать присущую им общность для создания тюркского союза, наподобие объединений, существовавших в прошлом и имеющихся в настоящее время… Потенциал, которым они располагают, позволит им по праву занять достойное и прочное место в семье народов мира» 2 .

Факт распада СССР вызвал в Турции всплеск эйфории, которой были охвачены не только националистически настроенные рядовые граждане, но и политическая элита. В феврале 1992 г.С. Демирель, занимавший тогда пост премьер-министра, возвестил о появлении «гигантского тюркского мира от Адриатики до Великой Китайской стены» 3 , в котором Турция сможет бескровно, мирным путем занять доминирующую позицию. Ему вторили другие политические деятели, а Т. Озал — турецкий президент — объявил, что следующее «XXI столетие станет столетием тюрок» 4 .

В 90-е годы турецкий национализм наряду с исламизмом превратился во влиятельную политическую силу Турции. Была воссоздана запрещенная в начале 80-х годов военным режимом, который устроил судебный процесс над ее активистами, экстремистская Партия националистического движения — ПНД, оживилась деятельность примыкающих к ней пантюркистских группировок как в Турции, так и за ее пределами. В 1992 г. был создан Фонд дружбы, братства и кооперации тюркских государств и общин (ТЮДЕВ), который с 1993 г. проводит тюркские курултаи в Турции. В них принимают участие делегаты разных стран, в том числе Татарстана, Башкортостана, Якутии и некоторых других субъектов РФ, обсуждаются вопросы расширения связей и кооперации тюркских народов. В тюркоязычных регионах России и других постсоветских государствах при поддержке турецких официальных и неофициальных структур создавались тюркские маргинальные группы, сотрудничающие с турецкими просветительскими организациями — «Фондом исследования тюркского мира», «Международной организацией тюркской молодежи», «Фондом совершенствования демократии в тюркском мире» и другими структурами.

По их инициативе с привлечением функционеров разного уровня проводятся регулярные международные конференции. На конференции, прошедшей в начале декабря 1993 г. в Вашингтоне, была принята общая декларация, первым пунктом которой было признание независимости тюркских общин (республик) в составе РФ, а вторым — объявление о независимости Якутии, Алтая, Тувы, Хакассии, Кумыкии, Шории и некоторых других районов компактного проживания тюркских народов в России, а также независимости Восточного Туркестана (Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР) 5 .

Цели и действия тюркистов находились в полном соответствии со взглядами турецких националистов. В наиболее обобщенном виде они были изложены в книге их лидера А. Тюркеша (1917-1997)»Девятый луч» (Докуз ишик). По Тюркешу, тюркский идеал состоит из трех частей: идеала духовного и материального прогресса Турции; идеала самоопределения и независимости тюркских народов; идеала тюркского единства, предполагающего «объединение всех тюрок мира в единую нацию» с оговоркой, что такое объединение рассматривается как «отдаленная цель, которая может быть осуществлена при достижении независимости тюркских народов и на основе их документально оформленного волеизъявления войти в Великий Тюркский Союз» 6 .

На парламентских выборах в 1995 г. ПНД набрала 7,9% голосов избирателей, что не позволило ей занять места в парламенте, но уже на выборах в 1999 г. за нее проголосовало 17,2% избирателей и она получила 130 парламентских мест и вошла в состав коалиционного правительства, возглавленного Б. Эджевитом, которое находилось у власти до ноября 2002 г. Успех ПНД хотя и был в немалой степени результатом разногласий между правыми партиями и разочарования в них значительной части электората, тем не менее свидетельствовал о росте популярности националистов и их идей в турецком обществе, наиболее обездоленная часть которого отозвалась на их предвыборные обещания стабилизировать экономику и решать социальные проблемы.

Программные установки ПНД после ее прихода к власти были скорректированы как в целях укрепления и расширения своей внутренней популярности, так и для того, чтобы создать для себя более цивилизованный и привлекательный имидж за рубежом с «учетом новых условий однополярного мирового порядка». В число первоочередных задач были включены борьба с беззаконием, бедностью, защита прав человека, демократизация.

Но в своих внешнеполитических заявлениях ПНД по-прежнему делала упор на укрепление отношений с постсоветскими тюркскими республиками, занимала жесткую позицию по Кипру, как к «вопросу, имеющему жизненно важное значение для Турции», подчеркивала ответственность Турции за защиту интересов турок, находящихся за рубежом, в первую очередь — в Германии, где их численность превышает 2 млн. человек, а также турецких и мусульманских общин на Балканах, на Ближнем и Среднем Востоке и в других регионах. В обновленную программу был включен прежний тезис о содействии «социальному, экономическому, научному и культурному объединению тюркского мира, который должен стать неотъемлемой частью всего мира и стабильности в Азии» 7 .

Более подробное изложение взглядов турецких националистов на то, каким они представляют тюркский мир и какие конкретные шаги считают необходимым предпринимать для его объединения и международного признания, содержится в книге профессора Мраморно-морского университета (Стамбул) Рамазана Озея «Тюркский мир на международной арене», вышедшей в 1999 г. третьим изданием.

Автор обосновывает единство тюркского мира, делая акцент на его геополитическом значении в прошлом и будущем. По мнению Рамазана Озея, множество войн, происходивших на территории мусульманского тюркского мира в XX веке, стали возможны из-за отсутствия его единства, тогда как его объединение обеспечит мир 8 .

Новое в блогах

Ярик Ваарик

Состоит в сообществах

  • —>Иосиф Виссарионович Сталин —>
  • —>МОМЕНТ ИСТИНЫ —>
  • —>Чёрный юмор —>

Все 14

Основы тюркизма

В 1923 году вышла книга турецкого основоположника пантюркизма Зии Гек Альпа «Основы тюркизма», которая представляла геополитические планы пантюркизма в виде трех последовательных ступеней.

Первая ступень – установление тюркизма в самой Турции. На этой ступени утверждения идеологии пантюркизма предполагалось ограничение влияния религии на общество и власть (прежде всего, конечно, речь идет об исламской религии). Автором был выдвинут лозунг «от Мекки к Алтаю» (поскольку именно Алтай считается мифической прародиной тюркского суперэтноса). Сходная мысль содержится в известной формулировке «Коран для Турана».

Вторая ступень развития всемирного пантюркизма подразумевала в качестве программы-минимум так называемый огузианизм. Эта ступень предполагала объединение трех стран, населенных «потомками Огуза», легендарного родоначальника тюркских племен. Зия Гек Альп поднимал под таким объединением единство Турции и двух Азербайджанов – северного и южного.

Третья ступень строительства тюркского мира содержала программу-максимум, а именно включение всех тюркских народов – то есть турок, татар, башкир, алтайцев, тюркских народов Северного Кавказа и Закавказья, тюркских народов Средней Азии (узбеков, киргизов, казахов, туркмен и других), а также народов Восточного Туркестана (прежде всего уйгур) – в общее туранское федеративное государство.

Но и это не предел. Например, список стран известного пантураниста начала ХХ века Ахмета Агаева еще шире. Он включает в себя Балканы, Малую Азию, Крым, Кавказ, Дагестан, Астрахань, Поволжье, Казань, Уфу, Оренбург, Сибирь, Монголию, китайский и русский Туркестан, а также Бухару, Хиву, Хорасан, южный берег Каспия и, конечно, два Азербайджана.

В начале 90-х годов дудаевский чеченский сепаратизм поднял знамя, на котором был изображен волк – легендарный священный для древнетюркских народов символ. Именно под этим символом шли первые вооруженные выступления сепаратистов в Чечено-Ингушетии, тогда заботливо поддержанные турецкими инструкторами. Однако по мере того как боевые действия затягивались и становились все более ожесточенными, влияние в сепаратистских формированиях завоевывали сначала чеченские сторонники шариата, а потом и просто иностранные ваххабитские эмиссары. А древний тотемный волк (по-чеченски – «борз») так же плохо совмещается с ваххабизмом, как чеченская независимость с всемирным халифатом. И что осталось в этом случае от заигрываний с пантюркизмом?

Добавим к этому, что в Турции, которая является естественным оплотом для всех пантюркистов, в последние десятилетия все более расшатывается светская основа государства, заложенная Мустафой Кемалем в 1920-е годы, и все больший вес приобретают партии, имеющие религиозную (исламскую) платформу.

Однако вернемся еще раз к истории пантюркизма, которая началась гораздо раньше выступлений турецких идеологов в начале ХХ века.

Интересно, что пантюркизм как идеология впервые начал зарождаться в среде крымских татар. Считается, что первым выдвинул идею объединения всех тюркских народов крымско-татарский общественный деятель Исмаил Гаспринский в конце XIX века. Призывы Исмаила Гаспринского уже тогда с воодушевлением воспринимались крымско-татарскими, волжско-татарскими и азербайджанскими националистами.

Трудно усомниться в том, что этот пантюркистский идейный задел крымских татар сыграл свою роль в союзе крымско-татарского ультранационализма с немецким фашизмом. Как тут не вспомнить трагическую историю Крыма сороковых, когда тысячи мобилизованных крымских татар переходили на сторону гитлеровцев. И как не вспомнить ту особую жестокость, с которой эта ультранационалистическая часть крымских татар расправлялась с партизанами и пленными советскими солдатами.

В Азербайджане, например, в первые же постсоветские годы побывал Альпарслан Тюркеш, в 40-х – доверенное лицо гестапо в Турции, лидер неофашистской пантюркистской «Партии национального действия» и ее боевого подразделения «Серые волки» («бозгурд»). Сразу после этого, в июне 1992 года, благословленный Тюркешем Народный фронт Азербайджана пришел к власти, а пост министра внутренних дел занимал глава азербайджанских «Серых волков» Искандер Гамидов. Уже тогда его выступление на восстановительном съезде азербайджанской пантюркистской партии «Мусават» показало, что современный пантюркизм и конкретно «серые волки» отнюдь не отказываются от своих мироустроительных планов. Гамидов заявил, что для создания общетюркского государства «Великий Туран» необходимо заняться не только Южным Азербайджаном, но и Китаем, Индией и Сибирью.

Тогдашний постсоветский азербайджанский силовик показал себя верным последователем Тюркеша, которому принадлежит высказывание в том же ключе: «Действуй, о турок! Нет у нас больше Румелии, Венгрии, Сирии, Ирака, Палестины, Египта, Алжира, Крыма и Кавказа. Действуй, как серый волк, пусть возродятся былые времена».

Визит в ФРГ премьер-министра Турции Тайипа Эрдогана ознаменовался рядом
скандальных заявлений, которые европейские парламентарии и
общественность уже назвали «оскорбительными и неприемлемыми».

Читайте также  История развития колеса

В своих выступлениях премьер-министр Турции призвал проживающих в ФРГ
соотечественников изучать немецкий язык, видя в этом залог их успеха и
интеграции в германское общество. Однако при этом он предостерег бывших
соотечественников от ассимиляции и утраты родного языка, национальных
традиций и менталитета. «Ассимиляция — это преступление перед
человечеством, — подчеркнул турецкий премьер. — Я очень хорошо понимаю,
что вы против ассимиляции. Нельзя ожидать от вас, что вы
ассимилируетесь».

Перед живущими за границей турками, указал он, стоит вызов: сохранить
свою индивидуальность и культуру. Турки, подчеркнул он, должны лучше и с
большей настойчивостью отстаивать свои интересы за рубежом.В качестве одной из мер, которая позволила бы
туркам занять достойное место в германском обществе, Реджеп Тайип
Эрдоган считает основание в ФРГ турецкого университета, а также создание
сети школ и гимназий, где бы преподавание велось на турецком языке. Для
этого Эрдоган выразил готовность направить в Германию турецких
учителей. Сегодня в Германии проживает 2,4 млн турок — 1,7 млн граждан
Турции и 700 тыс. граждан ФРГ. По данным МИД ФРГ, в школах Германии работают около 550
учителей турецкого происхождения.

Пять государств – одна нация: как Турция планирует объединить тюркоязычные страны в единый блок

В понедельник турецкая газета Akşam опубликовала в Twitter анонс статьи со словами «Турция вводит план «Пять государств – одна нация». На сайте можно было прочитать сам текст, который гласил «Российские СМИ пишут: «Турция переходит к политике «Пять государств — одна нация».

❝Bir millet beş devlet❞ planı devrede

В статье утверждалось, что Россия так озаботилась успехами Турции в военной и внешнеполитической сферах, что теперь в российских СМИ беспокоятся о ее планах расширить свои цели на Центральную Азию.

Команда Telegram-канала «Стамбульский волк» попыталась разобраться, какие публикации российских журналистов натолкнули турецкие издания на мысли о намерениях Турции относительно региона и лозунге «Один народ – пять государств».

Страх перед «турецкой силой»

О том, что у Анкары есть некие планы на Центральную Азию, в российских изданиях, действительно, писали. Этой темы коснулась газета «Московский Комсомолец», которая 26 декабря опубликовала статью «Победив в Карабахе, Турция анонсировала создание нового военного блока». В материале говорится, что Реджеп Тайип Эрдоган реализует концепцию «великого Турана» и работает над программой по объединению тюркоязычных стран в единый союз. Обобщив содержание настроений в Турции, автор материала написал следующее:

«Турецкие СМИ заявляют: пришла пора для объединения тюркских народов в альянс, очертания которого с каждым днем становятся отчетливее. Если раньше в Анкаре использовали лозунг «Один народдва государства», имея в виду Турцию и Азербайджан, сегодня говорят «Один народпять государств».

Этого пассажа в российских медиа оказалось достаточно, чтобы несколько газет в Турции решили, что Москва обеспокоилась, а Ahaber пошла дальше и заявила о том, что страх перед «турецкой силой» потряс и взволновал российские СМИ. «В России испугались турок», – написало издание на фоне фотографии турецких танков и картой, на которой большая часть территории Российской Федерации была помечена как владения «тюркского мира».

До недавнего времени президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган не так много уделял времени и внимания вопросу тюркского единства. Его больше заботила тема солидарности с исламским миром. Он был так увлечен ею, что его нынешний союзник, председатель Партии националистического движения Девлет Бахчели, в 2015 году назвал турецкого лидера «самым большим живущим врагом тюрков».

Однако теперь, когда Эрдоган нашел общий язык с Бахчели и создал с ним правящую коалицию, националисты и партия турецкого президента не расходятся во мнениях. Более того, он поддерживает идеалы «Серых волков» Турции, которые мечтают о «тюркском единстве» и «великом Туране».

300-миллионный мир

Так, в прошлом году, во время VII саммита Совета сотрудничества тюркоязычных государств (Тюркского совета) в столице Азербайджана Баку Эрдоган впервые озвучил лозунг «Шесть государств – одна нация».

«Хотя мы два отдельных государства, мы сыновья одной нации, поэтому на каждом шагу мы говорим: мы два государства, но одна нация. Теперь, проводя Тюркский совет, мы расширяем свои горизонты и говорим: мы шесть государств, но одна нация», – заявил он.

Турецкий президент пояснил, что, как и Азербайджан, Турция не отделяет от себя Казахстан, Киргизию, Туркмению и Узбекистан.

«Туркистан – это наше родовое гнездо, наш основной очаг. Мы все очень большая семья из 300 миллионов человек, которые говорят на одном языке, верят в одну и ту же религию, имеют одну историю, культуру, разделяют одну цивилизацию. Я знаю, что наши казахские, киргизские, узбекские, таджикские и туркменские братья смотрят на Турцию так же, как и мы – они считают нашу страну своим домом», – добавил Эрдоган.

Парадокс этих заявлений заключается в том, что каждый раз, когда турецкий лидер говорит о единстве тюркских государств, он имеет в виду перспективу позитивного влияния блока на рост экономических и торговых отношений между странами. Однако турецкие СМИ, говоря об альянсе, сюжеты и тексты иллюстрируют турецким вооружением. Из этого следует, что в головах турок единство не ограничивается лишь экономической составляющей. И вопрос плавно переходит к теме о «пантюркистской армии».

Так, в октябре турецкие издания начали призывать к созданию «армии Турана», министр обороны Турции Хулуси Акар в октябре этого года посетил Узбекистан и Казахстан, где обсудил необходимость дальнейшего расширения военно-технического сотрудничества.

Однако эксперты, которые отвечали на вопросы газеты, поясняли, что в данный момент тему о создании «тюркского военного блока» следует держать в секрете.

Естественные члены тюркской диаспоры

Вернемся к экономическому союзу. По мнению Эрдогана, любой проект, в котором бизнес не играет роль локомотива, обречен быть неэффективным и неполноценным.

«Потому что наши бизнесмены – это альперены наших торгово-экономических отношений», – говорит турецкий лидер.

Альперен – так турки называли своих сородичей, которые были одновременно религиозными и военными деятелями во время переселения в Малую Азию и обоснования на этих землях.

В Совет сотрудничества тюркоязычных государств входят Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Турция и Узбекистан. Наблюдателями и возможными членами называются Венгрия и Туркмения. Эрдоган особенно заинтересован в присоединении последней, о чем он неоднократно говорил. На той же встрече, в 2019 году в Баку, президент Турции отметил, что Тюркский совет укрепит свои позиции благодаря полному членству Туркмении.

«Только таким образом мы сможем реализовать огромный потенциал, который имеет тюркский мир с 300-миллионным населением», – заявил тогда Эрдоган.

Но Ашхабад до сих пор так и не сделал шага навстречу членству в организации.

Одна диаспора для всех

Турецкие предприниматели очень активны за рубежом. Потому Анкара серьезно относится к возможностям диаспор в различных иностранных государствах. А если учитывать амбициозность Эрдогана, то это теперь стало актуально не только в экономических, но и в политических целях. По его словам, около 10 миллионов граждан с тюркскими корнями проживают в других странах.

«Иными словами, у нас есть диаспоры. И как сказал мой дорогой друг Ильхам Алиев, «у одной нации не должно быть двух диаспор», – заявил турецкий президент, тем самым указав, что Анкара будет использовать возможности и других тюркоязычных народов за рубежом для достижения своих целей.

При этом Эрдоган не ограничивает понятие «тюркской диаспоры» и не забывает и о других народах, поддержкой которых хотел бы воспользоваться в интересах «тюркского мира»:

«Всех наших братьев – казахов, узбеков, туркменов, азербайджанцев, киргизов, татар, черкесов, турок-месхетинцев и чеченцев мы оцениваем как естественных членов тюркской диаспоры», – сказал он.

Иными словами, в придачу еще и всех мусульман Кавказа.

Пять государств – одна нация

Выступление Эрдогана в 2019 году в Баку и сама встреча стала знаковой для пантюркистских кругов.

Это отмечали многие специалисты, разделяющие подобные взгляды. Потому что именно там турецкий президент впервые озвучил концепцию «Шесть государств – одна нация».

«В Тюрксом совете обсуждалось много вопросов, но следующие три были как значимыми, так и амбициозными: переименовать совет в Организацию тюркских государств, подготовить стратегический документ «Тюркское видение – 2040», открыто заявить о концепции «Шесть государств – одна нация», – написал в Twitter политолог Кюршад Зорлу.

Türk Konseyi’nde bir çok konu görüşüldü ancak şu üçü hem anlamlı hem de iddialıydı:

-Konseyin adının «Türk Devletleri Teşkilatı» olması,

-«Türk Vizyonu 2040» stratejik belgesinin hazırlanması

-Altı devlet tek millet düsturunun açıkça seslendirilmesi

Şimdi bunu örmeliyiz.

По словам политолога, за эти идеи нужно держаться и развивать их дальше.

В свою очередь, Эрдоган после того, как возвратился из Азербайджана в Турцию, на первом заседании с членами Партии справедливости и развития (ПСР) заявил:

«До сих пор мы говорили два государства – одна нация, теперь мы будем говорить: пять государств – одна нация».

За год до этого политолог Кюршад Зорлу, который считается одним из ведущих экспертов в вопросах «тюркского мира», опубликовал статью, в которой разобрал его проблемы и перспективы. Одной из главных тем, на его взгляд, является влияние прошлого, а именно советского, и близость к России, в том числе и в культурном смысле; отсутствие единого латинского алфавита (тут политолог указывает на то, что стороны часто используют русский язык на совместных мероприятиях), а также структурного и институционального подхода в решении насущных проблем.

И хотя эксперт считает, что власти Азербайджана, Казахстана, Киргизии, Турции и Узбекистана мало делают для создания Тюркского союза, стоит отметить, что между тюркоязычными государствами действуют несколько серьезных институтов для развития всестороннего сотрудничества между странами:

  • Международная организация тюркской культуры(Turksoy)
  • Совет сотрудничества тюркоязычных государств(Тюркский совет)
  • Научный центр Международная тюркская академия(Тюркская академия)

А для взаимодействия и продвижения мягкой силы в тюркских государствах Турция использует организации:

  • TÖMER, языковые курсы турецкого языка
  • TİKA, Турецкое агентство по сотрудничеству и координации,занимается экономической помощью
  • Университет Ахмет Ясави (Казахстан)
  • Университет Манас (Киргизия)
  • Институт им. Юнуса Эмре, действует в качестве культурных центров Турции за рубежом

Возможен ли военный блок

И все же сможет ли Турция создать военный блок из тюркских государств? На этот вопрос как раз отвечает российский военный эксперт Александр Михайловский в статье для МК, которую растиражировали турецкие СМИ, но именно эту часть дружно проигнорировали:

«В мечтах все радужно. А в реальности – между тюркскими странами и народами слишком много противоречий. Взять хотя бы напряженные отношения между Узбекистаном и Киргизией. И в каждой из тюркских стран есть политические партии, течения – все далеко не так однородно. Более того, сами правительства готовы получать от Турции военную помощь, но становится янычарами нашего времени – не очень хотят. Для них невыгодно ссориться с Китаем, да и с Россией. Это партнерство дает финансовые выгоды и многое другое. А что дает Турция? Голую идею и предложение воевать непонятно ради чего и с кем. Но точно воевать. Кому это надо? Я думаю, что блок уровня АСЕАН у них может получиться. Экономический блок. Но точно не турецкий вариант НАТО».

Как появились турки

История заселения Малой Азии тюрками восходит к завоевательным походам турок-сельджуков. Сельджуки были одной из ветвей тюрок-огузов, проживавших до X века в степях Центральной Азии. Ряд ученых считает, что огузы сформировались в степях Приаралья в результате смешения тюркютов (племена Тюркского каганата) с сарматскими и угорскими народами.

В Х веке часть огузских племен переместилась на юго-восток от Приаралья и стала вассалами местных династий Саманидов и Караханидов. Но постепенно тюрки-огузы, воспользовавшись ослаблением местных государств, создали собственные государственные образования — государство Газневидов в Афганистане и государство Сельджукидов в Туркмении. Последнее и стало эпицентром дальнейшей экспансии тюрок-огузов, называемых также сельджуками, на запад — в Иран, Ирак и далее в Малую Азию.

Великая миграция тюрок-сельджуков на запад началась в XI веке. Именно тогда сельджуки во главе с Тогрул-беком двинулись на Иран. В 1055 г. они захватили Багдад. При преемнике Тогрул-бека Алп-Арслане были завоеваны земли современной Армении, а затем нанесено поражение войскам Византии в битве при Манцикерте. В период с 1071 по 1081 гг. была завоевана практически вся Малая Азия. Огузские племена расселились на Ближнем Востоке, дав начало не только собственно туркам, но и многим современным тюркским народам Ирака, Сирии и Ирана. Первоначально тюркские племена продолжали заниматься привычным для них кочевым скотоводством, однако постепенно происходило их смешение с проживавшими в Малой Азии автохтонными народами.

Ко времени вторжения тюрок-сельджуков население Малой Азии было невероятно пестрым в этническом и конфессиональном отношении. Здесь проживали многочисленные народы, на протяжении тысячелетий формировавшие политический и культурный облик региона.

Среди них особое место занимали греки — народ, игравший ключевую роль в средиземноморской истории. Колонизация Малой Азии греками началась еще в IX в. до н. э., а в эпоху эллинизма греки и эллинизированные аборигенные народы составляли большую часть населения всех прибрежных районов Малой Азии, а также ее западных территорий. К ХI веку, когда в Малую Азию вторглись сельджуки, греки населяли не менее половины территории современной Турции. Наиболее многочисленное греческое население было сосредоточено на западе Малой Азии — побережье Эгейского моря, на севере — на побережье Черного моря, на юге — на побережье Средиземного моря вплоть до Киликии. Кроме того, внушительное греческое население проживало и в центральных районах Малой Азии. Греки исповедовали восточное христианство и являлись главной опорой Византийской империи.

Читайте также  Расчет дифференциального каскада с транзисторным источником тока

Пожалуй, вторым по значимости после греков народом Малой Азии до завоевания региона тюрками были армяне. Армянское население преобладало в восточных и южных районах Малой Азии — на территории Западной Армении, Малой Армении и Киликии, от берегов Средиземного моря до юго-западного Кавказа и от границ с Ираном до Каппадокии. В политической истории Византийской империи армяне также играли огромную роль, было много знатных фамилий армянского происхождения. С 867 до 1056 года в Византии правила Македонская династия, имевшая армянское происхождение и также называемая некоторыми историками Армянской династией.

Третьей многочисленной группой народов Малой Азии к Х-XI вв. были ираноязычные племена, населявшие центральные и восточные районы. Это были предки современных курдов и родственных им народов. Значительная часть курдских племен также вела полукочевой и кочевой образ жизни в горных районах на границе современных Турции и Ирана.

Кроме греков, армян и курдов, в Малой Азии проживали также грузинские народы — на северо-востоке, ассирийцы — на юго-востоке, многочисленное еврейское население — в крупных городах Византийской империи, балканские народы — в западных районах Малой Азии.

Вторгшиеся в Малую Азию турки-сельджуки первоначально сохраняли свойственное кочевым народам племенное деление. На запад сельджуки продвигались в привычном порядке. Племена, входившие в правый фланг (бузук), занимали более северные территории, а племена левого фланга (учук) — более южные территории Малой Азии. Стоит отметить, что вместе с сельджуками в Малую Азию пришли и присоединившиеся к тюркам земледельцы, которые также осели на малоазийских землях, создав свои поселения и постепенно тюркизировавшись в окружении сельджукских племен. Переселенцы занимали преимущественно равнинные территории в Центральной Анатолии и лишь затем продвинулись на запад — к Эгейскому побережью. Поскольку большинство тюрок занимали степные земли, горные районы Анатолии в большей степени сохранили автохтонное армянское, курдское и ассирийское население.

Формирование единой турецкой народности на основе многочисленных тюркских племен и ассимилируемого тюрками автохтонного населения происходило достаточно долго. Оно не было завершено даже после окончательной ликвидации Византии и создания Османской империи. Даже внутри тюркского населения империи сохранялось несколько групп, весьма отличавшихся по образу жизни. Во-первых, это были собственно кочевые тюркские племена, которые не спешили отказываться от привычных форм хозяйствования и продолжали заниматься кочевым и полукочевым скотоводством, осваивая равнины Анатолии и даже Балканского полуострова. Во-вторых, это было оседлое тюркское население, включавшее в том числе и земледельцев Ирана и Средней Азии, пришедших вместе с сельджуками. В-третьих, это было ассимилированное автохтонное население, включая греков, армян, ассирийцев, албанцев, грузин, принимавших ислам и тюркский язык и постепенно смешивавшихся с тюрками. Наконец, четвертая группа пополнялась постоянно за счет выходцев из самых разных народов Азии, Европы и Африки, также переселявшихся в Османскую империю и тюркизировавшихся.

По некоторым данным, от 30% до 50% населения современной Турции, считающегося этническими турками, на самом деле составляют исламизированные и тюркизированные представители автохтонных народов. Причем цифру в 30% озвучивают даже националистически настроенные турецкие историки, тогда как российские и европейские исследователи считают, что процент автохтонов в составе населения современной Турции гораздо выше.

На протяжении всего своего существования Османская империя перемалывала и растворяла самые разные народы. Некоторым из них удалось сохранить этническую идентичность, однако большинство ассимилированных представителей многочисленных этносов империи окончательно смешались между собой и превратились в фундамент современной турецкой нации. Помимо греческого, армянского, ассирийского, курдского населения Анатолии, весьма многочисленными группами, принимавшими участие в этногенезе современных турок, были славянские и кавказские народы, а также албанцы. Когда Османская империя распространила свою власть на Балканский полуостров, под ее контролем оказались обширные земли, населенные славянскими народами, в большинстве своем исповедовавшими православие. Некоторая часть балканских славян — болгар, сербов, македонцев — предпочла принять ислам, чтобы улучшить свое социальное и экономическое положение. Сформировались целые группы исламизированных славян, такие как боснийские мусульмане в Боснии и Герцеговине или помаки в Болгарии. Однако многие славяне, принявшие ислам, просто растворялись в турецкой нации. Очень часто тюркская знать брала в жены и наложницы славянских девушек, которые потом рожали турок. Славяне составляли значительную часть янычарского войска. Кроме того, многие славяне в индивидуальном порядке принимали ислам и переходили на службу Османской империи.

Что касается кавказских народов, то они также с самого начала очень тесно контактировали с Османской империей. Наиболее развитыми связями с Османской империей обладали адыго-черкесские народы, проживавшие на Черноморском побережье. Черкесы издавна шли на военную службу к османским султанам. Когда Российская империя покорила Крымское ханство, в Османскую империю начали переселяться многочисленные группы крымских татар и черкесов, не желавших принимать российское подданство. В Малой Азии расселилось большое количество крымских татар, которые смешались с местным тюркским населением. Процесс ассимиляции был быстрым и безболезненным, учитывая очень большую языковую и культурную близость крымских татар и турок.

Присутствие кавказских народов в Анатолии существенно увеличилось после Кавказской войны, когда многие тысячи представителей адыго-черкесских, нахско-дагестанских и тюркских народов Северного Кавказа переселились в Османскую империю, не желая проживать в российском подданстве. Так в Турции сформировались многочисленные черкесские, абхазские, чеченские, дагестанские общины, которые влились в состав турецкой нации. Некоторые группы мухаджиров, как назывались переселенцы с Северного Кавказа, сохранили этническую идентичность вплоть до настоящего времени, другие практически полностью растворились в тюркской среде, особенно если и сами изначально говорили на тюркских языках (кумыки, карачаевцы и балкарцы, ногайцы, татары). В полном составе в Османскую империю были переселены воинственные убыхи — одно из адыгских племен. За полтора столетия, прошедшие со времени Кавказской войны, убыхи полностью растворились в турецкой среде, а убыхский язык прекратил свое существование после смерти последнего носителя — Тевфика Эсенча, который скончался в 1992 году в возрасте 88 лет. Многие выдающиеся государственные и военные деятели как Османской империи, так и современной Турции имели кавказское происхождение. Например, убыхом по национальности был маршал Берзег Мехмет Зеки-паша, кабардинцем — один из военных министров Османской империи Абук Ахмедпаша.

На протяжении XIX — начала ХХ вв. османские султаны постепенно переселяли в Малую Азию многочисленные группы мусульманского и тюркского населения с окраин империи, особенно из регионов, где преобладало христианское население. Например, уже во второй половине XIX века началось централизованное переселение греков-мусульман с Крита и некоторых других островов в Ливан и Сирию — султан беспокоился о безопасности мусульман, проживавших в окружении христиан-греков. Если в Сирии и Ливане такие группы сохраняли собственную идентичность в силу больших культурных отличий от местного населения, то в самой Турции они стремительно растворялись в среде тюркского населения, также вливаясь в состав единой турецкой нации.

После провозглашения независимости Греции, Болгарии, Сербии, Румынии, а особенно — после Первой мировой войны и распада Османской империи, — началось вытеснение тюркского и мусульманского населения из стран Балканского полуострова. Были проведены т.н. обмены населением, главным критерием которых была религиозная принадлежность. Христиане выселялись из Малой Азии на Балканы, а мусульмане — из балканских христианских государств в Малую Азию. В Турцию были вынуждены переселиться не только очень многочисленные балканские турки, но и исповедовавшие ислам группы славянского и греческого населения. Наиболее масштабным был Греко-турецкий обмен населением 1921 года, в результате которого в Турцию переселились греки-мусульмане с Кипра, Крита, Эпира, Македонии и других островов и регионов. Аналогичным образом происходило и переселение турок и исламизированных болгар — помаков из Болгарии в Турцию. Общины греческих и болгарских мусульман в Турции ассимилировались довольно быстро, чему способствовала большая культурная близость между помаками, греками-мусульманами и турками, наличие многовековой общей истории и культурных связей.

Практически одновременно с обменами населением в Турцию стали прибывать и многочисленные группы новой волны мухаджиров — на этот раз с территории бывшей Российской империи. Установление советской власти было очень неоднозначно воспринято мусульманским населением Кавказа, Крыма и Средней Азии. В Турцию предпочли переселиться многие крымские татары, представители кавказских народов, народов Средней Азии. Появились и иммигранты из Китая — этнические уйгуры, казахи, киргизы. Эти группы также частью влились в состав турецкой нации, частью — сохранили собственную этническую идентичность, которая, однако, все больше «размывается» в условиях проживания в среде этнических турок.

Современное турецкое законодательство считает турками всех, кто рожден от отца — турка или матери — турчанки, распространяя понятие «турок», таким образом, и на потомство от смешанных браков.

«Тюркская карта» Турции на Северном Кавказе: угроза стабильности региона?

«Пятая колонна» Турции?

По данным 2010 года на территории России проживают 11 миллионов представителей тюркоязычных народов. Из них значительная часть – на Северном Кавказе. Это такие народности как кумыки, карачаевцы, балкарцы, ногайцы, живущие во всех субъектах СКФО. Россия регулярно проводит тюркские мероприятия: конференции, форумы, фестивали.

Однако по сравнению с тем, что предпринимает в этом направлении Турция, российские инициативы являются крошечными: у нас они собирают сотни человек, а в Турции – тысячи. В Турции действуют сотни тюркских организаций, включая Совет Сотрудничества тюркоязычных государств, Совет старейшин (аксакалов) тюркоязычных государств, Международная организация тюркской культуры, Тюркская академия и многие другие.

Ни с одной страной у России не было столько войн, как с Турцией, и Кавказ всегда являлся одной из ключевых точек этого противостояния. А после сбитого Турцией в 2015 году самолета РФ над Сирией в отношениях двух стран начался серьезнейший кризис, который пошел на спад после неудачной попытки госпереворота в Турции против президента Реджепа Эрдогана.

Сразу после распада СССР началось посещение тюркоязычных регионов РФ высшими турецкими чиновниками. Особую роль в 1990-х годах в распространении пантюркистских идей среди тюркских народов РФ играло ныне запрещенное в РФ движение «Нурджулар» Фетхуллаха Гюлена (стоящего, по мнению многих, за военными, пытающимися свергнуть президента Турции). Его идеологией является именно пантюркизм и исламизм, продвигаемые через сеть специальных учебных заведений. В 2002 году тогдашний директор ФСБ Николай Патрушев сообщил, что ведомство пресекло деятельность «Нурджулар», которая финансировалась через различные фирмы и фонды.

«Осуществлялся сбор информации о происходящих на Северном Кавказе процессах, велась пантюркистская и панисламистская обработка российской молодежи, изучались кандидаты на вербовку в целях формирования протурецкого лобби в местных властных структурах, проникновения в правоохранительные органы и общественные объединения», – указал Патрушев. На широкой пресс-конференции было указано, что члены «Нурджулара» имел связи с бандформированиями в Чечне, а за один 2002 год силовики пресекли деятельность более чем пятидесяти нурджуларовцев в Дагестане, КЧР и Башкирии. За время работы в РФ «Нурджулар» открыло три языковых курса при различных вузах, более 30 специальных школ и одно университетское отделение. Несмотря на официальный запрет «Нурджулара» в России, эксперты считают, что его функционеры и члены до сих пор присутствуют в ряде регионов России, прежде всего на Северном Кавказе.

В 2014 году Общественная организация «Союз турецких народов» заявила, что может профинансировать обучение и проживание чеченских студентов в Турции и выплачивать им надбавки к стипендии. После этого директор Института Ближнего Востока Евгений Сатановский сообщил, что ничем хорошим для России это не закончится.

«До сих пор турецкое влияние в Чечне было минимальным, Турция все-таки старается работать через тюркский этнос. И поэтому если говорить о Кавказе, это ногайцы, это балкарцы, это карачаевцы. Северный Кавказ — это все-таки для Оттоманской Порты были северные территории, как и Крым, поэтому из Турции на эти территории смотрят как на некую естественную сферу своего влияния», – сообщил ученый.

В конце 2018 года на Ставрополье также стало известно о связи главы турков-месхетинцев Одиля Алиева с запрещенной организацией Datub. В интервью СМИ руководитель народа Сулейман Барбакадзе сообщал, что Алиева заподозрили в получении финансовой выгоды от турецкой организации. Сразу после вскрывшихся фактов глава турков-месхетинцев был снят с должности.

Молодежь Северного Кавказа – слабое звено

Директор Института новейших государств Алексей Мартынов уверен, что работа Турции среди тюркских народов Северного Кавказа продолжается.

«Никакой дружбы с Турцией никогда не было, нет и не будет, более того — это одна из ключевых наших ошибок: мы в межгосударственных отношениях пытаемся употреблять такую категорию как «дружба». Это тем более невозможно между региональными конкурентами, которыми являются Россия и Турция. В этом смысле Турция имеет собственные представления о тюркском мире, так же, как и мы о русском, в Турции существует движение «Тюркский мир», куда, по их представлению, должны войти все территории, население которых говорит на тюркских языках, использует тюркский алфавит или которые когда-либо входили в Османскую империю», – сообщил эксперт.

Читайте также  Биосфера и ее эволюция

По его словам, на территории «Тюркского мира» располагаются грузинская Аджария, молдавская Гагаузия, Азербайджан, а также российские регионы: Поволжье, Татарстан, Северный Кавказ.

«Основной формой влияния является обучение тюркской молодежи, а также щедрое финансирование любых проектов, связанных с популяризацией и развитием протурецких настроений. Несмотря на то, что он по происхождению лаз, а не турок, Эрдоган претендует на роль лидера исламского мира», – сообщил Мартынов.

Директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев считает, что интересы Турции среди тюрок Северного Кавказа однозначно имеются, причем президент Эрдоган не ограничивается одними тюркскими народами, но и претендует на лидерство Турции среди исламских государств.

«Пантюркизм – это фактическая идеология современных властей Турции, и они очень активны в этом направлении. Причем еще 15 лет назад влияние Турции было очень велико не только на Северном Кавказе, но и, например, на Поволжье. Важно понимать еще то, что Эрдоган видит в Турции лидера исламского мира, как минимум, суннитского, так как считает себя в моральном и историческом смысле продолжателем линии султана – главы суннитской уммы в свое время», – сообщил эксперт.

По его словам, основной упор Турция делает на культурное сотрудничество, при этом говорить о ее полном контроле за тюрками, живущими на Северном Кавказе, неверно.

«Прежде всего, Турция оказывает влияние на тюркскую молодежь, которая едет туда учиться, турки создавали у нас турецкие центры, школы, нкультуру вообще, так как раз единство культурное – то нужно воздействовать на культуру. Северный Кавказ – это зона массовой безработицы, поэтому перспектива работы в Турции для молодежи очень заманчива. При этом говорить, будто Турция контролирует здесь ситуацию – неверно: было две чеченские войны, огромные вливания денег России в Северный Кавказ, к тому же чеченское подполье замыкалось на Саудовскую Аравию – прямого конкурента Турции в вопросе лидерства среди исламских государств», – указал Журавлев.

Миф о современном пантюркизме

Этнолог, политолог, внештатный сотрудник Института Языкознания РАН Станислав Кормильцев напоминает, что пантюркизм имеет достаточно недавнюю историю по меркам европейских центров влияния и, возможно, даже эта короткая история уже заканчивается.

«Османская империя еще и в конце своего существования пыталась репрезентовать не одних тюрков, но весь мир Ислама, объявив Халифат в 1517 году по факту захвата Двух Святынь (Мекки и Медины) и Египта. Однако религиозная идентичность продолжала доминировать над этнической до событий 1920-х годов и становления национального турецкого государства с одной стороны и многочисленных арабских государств с другой. Пантюркизм был создан на замену османизму к середине XX века, но на структурно-фундаментальном уровне он представляет собой «антиосманизм»: это очень похоже на то, как прусский национализм заменил католический империализм Габсбургов в Европе», – сообщил эксперт.

По его словам, пантюркизм противостоит и кемализму, то есть политике «спокойного» строительства образцовой тюркской нации в рамках одного национального турецкого государства по европейским лекалам.

«Причем противостоит он как «левому» крылу кемализма (либералам и социалистам), так и «правому» (военным, периодически бравшим власть в Турции в кризисные периоды, и различным дирижистам). Классический кемализм с самого начала рассматривал пантюркизм как деструктивное движение, а его участников, как опасных пассионариев, своего рода «новых янычар». Вот почему пантюркизм начиная с 2000 года вошел в оппозицию с «политическим исламом» и «неоосманизмом» Эрдогана (впрочем, я бы поостерегся приклеивать такой ярлык) и его предшественников и последователей если такие будут», – поделился мнением Кормильцев.

И именно нынешним турецким властям удалось справиться с активными пантюркистами.

«Я говорю здесь не только о такой легенде запрещённого в РФ праворадикального движения как «Бозкуртлар», причастного к террористическим актам, но и о более умеренных силах, в отношении которых со стороны партии Эрдогана была предпринята попытка подкупа, поглощения, ассоциации и т.д. Фактически, Эрдоган загнал пантюркизм в глухое подполье, чего до него не удавалось ни военным хунтам, ни демократическим правительствам. Итак, мы видим, что в политической конструкции Турции пантюркизм занимает место пресловутой «третьей силы» (или даже четвертой) и никогда не выходил хотя бы на второе место», – рассказал собеседник.

Он указывает, что симпатии к Турции на Северном Кавказе имеют различную природу.

«Для одних кавказских общностей «любовь к Турции» является эхом мухаджирства (как для черкесов, которые вовсе не тюрки), для других – объясняется конфессиональной общностью (как для суфиев Северного Кавказа, которые хотят опираться на традиционный ислам), для третьих – это «брак по расчету», обусловленный прежде всего экономическими и политическими причинами (речь о шиитском Азербайджане, культурно-исторически и конфессионально куда больше тяготеющем к персидскому ареалу), и, наконец, только для тюрков-суннитов это «любовь по любви»», – рассказал эксперт.

При этом в нынешних реалиях многие из образов Турции являются на самом деле лишь мифом.

В самой Турции хорошо виден этот разрыв между Стамбулом-Анкарой-Измиром и всей остальной нестоличной анатолийской вселенной.

«При этом третий (после Лондона и Москвы) мегаполис Европы Стамбул сейчас более секулярное и «продвинутое» место, чем, например, Берлин – сейчас это город с богатейшей ночной жизнью, клубной и галерейной сценой, переполненный хипстерами и девушками в миниюбках и голосующий за мэра — левого кемалиста. Разумеется, такой, глобальный Стамбул влияет на окружающий мир куда как больше, чем турецкая глубинка, причем влияет именно в том направлении, которое создает образ «Cool Istanbul», а совсем не в том, которого жаждут жители Кавказа. Хотя некоторые из них, я имею в виду горожан с высшим образованием, тоже любят именно такую Турцию», – рассказал эксперт.

Подводя итог, он указал, что сейчас у Турции не так много ресурсов, чтобы вовлекать в свою политические орбиту Северный Кавказ.

«Турция сосредоточена на трех основных задачах: радикальное ускорение внутреннего развития с целью выхода из перманентного «аргентинского» состояния экономической и социальной сферы и приближения к стандартам жизни Западной Европы; задача государственной безопасности – получение полного военного контроля над северными регионами ближневосточного ада, что удачно ложится на «классическую» задачу по сдерживанию курдов любой ценой. Одновременно с этим решается задача №3 – по ослаблению американского военно-экономического влияния и достижения полноценного геополитического союза с Россией», – отметил Кормильцев.

В связи с этим в нынешней ситуации пантюркизм для Турции пока не является уместной идеологией.

Место и роль тюркизма в новейшей истории Турции

  • Главная
  • Новые рефераты
  • Популярные
  • Добавить реферат
  • Поиск
  • Контакты

Место и роль тюркизма в новейшей истории Турции

Национализм в Турции на протяжении всего республиканского периода был наряду с антикоммунизмом и вестернизацией ведущей идеологической доктриной, влияние которой распространялось как на все сферы внутренней жизни страны, так и на ее поведение на международной арене. Иной раз даже вопреки ее конкретным интересам, примером чего может служить неуступчивость турецкой позиции по кипрскому вопросу, уже длительное время серьезно осложняющая ее отношения с Западом.

Истоки и причины обостренного национального чувства турок можно объяснить особенностями истории и национально-освободительного движения страны, неимоверными трудностями, которые пришлось преодолевать нации при создании на развалинах Османской империи своего собственного государства, наконец, комплексом неполноценности, характерным для многих народов бывшего колониального мира1, подогреваемым внутренними и внешними угрозами государственному суверенитету и территориальной целостности Турции.

Отличительной чертой турецкого национализма является наличие в нем двойной направленности — внутренней и внешней. Если внутренне национализм был закреплен в республиканских конституциях, признававших все права и свободы лишь за турецкой нацией, хотя страна оставалась многонациональной, то внешний национализм проявлялся в повышенном интересе к судьбам других тюркских народов, проживающих как на территории соседних, так и отдаленных государств, с которыми турок связывают общие исторические корни при разной степени этноязыкового и культурного сходства. В этом поиске общетюркской идентичности просматривается стремление, с одной стороны, обрести дополнительную опору и устойчивость, а с другой, — дать выход политическим амбициям, используя утопическую по своей сути объединительную идею тюркизма (или пантюркизма по аналогии с появившимися раньше панславизмом и пангерманизмом). Эта идея была заложена в турецкий национализм еще на стадии его формирования. Основоположники пантюркизма обосновывали необходимость объединения тюрок и создания под эгидой Турции (тогда — Османской империи) политического, культурного и экономического союза мусульманских народов, говорящих на тюркских языках.

Несмотря на дискредитацию этих идей младотурками, предпринимавшими попытки воплощать их в жизнь накануне и в период Первой мировой войны, что ускорило поражение и крах Османской империи, пантюркизм сохранил своих приспешников и адептов, вопреки предостережениям кемалистов и самого К. Ататюрка. Периодически давая о себе знать, они открыто проявили себя в годы второй мировой войны, а в послевоенный период — в антигреческих и антикурдских акциях и обрели новое дыхание после образования в результате распада СССР новых тюркских государств в Центральной Азии и на Кавказе, а также расширения прав автономных тюркских образований в Российской Федерации, на Украине, в Молдове.

В 90-е годы национализм превращается из фактора преимущественно внутреннего второстепенного значения в фактор, во многом определяющий геополитику Турции в регионе.

В докладе специальной комиссии по связям Турции с тюркскими республиками и странами региона, подготовленном в 2001 г. в связи с разработкой 8-го пятилетнего плана развития Турции, ее отношение к ситуации, возникшей после распада СССР было охарактеризовано следующим образом: «В отличие от других стран, в том числе союзников Турции по западному блоку, она ощутила последствия распада Советского Союза в двух планах. Как и на другие страны, он оказал на нее военно-политическое, экономическое и идеологическое влияние, но дополнительно, в отличие от них, он дал ей шанс и создал благоприятные возможности в связи с образованием пяти независимых тюркских государств в Центральной Азии и на Кавказе, а также наличием в Российской Федерации и других странах региона групп и объединений народов, имеющих с Турцией общие исторические корни, языки и религию. Это дает ей преимущество перед другими странами, которые хотят установить связи с тюркскими республиками. Этого достаточно также для того, чтобы тюрки, не обращая внимания на обвинения в пантюркизме и пантуранизме, без каких-либо комплексов могли использовать присущую им общность для создания тюркского союза, наподобие объединений, существовавших в прошлом и имеющихся в настоящее время… Потенциал, которым они располагают, позволит им по праву занять достойное и прочное место в семье народов мира»2.

Факт распада СССР вызвал в Турции всплеск эйфории, которой были охвачены не только националистически настроенные рядовые граждане, но и политическая элита. В феврале 1992 г.С. Демирель, занимавший тогда пост премьер-министра, возвестил о появлении «гигантского тюркского мира от Адриатики до Великой Китайской стены»3, в котором Турция сможет бескровно, мирным путем занять доминирующую позицию. Ему вторили другие политические деятели, а Т. Озал — турецкий президент — объявил, что следующее «XXI столетие станет столетием тюрок»4.

В 90-е годы турецкий национализм наряду с исламизмом превратился во влиятельную политическую силу Турции. Была воссоздана запрещенная в начале 80-х годов военным режимом, который устроил судебный процесс над ее активистами, экстремистская Партия националистического движения — ПНД, оживилась деятельность примыкающих к ней пантюркистских группировок как в Турции, так и за ее пределами. В 1992 г. был создан Фонд дружбы, братства и кооперации тюркских государств и общин (ТЮДЕВ), который с 1993 г. проводит тюркские курултаи в Турции. В них принимают участие делегаты разных стран, в том числе Татарстана, Башкортостана, Якутии и некоторых других субъектов РФ, обсуждаются вопросы расширения связей и кооперации тюркских народов. В тюркоязычных регионах России и других постсоветских государствах при поддержке турецких официальных и неофициальных структур создавались тюркские маргинальные группы, сотрудничающие с турецкими просветительскими организациями — «Фондом исследования тюркского мира», «Международной организацией тюркской молодежи», «Фондом совершенствования демократии в тюркском мире» и другими структурами.

По их инициативе с привлечением функционеров разного уровня проводятся регулярные международные конференции. На конференции, прошедшей в начале декабря 1993 г. в Вашингтоне, была принята общая декларация, первым пунктом которой было признание независимости тюркских общин (республик) в составе РФ, а вторым — объявление о независимости Якутии, Алтая, Тувы, Хакассии, Кумыкии, Шории и некоторых других районов компактного проживания тюркских народов в России, а также независимости Восточного Туркестана (Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР) 5.

Цели и действия тюркистов находились в полном соответствии со взглядами турецких националистов. В наиболее обобщенном виде они были изложены в книге их лидера А. Тюркеша (1917-1997)»Девятый луч» (Докуз ишик). По Тюркешу, тюркский идеал состоит из трех частей: идеала духовного и материального прогресса Турции; идеала самоопределения и независимости тюркских народов; идеала тюркского единства, предполагающего «объединение всех тюрок мира в единую нацию» с оговоркой, что такое объединение рассматривается как «отдаленная цель, которая может быть осуществлена при достижении независимости тюркских народов и на основе их документально оформленного волеизъявления войти в Великий Тюркский Союз»6.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: