Экологическая доктрина России как основа для социального согласия - ABCD42.RU

Экологическая доктрина России как основа для социального согласия

Доклад: Экологическая доктрина России как основа для социального согласия

В политическом отношении экологическая доктрина, разрабатываемая по инициативе Президента Российской Федерации на междисциплинарной основе с привлечением ведущих ученых, представителей регионов и при непосредственном участии неправительственных организаций — это веление времени, фактор социальной стабилизации и свидетельство зрелости институтов власти современной России. В методологическом плане такая доктрина — не только необходимая составная часть общенациональной стратегии долгосрочного развития и построения социального государства, но и нечто большее: необходимая критериальная основа для формирования и реализации этой стратегии.

Экологическая доктрина призвана объединить регионы России вокруг общей цели защиты общенационального природного достояния, которое не сводится к ресурсной базе, а составляет важнейшее из условий поддержания высокого качества жизни, понимаемого как интегральный показатель. Этот показатель не имеет, как известно, универсального толкования в различных областях знания, но успешно используется рядом представительных международных организаций в качестве эталона при проведении экспертиз национальных стратегий. В частности, именно для такой прикладной цели Всемирная организация здравоохранения предложила целый набор соответствующих критериев. При этом важно иметь в виду, что некоторая «размытость» понятия качества жизни позволяет представителям всех или почти всех научных дисциплин и сфер практической деятельности найти общий язык при решении теоретических и практических задач, требующих межсекторального или междисциплинарного подхода. А именно к такому классу задач относится разработка экологической доктрины.

Постоянные корректировки наших представлений о качестве жизни неизбежны и обусловлены как развитием наших знаний о взаимосвязи природы и общества, так и развитием институтов самого гражданского общества. Отметим в этой связи, что в «Стратегии развития России до 2010 года» при определении ее цели (и, соответственно, количественных и качественных критериев социально-экономической политики) говорится не о качестве жизни как интегральном показателе эффективности курса, а только о качественном повышении уровня жизни на основе самореализации каждого гражданина. Вероятно, по этой причине среди таких установок стратегии, как резкое повышение уровня жизни населения (предполагается увеличение среднедушевых доходов более чем в два раза, радикальное снижение уровня бедности и т.п.) не нашлось должного места экологическому измерению стратегии. Вместе с тем именно экологическая составляющая качества жизни становится определяющей при корректировке курса на этапе выхода из системного кризиса и связанной с ним трясины массового обнищания.

Ключевая задача государственной политики на этом этапе, прямо вытекающая из положения Конституции Российской Федерации о социальном государстве, — обеспечение равного доступа граждан не только к основным бюджетным услугам, социальным гарантиям и социально значимой информации, но и к природным ресурсам своей земли, к чистым истокам питьевой воды, не отравленной атмосфере, сохраненным лесам. Все это — из области основных прав человека. С этой точки зрения факт разработки экологической доктрины следует рассматривать в контексте стратегического планирования, как важное звено долгосрочной стратегии развития России.

Как отмечается в Хартии европейской безопасности — «Конституции» для ОБСЕ (Стамбул, 19 ноября 1999 года), в настоящее время не только стала самоочевидной угроза безопасности, порождаемая ухудшением состояния окружающей среды и истощением природных ресурсов , но и не вызывает сомнений тот факт, что национальные стратегии должны строиться на основе триединства: экономическая свобода, социальная справедливость и ответственность за сохранение окружающей среды. Более того, в Хартии европейской безопасности, как и в ряде основополагающих документов ООН, этот принцип рассматривается как условие содействия интеграции стран с переходной экономикой в систему мирового хозяйства. Явная тенденция к расширению экологического содержания требований к национальным стратегиям (вплоть до требований отказаться от установок на развитие постиндустриального общества в пользу идеалов биоцентризма) во многом является следствием высокой социальной активности «зеленых» как новой политической силы, заявившей о себе в ряде европейских стран в последние годы. Важно, чтобы мы научились, определяя контуры экологической доктрины России, отделять зерна от плевел, критически осмысливая и используя опыт тех стран, в которых «зеленое движение» оказало существенной влияние на выбор экономических и энергетических стратегий.

Самостоятельная экологическая доктрина России — это действенный инструмент, позволяющий нам не только корректировать стратегию России, следуя духу международного права, но и активно участвовать в становлении новых подходов к определению перспектив развития мирового сообщества, с учетом наших национальных интересов, а также экономического, ресурсного и человеческого потенциала России. Этот момент принципиально важен, так как концепция устойчивого развития, ставшая своеобразной доктринальной основой для глобального утверждения «нового порядка», сама по себе, как известно, не может устранить социального неравенства между богатыми и бедными странами; не может она отменить и политику двойных стандартов по отношению к России. Для того, чтобы концепция устойчивого развития не использовалась в качестве инструмента геополитического диктата и была полностью приемлемой для России и других государств, население которых не относится к золотому миллиарду, требуется наше непосредственное участие в «идейном переоснащении» стратегий, претендующих на роль мировой лоции. Эта задача должна быть поставлена и в рамках экологической доктрины, а ее решение требует активизировать исследования в различных областях фундаментальной и прикладной отечественной науки.

Но важна не только сама экологическая доктрина и не только результаты ее осуществления. В социальном плане не менее важен процесс ее разработки, позволяющий использовать и приумножить потенциал экологов-государственников, идеи которых оказались, наконец, востребованы обществом и государством. Экологическая доктрина способна стать социальным фактором, консолидирующим российское общество, поскольку она позволяет привлечь к конструктивному сотрудничеству с федеральным центром миллионы граждан и, прежде всего, молодых людей, искренне озабоченных проблемой защиты природного наследия и снижением риска глобальных техно- и антропогенных катастроф. Расширение социальной базы доктрины позволит многим из них рассматривать экологические движения не как жесткую альтернативу (алармистскую или радикально антигосударственную) господствующей идеологии и основанному на ней политическому курсу, а как реальную возможность прямого участия в создании этой идеологии, в разработке и осуществлении действенных программ по защите и восстановлению уникального природного богатства регионов России. Вместе с тем экологическая доктрина не претендует и не должна претендовать на то, чтобы дублировать функции экологических движений, составляющих важную часть социального спектра современного гражданского общества. Среди этих движений всегда останется место организациям «экологического давления» на власть. Однако, усилив экологическую составляющую государственной политики, мы расширим тем самым возможности и для конструктивного диалога между государством и так называемыми «однопроблемными группами», в том числе и «зелеными».

Экологическая доктрина должна стать программой, в которой четко определены не только приоритетные направления, но и пилотные региональные проекты и программы общенациональной значимости, способные вырасти до уровня региональных стратегий сбалансированного развития (стратегий областей, краев и республик в составе Российской Федерации). К этим региональным инициативам уже на этапе их разработки следует относиться как к стратегически перспективным векторам единой социально-экономической политики. От успешности реализации именно этих проектов будет, в конечном итоге, зависеть эффективность общего политического курса и самой власти на всех ее ступенях.

Трудно переоценить социально значимый интеграционный потенциал экологической доктрины: ее разработка совпадает (и по времени, и по направленности поиска) с процессом качественного обновления всей системы управления государством на основе введения новой модели разграничения полномочий центра и регионов. Мы не имеем права упустить такую возможность для укрепления единства и мощи России. Работу надо начинать с выявления четких приоритетов в развитии каждого из регионов, что возможно только в одном случае — если наряду с оценкой регионального экономического потенциала будет учитываться природная и этнокультурная специфика регионов, сложившаяся социальная инфраструктура и сам уклад народной жизни, то есть социальное лицо региона. Задача широко понятой региональной социально-экономической и национальной политики — в обеспечении системного подхода к такому развитию территории, который позволит раскрыть и сохранить ее потенциал в интересах грядущих поколений.

Экологическая доктрина Российской Федерации

См. также Указ Президента РФ от 19.04.2017 N 176 «О Стратегии экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года»

Экологическая доктрина Российской Федерации (полный текст) одобрена распоряжением Правительства РФ от 31 августа 2002 г. № 1225-р.

Содержит следующие разделы:

  1. Общие положения.
  2. Стратегическая цель, задачи и принципы государственной политики в области экологии.
  3. Основные направления государственной политики в области экологии.
  4. Приоритетные направления деятельности по обеспечению экологической безопасности Российской Федерации.
  5. Пути и средства реализации государственной политики в области экологии.

Современный экологический кризис ставит под угрозу возможность устойчивого развития человеческой цивилизации. Дальнейшая деградация природных систем ведет к дестабилизации биосферы, утрате ее целостности и способности поддерживать качества окружающей среды, необходимые для жизни. Преодоление кризиса возможно только на основе формирования нового типа взаимоотношений человека и природы, исключающих возможность разрушения и деградации природной среды.

К числу основных факторов деградации природной среды на мировом уровне относятся:

  • рост потребления природных ресурсов при сокращении их запасов;
  • увеличение численности населения планеты при сокращении территорий, пригодных для проживания людей;
  • деградация основных компонентов биосферы, включая сокращение биологического разнообразия, связанное с этим снижение способности природы к саморегуляции и как следствие — невозможность существования человеческой цивилизации;
  • возможные изменения климата и истощение озонового слоя Земли;
  • возрастание экологического ущерба от стихийных бедствий и техногенных катастроф;
  • недостаточный для перехода к устойчивому развитию человеческой цивилизации уровень координации действий мирового сообщества в области решения экологических проблем и регулирования процессов глобализации;
  • продолжающиеся военные конфликты и террористическая деятельность.

К числу основных факторов деградации природной среды Российской Федерации относятся:

  1. преобладание ресурсодобывающих и ресурсоемких секторов в структуре экономики, что приводит к быстрому истощению природных ресурсов и деградации природной среды;
  2. низкая эффективность механизмов природопользования и охраны окружающей среды, включая отсутствие рентных платежей за пользование природными ресурсами;
  3. резкое ослабление управленческих, и прежде всего контрольных, функций государства в области природопользования и охраны окружающей среды;
  4. высокая доля теневой экономики в использовании природных ресурсов;
  5. низкий технологический и организационный уровень экономики, высокая степень изношенности основных фондов;
  6. последствия экономического кризиса и невысокий уровень жизни населения;
  7. низкий уровень экологического сознания и экологической культуры населения страны.
Читайте также  Плазмаферез в лечении патологических состояний в акушерстве

1. Общие положения

Экологическая доктрина Российской Федерации определяет цели, направления, задачи и принципы проведения в Российской Федерации единой государственной политики в области экологии на долгосрочный период.

Указано, что сохранение природы и улучшение окружающей среды являются приоритетными направлениями деятельности государства и общества.

Экологическая доктрина базируется на Конституции Российской Федерации, федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, международных договорах Российской Федерации в области охраны окружающей среды и рационального использования природных ресурсов, а также на комплексном научном подходе в области экологии и смежных наук.

2. Стратегическая цель, задачи и принципы государственной политики в области экологии

Стратегической целью государственной политики в области экологии является сохранение природных систем, поддержание их целостности и жизнеобеспечивающих функций для устойчивого развития общества, повышения качества жизни, улучшения здоровья населения и демографической ситуации, обеспечения экологической безопасности страны.

Указано, что для этого необходимо сохранение и восстановление природных систем, их биологического разнообразия и способности к саморегуляции как необходимого условия существования человеческого общества.

Государственная политика в области экологии базируется на следующих основных принципах:

  • устойчивое развитие;
  • приоритетность жизнеобеспечивающих функций биосферы по отношению к прямому использованию ее ресурсов;
  • справедливое распределение доходов от использования природных ресурсов и доступа к ним;
  • предотвращение негативных экологических последствий, учет отдаленных экологических последствий;
  • отказ от проектов, связанных с воздействием на природные системы, если их последствия непредсказуемы для окружающей среды;
  • природопользование на платной основе и возмещение населению и окружающей среде ущерба;
  • открытость экологической информации;
  • участие гражданского общества в реализации решений в области охраны окружающей среды и рационального природопользования.

3. Основные направления государственной политики в области экологии

  1. Обеспечение устойчивого природопользования.
  2. Снижение загрязнения окружающей среды и ресурсосбережение.
  3. Сохранение и восстановление природной среды.

Обеспечение устойчивого природопользования

Основными задачами в указанной сфере являются неистощительное использование возобновляемых и рациональное использование невозобновляемых природных ресурсов.

Снижение загрязнения окружающей среды и ресурсосбережение

Основной задачей в указанных сферах является снижение загрязнения окружающей среды выбросами, сбросами и отходами, а также удельной энерго- и ресурсоемкости продукции и услуг.

Сохранение и восстановление природной среды

Основными задачами в указанной сфере являются сохранение и восстановление ландшафтного и биологического разнообразия, достаточного для поддержания способности природных систем к саморегуляции и компенсации последствий антропогенной деятельности.

4. Приоритетные направления деятельности по обеспечению экологической безопасности Российской Федерации

К приоритетным направления относятся:

  1. Обеспечение безопасности при осуществлении потенциально опасных видов деятельности и при чрезвычайных ситуациях.
  2. Экологические приоритеты в здравоохранении.
  3. Предотвращение и снижение экологических последствий чрезвычайных ситуаций.
  4. Предотвращение терроризма, создающего опасность для окружающей среды.
  5. Контроль за использованием и распространением чужеродных видов и генетически измененных организмов.

Обеспечение безопасности при осуществлении потенциально опасных видов деятельности и при чрезвычайных ситуациях

Основной задачей в этой области является обеспечение экологической безопасности потенциально опасных видов деятельности, реабилитация территорий и акваторий, пострадавших в результате техногенного воздействия на окружающую среду.

Экологические приоритеты в здравоохранении

Основными задачами в указанных областях являются улучшение качества жизни, здоровья и увеличение продолжительности жизни населения путем снижения неблагоприятного воздействия экологических факторов и улучшения экологических показателей окружающей среды.

Предотвращение и снижение экологических последствий чрезвычайных ситуаций

Основной задачей в указанной области является выявление и минимизация экологических рисков для природной среды и здоровья населения, связанных с возникновением чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Предотвращение терроризма, создающего опасность для окружающей среды

Основной задачей в указанной области является предотвращение террористических актов, вызывающих ухудшение экологической обстановки и деградацию природной среды.

Контроль за использованием и распространением чужеродных видов и генетически измененных организмов

Основной задачей в этой области является организация контроля за ввозом, использованием и распространением на территории страны чужеродных видов и генетически измененных организмов.

5. Пути и средства реализации государственной политики в области экологии

1. Развитие системы государственного управления охраной окружающей среды и природопользованием.
2. Нормативное правовое обеспечение и правоприменение.
3. Экономические и финансовые механизмы.
4. Экологический мониторинг и информационное обеспечение.
5. Научное обеспечение.
6. Экологическое образование и просвещение.
7. Развитие гражданского общества как условие реализации государственной политики в области экологии.
8. Региональная политика в области экологии.
9. Международное сотрудничество.
10. Реализация экологической доктрины Российской Федерации.

Развитие системы государственного управления охраной окружающей среды и природопользованием

Основной задачей в указанной сфере является обеспечение эффективного государственного управления охраной окружающей среды и использованием природных ресурсов, соответствующего демократическому устройству и рыночной экономике.

Нормативное правовое обеспечение и правоприменение

Основными задачами в указанной сфере являются создание эффективного правового механизма обеспечения сохранения природной среды и экологической безопасности, а также совершенствование правоприменительной практики в целях обеспечения адекватной ответственности за экологические правонарушения и ее неотвратимости.

Экономические и финансовые механизмы

Основной задачей в этой области является экономическое регулирование рыночных отношений в целях рационального неистощительного природопользования, снижения нагрузки на природную среду, ее охраны, привлечения бюджетных и внебюджетных средств на природоохранную деятельность.

Экологический мониторинг и информационное обеспечение

Основной задачей в этих областях является обеспечение государственных и муниципальных органов, юридических лиц и граждан достоверной информацией о состоянии окружающей среды и ее возможных неблагоприятных изменениях.

Научное обеспечение

Основными задачами научного обеспечения в сфере защиты окружающей среды являются развитие научных знаний об экологических основах устойчивого развития, выявление новых экологических рисков, порождаемых развитием общества, а также природными процессами и явлениями.

Экологическое образование и просвещение

Основной задачей в этих областях является повышение экологической культуры населения, образовательного уровня и профессиональных навыков и знаний в области экологии.

Развитие гражданского общества как условие реализации государственной политики в области экологии

Основной задачей в этой области является государственное содействие экологизации гражданского общества.

Региональная политика в области экологии

Основными задачами в этой области являются экологически обоснованное размещение хозяйственных и жилищно-коммунальных объектов и максимальное использование возможностей и специфики субъектов Российской Федерации для устойчивого развития страны.

Международное сотрудничество

Основной задачей в этой области является реализация интересов Российской Федерации путем участия в решении глобальных и региональных экологических проблем и регулировании глобализации в интересах устойчивого развития мирового сообщества.

Реализация экологической доктрины Российской Федерации

Реализация положений настоящего документа предполагает разработку планов действий на федеральном, региональном и отраслевом уровнях, а также разработку и реализацию мер государственной поддержки и регулирования в сфере охраны окружающей среды и рационального природопользования. Конкретизация положений настоящего документа применительно к отдельным сферам деятельности общества и государства и особенностям проведения государственной политики в области экологии по различным субъектам Российской Федерации может быть осуществлена при разработке программ развития субъектов Российской Федерации и отраслей экономики.

Учебные материалы.. первая помощь в учебе.

В политическом отношении экологическая доктрина, разрабатываемая по инициативе Президента Российской Федерации на междисциплинарной основе с привлечением ведущих ученых, представителей регионов и при непосредственном участии неправительственных организаций — это веление времени, фактор социальной стабилизации и свидетельство зрелости институтов власти современной России. В методологическом плане такая доктрина — не только необходимая составная часть общенациональной стратегии долгосрочного развития и построения социального государства, но и нечто большее: необходимая критериальная основа для формирования и реализации этой стратегии.
Экологическая доктрина призвана объединить регионы России вокруг общей цели защиты общенационального природного достояния, которое не сводится к ресурсной базе, а составляет важнейшее из условий поддержания высокого качества жизни, понимаемого как интегральный показатель. Этот показатель не имеет, как известно, универсального толкования в различных областях знания, но успешно используется рядом представительных международных организаций в качестве эталона при проведении экспертиз национальных стратегий. В частности, именно для такой прикладной цели Всемирная организация здравоохранения предложила целый набор соответствующих критериев. При этом важно иметь в виду, что некоторая «размытость» понятия качества жизни позволяет представителям всех или почти всех научных дисциплин и сфер практической деятельности найти общий язык при решении теоретических и практических задач, требующих межсекторального или междисциплинарного подхода. А именно к такому классу задач относится разработка экологической доктрины.
Постоянные корректировки наших представлений о качестве жизни неизбежны и обусловлены как развитием наших знаний о взаимосвязи природы и общества, так и развитием институтов самого гражданского общества. Отметим в этой связи, что в «Стратегии развития России до 2010 года» при определении ее цели (и, соответственно, количественных и качественных критериев социально-экономической политики) говорится не о качестве жизни как интегральном показателе эффективности курса, а только о качественном повышении уровня жизни на основе самореализации каждого гражданина. Вероятно, по этой причине среди таких установок стратегии, как резкое повышение уровня жизни населения (предполагается увеличение среднедушевых доходов более чем в два раза, радикальное снижение уровня бедности и т.п.) не нашлось должного места экологическому измерению стратегии. Вместе с тем именно экологическая составляющая качества жизни становится определяющей при корректировке курса на этапе выхода из системного кризиса и связанной с ним трясины массового обнищания.
Ключевая задача государственной политики на этом этапе, прямо вытекающая из положения Конституции Российской Федерации о социальном государстве, — обеспечение равного доступа граждан не только к основным бюджетным услугам, социальным гарантиям и социально значимой информации, но и к природным ресурсам своей земли, к чистым истокам питьевой воды, не отравленной атмосфере, сохраненным лесам. Все это — из области основных прав человека. С этой точки зрения факт разработки экологической доктрины следует рассматривать в контексте стратегического планирования, как важное звено долгосрочной стратегии развития России.
Как отмечается в Хартии европейской безопасности — «Конституции» для ОБСЕ (Стамбул, 19 ноября 1999 года), в настоящее время не только стала самоочевидной угроза безопасности, порождаемая ухудшением состояния окружающей среды и истощением природных ресурсов , но и не вызывает сомнений тот факт, что национальные стратегии должны строиться на основе триединства: экономическая свобода, социальная справедливость и ответственность за сохранение окружающей среды. Более того, в Хартии европейской безопасности, как и в ряде основополагающих документов ООН, этот принцип рассматривается как условие содействия интеграции стран с переходной экономикой в систему мирового хозяйства. Явная тенденция к расширению экологического содержания требований к национальным стратегиям (вплоть до требований отказаться от установок на развитие постиндустриального общества в пользу идеалов биоцентризма) во многом является следствием высокой социальной активности «зеленых» как новой политической силы, заявившей о себе в ряде европейских стран в последние годы. Важно, чтобы мы научились, определяя контуры экологической доктрины России, отделять зерна от плевел, критически осмысливая и используя опыт тех стран, в которых «зеленое движение» оказало существенной влияние на выбор экономических и энергетических стратегий.
Самостоятельная экологическая доктрина России — это действенный инструмент, позволяющий нам не только корректировать стратегию России, следуя духу международного права, но и активно участвовать в становлении новых подходов к определению перспектив развития мирового сообщества, с учетом наших национальных интересов, а также экономического, ресурсного и человеческого потенциала России. Этот момент принципиально важен, так как концепция устойчивого развития, ставшая своеобразной доктринальной основой для глобального утверждения «нового порядка», сама по себе, как известно, не может устранить социального неравенства между богатыми и бедными странами; не может она отменить и политику двойных стандартов по отношению к России. Для того, чтобы концепция устойчивого развития не использовалась в качестве инструмента геополитического диктата и была полностью приемлемой для России и других государств, население которых не относится к золотому миллиарду, требуется наше непосредственное участие в «идейном переоснащении» стратегий, претендующих на роль мировой лоции. Эта задача должна быть поставлена и в рамках экологической доктрины, а ее решение требует активизировать исследования в различных областях фундаментальной и прикладной отечественной науки.
Но важна не только сама экологическая доктрина и не только результаты ее осуществления. В социальном плане не менее важен процесс ее разработки, позволяющи

Читайте также  Рынок земельных ресурсов и земельная рента

Доклад: Экологическая доктрина России как основа для социального согласия

Экологическая доктрина России как основа для социального согласия

В политическом отношении экологическая доктрина, разрабатываемая по инициативе Президента Российской Федерации на междисциплинарной основе с привлечением ведущих ученых, представителей регионов и при непосредственном участии неправительственных организаций — это веление времени, фактор социальной стабилизации и свидетельство зрелости институтов власти современной России. В методологическом плане такая доктрина — не только необходимая составная часть общенациональной стратегии долгосрочного развития и построения социального государства, но и нечто большее: необходимая критериальная основа для формирования и реализации этой стратегии.

Экологическая доктрина призвана объединить регионы России вокруг общей цели защиты общенационального природного достояния, которое не сводится к ресурсной базе, а составляет важнейшее из условий поддержания высокого качества жизни, понимаемого как интегральный показатель. Этот показатель не имеет, как известно, универсального толкования в различных областях знания, но успешно используется рядом представительных международных организаций в качестве эталона при проведении экспертиз национальных стратегий. В частности, именно для такой прикладной цели Всемирная организация здравоохранения предложила целый набор соответствующих критериев. При этом важно иметь в виду, что некоторая «размытость» понятия качества жизни позволяет представителям всех или почти всех научных дисциплин и сфер практической деятельности найти общий язык при решении теоретических и практических задач, требующих межсекторального или междисциплинарного подхода. А именно к такому классу задач относится разработка экологической доктрины.

Постоянные корректировки наших представлений о качестве жизни неизбежны и обусловлены как развитием наших знаний о взаимосвязи природы и общества, так и развитием институтов самого гражданского общества. Отметим в этой связи, что в «Стратегии развития России до 2010 года» при определении ее цели (и, соответственно, количественных и качественных критериев социально-экономической политики) говорится не о качестве жизни как интегральном показателе эффективности курса, а только о качественном повышении уровня жизни на основе самореализации каждого гражданина. Вероятно, по этой причине среди таких установок стратегии, как резкое повышение уровня жизни населения (предполагается увеличение среднедушевых доходов более чем в два раза, радикальное снижение уровня бедности и т.п.) не нашлось должного места экологическому измерению стратегии. Вместе с тем именно экологическая составляющая качества жизни становится определяющей при корректировке курса на этапе выхода из системного кризиса и связанной с ним трясины массового обнищания.

Ключевая задача государственной политики на этом этапе, прямо вытекающая из положения Конституции Российской Федерации о социальном государстве, — обеспечение равного доступа граждан не только к основным бюджетным услугам, социальным гарантиям и социально значимой информации, но и к природным ресурсам своей земли, к чистым истокам питьевой воды, не отравленной атмосфере, сохраненным лесам. Все это — из области основных прав человека. С этой точки зрения факт разработки экологической доктрины следует рассматривать в контексте стратегического планирования, как важное звено долгосрочной стратегии развития России.

Как отмечается в Хартии европейской безопасности — «Конституции» для ОБСЕ (Стамбул, 19 ноября 1999 года), в настоящее время не только стала самоочевидной угроза безопасности, порождаемая ухудшением состояния окружающей среды и истощением природных ресурсов , но и не вызывает сомнений тот факт, что национальные стратегии должны строиться на основе триединства: экономическая свобода, социальная справедливость и ответственность за сохранение окружающей среды. Более того, в Хартии европейской безопасности, как и в ряде основополагающих документов ООН, этот принцип рассматривается как условие содействия интеграции стран с переходной экономикой в систему мирового хозяйства. Явная тенденция к расширению экологического содержания требований к национальным стратегиям (вплоть до требований отказаться от установок на развитие постиндустриального общества в пользу идеалов биоцентризма) во многом является следствием высокой социальной активности «зеленых» как новой политической силы, заявившей о себе в ряде европейских стран в последние годы. Важно, чтобы мы научились, определяя контуры экологической доктрины России, отделять зерна от плевел, критически осмысливая и используя опыт тех стран, в которых «зеленое движение» оказало существенной влияние на выбор экономических и энергетических стратегий.

Самостоятельная экологическая доктрина России — это действенный инструмент, позволяющий нам не только корректировать стратегию России, следуя духу международного права, но и активно участвовать в становлении новых подходов к определению перспектив развития мирового сообщества, с учетом наших национальных интересов, а также экономического, ресурсного и человеческого потенциала России. Этот момент принципиально важен, так как концепция устойчивого развития, ставшая своеобразной доктринальной основой для глобального утверждения «нового порядка», сама по себе, как известно, не может устранить социального неравенства между богатыми и бедными странами; не может она отменить и политику двойных стандартов по отношению к России. Для того, чтобы концепция устойчивого развития не использовалась в качестве инструмента геополитического диктата и была полностью приемлемой для России и других государств, население которых не относится к золотому миллиарду, требуется наше непосредственное участие в «идейном переоснащении» стратегий, претендующих на роль мировой лоции. Эта задача должна быть поставлена и в рамках экологической доктрины, а ее решение требует активизировать исследования в различных областях фундаментальной и прикладной отечественной науки.

Но важна не только сама экологическая доктрина и не только результаты ее осуществления. В социальном плане не менее важен процесс ее разработки, позволяющий использовать и приумножить потенциал экологов-государственников, идеи которых оказались, наконец, востребованы обществом и государством. Экологическая доктрина способна стать социальным фактором, консолидирующим российское общество, поскольку она позволяет привлечь к конструктивному сотрудничеству с федеральным центром миллионы граждан и, прежде всего, молодых людей, искренне озабоченных проблемой защиты природного наследия и снижением риска глобальных техно- и антропогенных катастроф. Расширение социальной базы доктрины позволит многим из них рассматривать экологические движения не как жесткую альтернативу (алармистскую или радикально антигосударственную) господствующей идеологии и основанному на ней политическому курсу, а как реальную возможность прямого участия в создании этой идеологии, в разработке и осуществлении действенных программ по защите и восстановлению уникального природного богатства регионов России. Вместе с тем экологическая доктрина не претендует и не должна претендовать на то, чтобы дублировать функции экологических движений, составляющих важную часть социального спектра современного гражданского общества. Среди этих движений всегда останется место организациям «экологического давления» на власть. Однако, усилив экологическую составляющую государственной политики, мы расширим тем самым возможности и для конструктивного диалога между государством и так называемыми «однопроблемными группами», в том числе и «зелеными».

Экологическая доктрина должна стать программой, в которой четко определены не только приоритетные направления, но и пилотные региональные проекты и программы общенациональной значимости, способные вырасти до уровня региональных стратегий сбалансированного развития (стратегий областей, краев и республик в составе Российской Федерации). К этим региональным инициативам уже на этапе их разработки следует относиться как к стратегически перспективным векторам единой социально-экономической политики. От успешности реализации именно этих проектов будет, в конечном итоге, зависеть эффективность общего политического курса и самой власти на всех ее ступенях.

Читайте также  Трубчатые вращающиеся печи

Трудно переоценить социально значимый интеграционный потенциал экологической доктрины: ее разработка совпадает (и по времени, и по направленности поиска) с процессом качественного обновления всей системы управления государством на основе введения новой модели разграничения полномочий центра и регионов. Мы не имеем права упустить такую возможность для укрепления единства и мощи России. Работу надо начинать с выявления четких приоритетов в развитии каждого из регионов, что возможно только в одном случае — если наряду с оценкой регионального экономического потенциала будет учитываться природная и этнокультурная специфика регионов, сложившаяся социальная инфраструктура и сам уклад народной жизни, то есть социальное лицо региона. Задача широко понятой региональной социально-экономической и национальной политики — в обеспечении системного подхода к такому развитию территории, который позволит раскрыть и сохранить ее потенциал в интересах грядущих поколений.

Экологическая доктрина России как основа для социального согласия

Экологическая доктрина России как основа для социального согласия

В политическом отношении экологическая доктрина, разрабатываемая по инициативе Президента Российской Федерации на междисциплинарной основе с привлечением ведущих ученых, представителей регионов и при непосредственном участии неправительственных организаций — это веление времени, фактор социальной стабилизации и свидетельство зрелости институтов власти современной России. В методологическом плане такая доктрина — не только необходимая составная часть общенациональной стратегии долгосрочного развития и построения социального государства, но и нечто большее: необходимая критериальная основа для формирования и реализации этой стратегии.

Экологическая доктрина призвана объединить регионы России вокруг общей цели защиты общенационального природного достояния, которое не сводится к ресурсной базе, а составляет важнейшее из условий поддержания высокого качества жизни, понимаемого как интегральный показатель. Этот показатель не имеет, как известно, универсального толкования в различных областях знания, но успешно используется рядом представительных международных организаций в качестве эталона при проведении экспертиз национальных стратегий. В частности, именно для такой прикладной цели Всемирная организация здравоохранения предложила целый набор соответствующих критериев. При этом важно иметь в виду, что некоторая «размытость» понятия качества жизни позволяет представителям всех или почти всех научных дисциплин и сфер практической деятельности найти общий язык при решении теоретических и практических задач, требующих межсекторального или междисциплинарного подхода. А именно к такому классу задач относится разработка экологической доктрины.

Постоянные корректировки наших представлений о качестве жизни неизбежны и обусловлены как развитием наших знаний о взаимосвязи природы и общества, так и развитием институтов самого гражданского общества. Отметим в этой связи, что в «Стратегии развития России до 2010 года» при определении ее цели (и, соответственно, количественных и качественных критериев социально-экономической политики) говорится не о качестве жизни как интегральном показателе эффективности курса, а только о качественном повышении уровня жизни на основе самореализации каждого гражданина. Вероятно, по этой причине среди таких установок стратегии, как резкое повышение уровня жизни населения (предполагается увеличение среднедушевых доходов более чем в два раза, радикальное снижение уровня бедности и т.п.) не нашлось должного места экологическому измерению стратегии. Вместе с тем именно экологическая составляющая качества жизни становится определяющей при корректировке курса на этапе выхода из системного кризиса и связанной с ним трясины массового обнищания.

Ключевая задача государственной политики на этом этапе, прямо вытекающая из положения Конституции Российской Федерации о социальном государстве, — обеспечение равного доступа граждан не только к основным бюджетным услугам, социальным гарантиям и социально значимой информации, но и к природным ресурсам своей земли, к чистым истокам питьевой воды, не отравленной атмосфере, сохраненным лесам. Все это — из области основных прав человека. С этой точки зрения факт разработки экологической доктрины следует рассматривать в контексте стратегического планирования, как важное звено долгосрочной стратегии развития России.

Как отмечается в Хартии европейской безопасности — «Конституции» для ОБСЕ (Стамбул, 19 ноября 1999 года), в настоящее время не только стала самоочевидной угроза безопасности, порождаемая ухудшением состояния окружающей среды и истощением природных ресурсов , но и не вызывает сомнений тот факт, что национальные стратегии должны строиться на основе триединства: экономическая свобода, социальная справедливость и ответственность за сохранение окружающей среды. Более того, в Хартии европейской безопасности, как и в ряде основополагающих документов ООН, этот принцип рассматривается как условие содействия интеграции стран с переходной экономикой в систему мирового хозяйства. Явная тенденция к расширению экологического содержания требований к национальным стратегиям (вплоть до требований отказаться от установок на развитие постиндустриального общества в пользу идеалов биоцентризма) во многом является следствием высокой социальной активности «зеленых» как новой политической силы, заявившей о себе в ряде европейских стран в последние годы. Важно, чтобы мы научились, определяя контуры экологической доктрины России, отделять зерна от плевел, критически осмысливая и используя опыт тех стран, в которых «зеленое движение» оказало существенной влияние на выбор экономических и энергетических стратегий.

Самостоятельная экологическая доктрина России — это действенный инструмент, позволяющий нам не только корректировать стратегию России, следуя духу международного права, но и активно участвовать в становлении новых подходов к определению перспектив развития мирового сообщества, с учетом наших национальных интересов, а также экономического, ресурсного и человеческого потенциала России. Этот момент принципиально важен, так как концепция устойчивого развития, ставшая своеобразной доктринальной основой для глобального утверждения «нового порядка», сама по себе, как известно, не может устранить социального неравенства между богатыми и бедными странами; не может она отменить и политику двойных стандартов по отношению к России. Для того, чтобы концепция устойчивого развития не использовалась в качестве инструмента геополитического диктата и была полностью приемлемой для России и других государств, население которых не относится к золотому миллиарду, требуется наше непосредственное участие в «идейном переоснащении» стратегий, претендующих на роль мировой лоции. Эта задача должна быть поставлена и в рамках экологической доктрины, а ее решение требует активизировать исследования в различных областях фундаментальной и прикладной отечественной науки.

Но важна не только сама экологическая доктрина и не только результаты ее осуществления. В социальном плане не менее важен процесс ее разработки, позволяющий использовать и приумножить потенциал экологов-государственников, идеи которых оказались, наконец, востребованы обществом и государством. Экологическая доктрина способна стать социальным фактором, консолидирующим российское общество, поскольку она позволяет привлечь к конструктивному сотрудничеству с федеральным центром миллионы граждан и, прежде всего, молодых людей, искренне озабоченных проблемой защиты природного наследия и снижением риска глобальных техно- и антропогенных катастроф. Расширение социальной базы доктрины позволит многим из них рассматривать экологические движения не как жесткую альтернативу (алармистскую или радикально антигосударственную) господствующей идеологии и основанному на ней политическому курсу, а как реальную возможность прямого участия в создании этой идеологии, в разработке и осуществлении действенных программ по защите и восстановлению уникального природного богатства регионов России. Вместе с тем экологическая доктрина не претендует и не должна претендовать на то, чтобы дублировать функции экологических движений, составляющих важную часть социального спектра современного гражданского общества. Среди этих движений всегда останется место организациям «экологического давления» на власть. Однако, усилив экологическую составляющую государственной политики, мы расширим тем самым возможности и для конструктивного диалога между государством и так называемыми «однопроблемными группами», в том числе и «зелеными».

Экологическая доктрина должна стать программой, в которой четко определены не только приоритетные направления, но и пилотные региональные проекты и программы общенациональной значимости, способные вырасти до уровня региональных стратегий сбалансированного развития (стратегий областей, краев и республик в составе Российской Федерации). К этим региональным инициативам уже на этапе их разработки следует относиться как к стратегически перспективным векторам единой социально-экономической политики. От успешности реализации именно этих проектов будет, в конечном итоге, зависеть эффективность общего политического курса и самой власти на всех ее ступенях.

Трудно переоценить социально значимый интеграционный потенциал экологической доктрины: ее разработка совпадает (и по времени, и по направленности поиска) с процессом качественного обновления всей системы управления государством на основе введения новой модели разграничения полномочий центра и регионов. Мы не имеем права упустить такую возможность для укрепления единства и мощи России. Работу надо начинать с выявления четких приоритетов в развитии каждого из регионов, что возможно только в одном случае — если наряду с оценкой регионального экономического потенциала будет учитываться природная и этнокультурная специфика регионов, сложившаяся социальная инфраструктура и сам уклад народной жизни, то есть социальное лицо региона. Задача широко понятой региональной социально-экономической и национальной политики — в обеспечении системного подхода к такому развитию территории, который позволит раскрыть и сохранить ее потенциал в интересах грядущих поколений.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: